Сердце Изнанки (СИ) - Ковальчук Олег Валентинович - Страница 48

Подняв руку вверх, я сосредоточился и начал впитывать силу, что удерживала эту червоточину на границе нашего мира. В следующий миг в меня хлынула энергия — мощная, бурлящая, словно горный поток после дождя. Она наполняла мои протоки живительной силой, растекалась по телу, будто кровь, только горячее и ярче.

Руки раскалились, словно я сунул их в кузнечный горн, но я стиснул зубы и держался. Волна энергии накрыла меня с такой мощью, что я едва сдержал рвущийся наружу крик — она переливалась через край, грозя вырваться из-под контроля. Но я не позволил ей уйти дальше, удерживая её рядом с собой, будто дикую лошадь на поводке.

Прерывать процесс было нельзя, и я это прекрасно знал.

Энергия червоточины билась внутри меня, словно хотела разорвать на части, но я, стиснув зубы, держался.

Глава 21

Взгляд видящего

Когда всё закончилось, я рухнул на пол, тяжело дыша, а сердце колотилось так, будто решило выскочить из груди.

Отдышавшись, я открыл глаза.

Подняв взгляд, я понял, что смотрю на мир иначе — глазами одарённого, способного различать потоки силы. Скосив глаза на границу изнанки, я заметил, что она больше не кажется мне тёмно-фиолетовой завесой. Теперь она светилась, стала почти прозрачной, будто я уже находился внутри неё, а не снаружи.

С любопытством глянув на себя, я увидел, как моя аура засияла ровным изумрудным светом — ярким, насыщенным, куда более заметным, чем раньше.

За последние дни я явно вырос, и это сердце стало моим пропуском на новый уровень. Чуть позже я ещё впитаю красный кристалл — отдавать его в качестве трофея кому-то другому я не собирался, это уж точно.

Повертев кристалл в пальцах, я задумчиво прищурился. Если всё пойдёт как надо, я вполне могу дотянуться до синего цвета ауры — уровня, о котором многие мечтают. Конечно, это пока лишь приятные фантазии, но почему бы не помечтать, когда в руках такая добыча?

Я убрал кристалл в карман, поднялся с пола и отряхнулся. Сердце червоточины погасло, комната опустела, а впереди меня ждали новые дела. Но одно я знал точно: с каждым шагом я становлюсь сильнее.

Если бы всё было так просто, улицы давно бы кишели одарёнными с красными аурами, размахивающими своей силой направо и налево. Но самосовершенствование — это не подарок судьбы, а дело терпения и упорной работы над собой, и я прекрасно это понимал.

Кое-как поднявшись на ноги, я принялся разгонять энергию по телу, стараясь удержать её внутри, чтобы моё энергетическое тело привыкло к такому объёму мощи. Она бурлила в каналах, словно река, готовая выйти из берегов, но я не давал ей вырваться, направляя её туда, где она должна была осесть.

Пошатываясь, я всё же встал ровно и глубоко вдохнул, чувствуя, как сила постепенно становится частью меня.

Ну что ж, пора бы и делами заняться.

Тут в голове мелькнула мысль: Дмитрий как-то упоминал, что его отец нашёл в этом замке сокровище. Учитывая, что до этой комнаты он явно не добрался, вполне вероятно, что здесь могло остаться что-то интересное, не замеченное другими.

На первый взгляд, комната выглядела пустой: только мёртвая тварь да крошки от кирпичей.

Но я спохватился, вспомнив одну важную деталь — после поглощения сердца кристалла из него часто выпадают осколки или даже целые кристаллы. Так что я внимательно оглядел пространство вокруг себя и, прищурившись, заметил блеск в пыли.

Подойдя ближе, обнаружил четыре осколка кристалла, тускло мерцающих в сумраке — два синих и два жёлтых. Синие увеличивают энергетический резерв, а жёлтые выносливость тела. Не раздумывая, смахнул их в карман — мелочь, а пригодится.

Усмехнулся про себя — совсем недавно, увидев такие же кристаллы, Дмитрий едва язык не проглотил, а я смотрю на них как на нечто простое. Видимо мои старые привычки проявляются.

Затем я переключился на истинное зрение, внимательно изучая помещение. В дальнем углу что-то слабо засветилось — еле заметное, почти ускользающее сияние. Если бы не присматривался, прошёл бы мимо, даже не заметив. Подойдя к этому месту, я упёрся взглядом в кирпичную стену, за которой явно что-то пряталось — свечение пробивалось сквозь щели.

