Ментальная кухня 2 (СИ) - Злобин Максим - Страница 41

— А вот этому, — задумчиво ответил я, — возможно и втащить. Сунь! Укун! За мной!

Княжич тоже пошёл вместе с нами. Видать, форма его тоже напрягла и вояк на объекте отца он увидеть не ожидал.

— Здравствуйте, — сказал я, когда мы подошли к мужику. — Могу вам чем-то помочь?

— Да, — тот в ответ оказался само дружелюбие. — Не подскажете, где я могу найти Станиславу Малыгину?

— Станислава Витальевна сейчас занята, — на всякий случай сказал я. — А вы к ней, собственно говоря, по какому вопросу? Вы вообще кто?

— Так это, — чуть потерялся белобрысый. — Я её муж…

Пам-пам-пааааааа-аа-ам!

Отличный момент, чтобы повесить интригу и многозначительно замолчать, однако хрен там плавал.

Вжух!

С ноги, мимо мыслестрочек и прямо в воспоминания. Детство не надо, подрочество, — подросточество? — отставить, и сразу же прямиком в зрелый возраст. Туда, где Серёжа Карпов, — так звали мужичка, — поступает в ту же самую Академию, что и наша Стася Витальевна.

Вжух!

Учится себе, учится, никого не трогает. И что примечательно никого не портит.

Вжух!

Окончание учёбы, распределение. Серёгу точно так же, как и Стасю направляют служить в МЧС. Они пересекаются по работе каждый день, вот только кольца на пальце как не было, так и нет. Никакими отношениями здесь даже не пахнет…

Вжух! Вжух! Вжух! Зато откровенно попахивает звиздабольством. Вжух! Вжух! Вжух! Последнее воспоминание насчёт Станиславы Витальевны связано с овчаркой Греттой. Именно Сергей не разрешил ей забрать служебную собаку домой. Вжух! Вжух! Вжух! И на этом всё. Так… Стоп! Пропустил!

Вжух!

А пропустил неспроста. Я-то думал, что воспоминание о собственной жене должно быть… ну… большим каким-то, внушительным. А на деле тут даже на полноценный рассказ не наберётся.

Встреча выпускников. Пьяная Стася и не менее пьяный Серёжа вспоминают давнюю приколюху:

— Помнишь, — говорит Серёжа, — ты грила, што если к тридцати семьями ни абзаведёмся, то друг на друге поженимся?

— А помню! — с наигранным вызовом отвечает Стася и начинает угорать.

— Ну и чо?

— Ну и всё!

— Пошли жениться!

— А пошли!

По стечению обстоятельств, дело происходит в Сочах. В особой правовой зоне, где можно узаконить отношения за пять минут, были бы паспорта да парочка свидетелей. И вот эти чудики во главе толпы одногруппников шуруют в ЗАГС и по приколу женятся. Настолько по приколу, что Стася даже фамилию не меняет.

Вжух!

Серёжа в шутку настаивает на первой брачной ночи, — в каждой шутке есть доля шутки, ага, — но его посылают в жопу.

Вжух!

Утро. Окончен балл, погасли свечи, а билеты на самолёт сгорят через полчаса и надо улетать. Брак остаётся оформленным, и расторгать его тупо нет времени.

Вжух!

В последующих воспоминаниях, которые заканчиваются сегодняшним днём, я лицезрел красивую историю любви. Серёжа наконец нашёл ту, с которой хочет провести остаток дней. И вот только теперь, когда начало подгорать, решил озаботиться насчёт фиктивного штампа в паспорте. За тем, собственно говоря, и приехал — документы о разводе подписать.

Вот только я об этом теперь знаю, а княжич нет.

— О, — сказал Игорь Игоревич. — А, — и стремительно потерял интерес ко всему происходящему вокруг. — Василий Викторович, я, пожалуй, пойду. Пора бежать.

— Понимаю.

— Насчёт разговора с отцом помню, помогу чем смогу.

— Спасибо! Итак, — я перевёл взгляд на Серёжу Карпова. — Пойдёмте, я вас провожу…

— Ну всё, пока, — Стася поцеловала теперь уже официально бывшего мужа в щёку.

А тот одним глотком допил халявный кофе, пожал нам с Агафонычем руки и двинулся прочь с пляжа.

— Вась, ну-ка на минутку, — сказал барон Ярышкин, не успел тот отойти даже на несколько метров.

