Абордаж (СИ) - Чук Павел - Страница 53

— Заблокировать флипт! — отдал короткую команду адмирал, поняв, что в кабине не его солдаты, а чудом вырвавшиеся из заблокированного несколько минут назад сектора десантники противника.

— Не можем, адмирал, — после продолжительной паузы, ответил дежурный. — Управление перехватили с резервного командного пункта.

— Это как?

— Пока не знаю.

— Свяжись с ними, кто там такой прыткий⁈ — раздражённо бросил адмирал. Мало того, что противник как-то умудрился сбежать из фактически захлопнувшейся ловушки, так ещё и какой-то офицер путает его планы.

Минуты бежали с неуловимой быстротой, а адмирал не находил себе места. На связь офицер-капитан Замси́киси вышел, но вот только через полчаса и то, что адмирал узнал мягко сказать не обрадовало.

Будучи на дежурстве резервного командного пункта, что находится в хорошо защищённом секторе корабля-носителя, офицер-капитан заметил несанкционированный пуск флиптов с перегрузом. Провёл стандартные проверки и обнаружил, что в кабине перемещения посторонние. Предположить, что в ней сейчас находится противник недалёкому офицер-капитану не составило труда. Но вместо того, чтобы доложить по инстанции, он решил своими силами уничтожить противника. Выслал для блокирования боевые машины и взвод охраны, посчитав, что этого будет достаточно для ликвидации, но он недооценил противника. Боевого робота уничтожили точным огнём, прорвались через блокаду, как-то уничтожили ещё два боевых робота, не считая взвод охраны и сейчас у офицер-капитана одна надежда на стационарные системы охраны.

— Полковник, сколько подразделений собрали для штурма сектора «М-1»?

— Три полные роты, усиленные автоматическими боевыми роботами в дополнение отделение пилотов боевых машин. Они находятся на позиции и ожидают вашего приказа, — быстро отозвался офицер.

— Перебросить их на уровень «Три» в сектор «А-4бис».

— Там находится четвёртый…

— Да, — прервал адмирал, — противник ушёл и сейчас штурмует четвёртый резервный центр управления. — И ещё, заблокируйте полностью все команды с этого резервного командного пункта…

Двери резво закрылись. Что только не сделает вежливое слово и приставленный к горлу клинок.

— Представься!

— Сержант Шанто́сти, — попытался встать по стойке смирно солдат, но из моего захвата ему вырваться не удалось.

— Что это за помещение⁈ — встряхнув сержанта, задал второй вопрос.

— Четвёртый резервный командный пункт, — медленно ответил пленный.

— Заблокировать вход на этот уровень можешь? — мне пришла идея, если это командный пункт, то почему бы не поступить так же, как поступал с нами противник? Заблокировать вход на этот уровень или сектор, изменить показатели внешней среды за пределами командного центра, а потом спокойно выйти и осмотреться.

— Да.

— Пошли! — произнёс и потащил с собой пленного. — И не вздумай что-то сделать неправильно!

Сержант Шанто́сти оказался не героем. Усевшись за пульт управления, за которым его и застала наша дерзкая атака, он быстро произвёл манипуляции и изображение на мониторе сменилось, поплыли какие-то знаки, а в помещении замигал аварийный сигнал.

— Что ты сделал⁈ — прорычал ему в ухо, не понимая, что происходит.

— Включил экстренную блокировку уровня. Сработала аварийная система.

— Какие полномочия у этого командного пункта? Наши команды могут заблокировать из главного центра? — после того, как взглянул на мониторы внешнего контроля и убедился в правильности действий пленного сержанта, немного успокоился.

— Полномочия полные при нахождении здесь кого-либо из числа высшего командования или старшего дежурного офицера. У него индивидуальный пароль-ключ, — словно пописанному ответил сержант, но потом замямлил, — команды полностью заблокировать не смогут, только частично, наверно, но я точно не знаю. Такая ситуация не моделировалась. Наоборот, брали на себя полные функции контроля над станцией.

— Станцией? — не понял я, что имеет ввиду сержант.

— Да. Вы же находитесь на межпланетной станции «Охану».

— Командир-хоск, — обратился подошедший анторс.

— Слушаю.

— Что с пленными делать?