Не став церемониться, я вытащил палаш и принялся варварски расковыривать кладку кончиком тонкого клинка.

Раствор поддавался неохотно, но спустя пару минут упорства мне удалось ослабить его достаточно, чтобы вытащить один кирпич.

За кирпичом открылась небольшая ниша, и я невольно присвистнул от увиденного. Внутри лежала горка монет, поблёскивающих золотом, кинжал с золотой рукоятью, инкрустированной камнями, и ещё один предмет — круглый, больше похожий на изящное блюдце. Именно он светился ровным синим светом, мягким и притягательным.

Я взял в руки неизвестный артефакт, повертел, разглядывая незнакомые иероглифы, что опоясывали края. Назначение этой штуки оставалось для меня загадкой — ни памяти, ни опыта не хватало, чтобы понять, что это такое. Но интуиция подсказывала: вещь ценная, и время разобраться в ней у меня ещё будет. Смахнув находки в рюкзак, я ещё раз окинул комнату взглядом, проверяя, не упустил ли чего.

Истинное зрение молчало — больше никаких тайников с магическим отголоском здесь не было. Конечно, можно было бы перековырять все стены, на предмет других тайников, но это дело для тех, у кого времени вагон и сил немерено. У меня же ни того, ни другого в избытке не наблюдалось, да и желания превращаться в старателя не возникло. Всё ценное, что эта комната могла предложить, уже лежало в моём рюкзаке, а остальное — пусть пылится дальше. Я отряхнул руки, поправил рюкзак на плече и мысленно усмехнулся: день определённо удался.

Прислушавшись к себе, я оценил своё состояние. Вроде жив-здоров, и это уже само по себе достижение. Ведь и в изнанке побывал и тварь оранжевую убил, еще и сердце освоил. К слову, поглощение такого количества энергии — штука не из лёгких, но я, кажется, выдержал этот напор.

Для одарённого зелёного уровня впитать сердце червоточины — задачка, от которой у многих бы затрещали швы, а я чувствовал себя хорошо. Хотя с телом моим явно что-то было не так, и дело тут не в везении.

Обычный одарённый моего уровня давно бы рухнул, не выдержав такой нагрузки, но Злобин, судя по всему, постарался на славу, сделав меня выносливее и крепче, чем следовало бы.

Его рук дело, и я невольно усмехнулся этой мысли — что ж, спасибо, граф, пригодилось.

Но пора возвращаться.

Подойдя к краю червоточины, я шагнул в изнанку, ощущая, как она мягко приняла меня в свои объятия.

Сложно было сказать, сколько времени я провёл в той комнате — пара минут или полчаса? Время в таких местах течёт иначе, но судя по тому что я увидел, там, в замке, ничего не изменилось. Командир паладинов о чём-то спорил с Дмитрием, а остальные укладывали мёртвых тварей аккуратными штабелями, явно готовя их для транспортировки и последующей продажи на ингредиенты.

Я бросил взгляд назад, в ту комнату где только что был. Может, стоило притащить паладинам останки оранжевой альфы?

Но тут же отмахнулся от этой мысли — перебьются. Да и мне возиться с её чешуйчатой тушей никакого удовольствия не доставило бы, а таскать такую махину ради чужой выгоды я точно не нанимался.

Потом мой взгляд зацепился за то место, где раньше висела картина — та самая, с воином-магом, из-за которой я, по сути, и оказался в изнанке. Я бы очень хотел забрать её с собой, чтобы детальнее рассмотреть повнимательнее, но, к моему удивлению, её там уже не было. Стена была пуста, а граница червоточины сместилась, словно кто-то сдвинул занавес. Видимо, после того как я поглотил сердце, червоточина начала сужаться, стягивая свои края, как рана, что затягивается сама собой.

Жаль, конечно — эта картина с её золотым сиянием и чёрным сердцем явно скрывала больше, чем казалось на первый взгляд, и я бы не отказался разгадать её тайну за чашкой чая в спокойной обстановке.

Мысли текли медленно и плавно, как вода в тихой реке, — изнанка всегда убирала лишнюю суету на задний план, оставляя только ясность и холодную чёткость. Я подплыл к краю мембраны пузыря, и шагнул на мраморный пол тронного зала.