Агафоныч утянул меня подальше от бара, к гостевым домикам. Сперва воровато оглянулся, а потом зачем-то попытался прожечь меня взглядом насквозь.

— Каков подлец, а? — сказал сенсей.

— Ну-у-у-у, не знаю. Как по мне нормальный мужичок.

— Нормальный⁈ — взвился Агафоныч. — Ты это сейчас серьёзно⁈ Это какой надо быть скотиной бессердечной, чтобы разлучить нашу несравненную Стасю Витальевну с её боевым товарищем⁈

Понятно. Пока те пили кофе и подписывали бумажки, сенсей успел покопаться в сознании у обоих.

— Ты про Гретту что ли?

— Какую Гретту? — захлопал глазами Агафоныч.

— Ну про собаку её.

— А! Ну да, про собаку. А откуда ты имя знаешь?

— Так ведь…

— Не важно! Важно то, что я просто не могу допустить, чтобы Стасечка Витальевна и дальше мучалась! Смотри, как она переживает!

Я посмотрел. Малыгина выглядела вполне себе счастливой — расставляла по барной стойке разноцветные бутылки с сиропами и что-то напевала себе под нос.

— Я просто не могу больше видеть её такой!

Сердоболец, етиху мать. Гуманист. Ну мне, в принципе, уже всё ясно. Барон Ярышкин что-то задумал. По всей видимости решил использовать Гретту в качестве поводыря, который проведёт его прямиком в трусы Стаси Витальевны. Вот только… как?

— Вася, — нахмурился барон. — Ты мне должен. Помнишь?

— С чего бы вдруг я тебе должен?

— Вася, — и ещё хмурее нахмурился, прям вот хмуро-хмуро-хмуро. — Я ведь ради тебя жизнью рисковал.

— Когда⁈

— Когда Изольду Карловну отвлекал.

— Ой, да что ты там…

— Вася! Ты обещал!

А ведь действительно было такое. Что ж… За слова надо отвечать. Да и потом, что я за человек такой буду? За меня все впрягаются, а я отказываюсь другу помочь. Пускай и в безумстве, но всё же.

— Ну хорошо, — улыбнулся я. — Допустим. И что ты предлагаешь делать? Выкрасть собаку с военной базы?

— Именно это я и предлагаю сделать. План уже готов. План уже здесь, — Агафоныч постучал себя по виску, как тот хитрый негр из мемов. — Мне потребуется левая симка, пневматическое ружьё и Гио…

Глава 16

— Шабака какая, — Агафоныч сидел на коленях перед овчаркой и трепал её за морду.

Тут надо сразу же оговориться. Не перед ТОЙ овчаркой. Перед другой.

— Она у нас очень спокойная, — сказал молодой парнишка с бейджиком «Олег», работник приюта для бездомных животных. — Очень добрая, послушная, к детям очень ласковая, но… сами видите. Старенькая уже.

А в глазах у него то уныние было, то проблеск надежды. В голове Олега я не копался. Не хочу. И так понятно, что человек, который работает в таком месте, живёт на эмоциональных качелях. Жалко ведь ему. Всех жалко. И не зачерстветь никак, иначе в чём тогда вообще смысл волонтёрства?

— Как зовут?

— Герда.

— Так это же вообще отлично! — крикнул Агафоныч, а потом подмигнул парню. — Берём! Где и что нужно подписать?

— Пойдёмте скорее! — Олег чуть не запищал от радости.

Да… везение, не иначе. Причём не только с именем. Ведь самым маловероятным и сомнительным пунктом в плане барона Ярышкина было найти собаку для подмены. И кто бы мог подумать, что в приюте действительно найдётся настоящая породистая овчарка? Однако вот же, нашлась.

И да, собаченька действительно была не новой. Не развалюхой, понятное дело, но местами уже седой и просто непрошибаемо спокойной, — как это зачастую бывает со старенькими собаками. А вот похожа она внешне на Гретту или нет — вообще не важно. Сегодня мы с сенсеем не поскупимся на ментал и перепашем мозги всем, кто встанет у нас на пути. Почему? Да потому что сегодня мы действуем во имя доброго добра. Причём не только для себя, а вообще для всех участников замеса. С какой стороны не посмотри — добро, и красота, и бабочки летают.

Серьёзно!

Я даже не ожидал, что план Агафоныча окажется таким. Сперва подумал, что он собирается устроить дестрой и действовать по схеме «после нас хоть потоп», а он вона как всё изысканно обыграл. Но обо всём по порядку.