Слишком много времени я потратил на общение с этим сержантом, совсем забыл о насущных проблемах. А ведь надо отдать соответствующие распоряжения, хотя, смотрю, раненым оказали помощь, выставили охранение, но этого мало.

— Осмотреть свободные помещения. Проверить, что имеется в наличии, а этих связать и оставить пока там, где лежат. Я с каждым поговорю. Может кто дельный оказался у нас, — отдал распоряжения, а сам обратился к пленному сержанту, надеясь, что он меня поймёт без лишних слов, — какая автономность?

— Не понял… — озираясь по сторонам и вжавшись в кресло, за которым он сидел, промямлил сержант. Пришлось объяснять.

— Сколько времени полный состав, кстати, какова численность заступившего на дежурство подразделения?

— Двадцать четыре солдата и офицера разной специальности плюс взвод охраны, но они размещаются в другом помещении, — быстро ответил пленный сержант.

— Так вот, сколько времени эти двадцать четыре бойца могут провести в закрытом помещении? Ведь такой случай предусматривался или я не прав? — что в случае нештатной ситуации помещение закрывалось и блокировалось — это первое, что предписано Уставом, по крайней мере, земным Уставом. Непонятно, конечно, почему офицер отдал приказ отрыть надёжно защищённое помещение, но этот вопрос не первостепенный, потом узнаем, если будет необходимость.

— Пять стандартных месяцев при блокировке сектора и месяц при блокировке помещения.

— Вода и еда?

— Неприкосновенный запас в комнате номер три. Там склад, — быстро ответил сержант, но вздрогнул на голос прокричавшего что-то пленного, который лежал лицом в пол. Реакция охранявших пленных солдат была быстрая. Крикуна утихомирили пинком, но я не смог разобрать, что прокричал коллега сержанта и обратился с пояснениями.

— Что он сказал? Кстати, на каком языке? Я не всё понял, — может быть зря, но не стал скрывать, что недостаточно хорошо владею местным языком.

— Это гонакский язык. Эхмис — техник-ремонтник.

— Что он сказал? — пришлось повторить вопрос.

— Говорил, что ранен и ему, и ещё троим требуется помощь.

— У нас мало медикаментов, но скажи, что первую помощь мы им окажем. Кстати, на складе есть запас медикаментов? — почему-то сразу не сообразил, что если есть склад, то вместе с пищей и водой там должен быть пусть и небольшой, но запас медикаментов.

— Есть один медкомплекс.

— Даже так⁈ И кто с ним умеет обращаться? — если честно, то обрадовался. Наличие медицинского комплекса меняет дело. Ведь мои бойцы практически все ранены, нет ни одного, в том числе и меня не получившего как минимум пары лёгких ранений, а про Птицу-восемь я вообще молчу.

— Внештатный медик Жоас Здрембско́вск, — с трудом выговорил сержант…

— Значит так, слушать меня внимательно! — подошёл к пленным, — кто из вас медик? — не решился произносить труднопроизносимое имя. Один из пленных поднял руку. — Хорошо. Его забираем, –= кивнул рядом стоявшим бойцам, — а вам придётся немного потерпеть. Первую помощь вам всем окажут, но сначала вылечат моих солдат. Через полчаса я с каждым поговорю. Думаю, что понятно — шутки закончились…

Договаривать, какие шутки закончились не стал. По большому счёту, кроме медика и сержанта нам никто не нужен, но оставался небольшой шанс, что среди пленённых захвачен кто-то, кто обладает нужными нам знаниями и умениями, и не факт, что об этом знал сержант Шанто́сти.

— Командир-хоск, — подошёл анторс. Почему-то ко мне чаще обращались анторсы, а не земляне. Я не задавался этим вопросом, но сейчас сообразил. Я плохо владею иностранными земными языками. Да, могу «на пальцах» изъясниться, чтобы понять общий смысл, но этого в боевой обстановке мало. Помогали жесты, что выучили практически все, кого взяли с собой в безумную атаку, но они подходили для общения во время боя. А ещё Птица-восемь. Я взглянул туда, где, облокотившись на спинку кресла рабочего места сидел внештатный переводчик. Глаза у него оказались закрыты, и он здоровой рукой придерживал перевязь с повреждённой курой. Будто проследив мой взгляд анторс пояснил: «Боец тяжело ранен. Ему оказана первая помощь, но большая потеря крови».