Испытание морем (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 27

1 июля 1457 A . D ., Флоренция, Флорентийская Республика

Две недели пролетели словно один день. Постоянная загруженность уроками рисования, окончанием работ по новому шифру, чтение обширной библиотеки Медичи, да и разговорами с самим Козимо, который теперь вовсю пользовался моими умениями по быстрому анализу, и заставил проштудировать все бухгалтерские книги всех своих банковских филиалов, чтобы сравнить свои выводы с моими. Где-то я не видел подвоха, где-то он, так что мы оба учились друг у друга, вскрывая факты мошенничества или подлогов, чему оба были страшно рады.

На всё это накладывались ужины у банкиров и аристократов Флоренции, а также постоянные примерки портного, который весь в поту и постоянной спешке пытался успеть выполнить мой заказ в срок. Так что время моего отбытия стремительно приближалось, пока одним вечером меня не позвали на ужин, и в зале дворца присутствовало всё семейство Медичи в полном составе, что на моей памяти случалось тут нечасто. Все реально были чем-то заняты, даже жёны банкиров: Контессина де Барди, например, держала на себе всё огромное хозяйство дворца Медичи, Лукреция Торнабуони ди Медичи, курировала публичную библиотеку, открытую в монастыре Сан-Марко, и кучу других благотворительных проектов, спонсировавшихся Медичи, чтобы там было разумная трата средств, и даже Джиневра, и та была занята в помощи по дому и хозяйству. Так что сбор всех в одном месте и правда был делом не частым.

— Синьор Иньиго, мы решили посвятить этот ужин вам, — объявил Козимо Медичи, — за эти недели, что вы гостили у нас, у всех возникло чувство, будто вы наш родственник, поэтому мы решили подарить вам этот ужин и подарок, от всех нас.

Улыбающийся Джованни поднялся и подойдя ко мне протянул длинный предмет, закутанный в ткань. Он же помог мне его раскрыть, и я увидел невероятной красоты и соответственно дороговизне пояс, составленный из серебряных пряжек, на каждой из которых была выгравирована сцена из жизни Космы и Дамиана, святых покровителей дома Медичи. Осмотрев весь пояс, я понял, что подарок со смыслом, поскольку, надевая его, я сразу показывал понимающим людям, чей дом представляю. На некоторых переговорах он определённо будет мне полезен.

— Благодарю за дар, я понимаю его смысл, — низко поклонился я всем, — не уроню честь флорентийских банкиров из дома Медичи.

— Мы в этом не сомневаемся, синьор Иньиго, — улыбнулся мне синьор Козимо, — но, прошу к столу.

В отличие от дня моего приезда, за столом сегодня говорили все, и в целом была непринуждённая обстановка, многое мне сказавшая о том, что меня приняли в этом доме. Конечно, я ни Медичи и никогда им не стану, но самое близкое, куда меня могли допустить, сейчас и происходило за этим столом. Наверняка во Флоренции многие бы отдали руку за то, чтобы оказаться на моём месте, а я же хоть и вел себя с благодарностью к их приёму, но при этом с полным пониманием того, что я самостоятельная личность и титульный дворянин. Это было всем видно и Медичи это явно нравилось, что я не раболепствую, ничего у них не прошу, и в то же время приношу пользу тем, кем я есть.

Поэтому ужин прошёл в очень дружеской обстановке, можно даже сказать семейной и мы расстались только через три часа, когда все разошлись по своим делам.

Глава 16

1 июля 1457 A . D ., Таламоне, Сиенская Республика

Путь обратно, Козимо мне посоветовал проделать по морю, сначала добравшись до города Таламоне, а там посетить филиал банка, чтобы управляющий нашёл мне корабль до королевства Арагон. Так я и решил сделать, а всю дорогу до города на побережье Тирренского моря, тренировался рисовать, рисуя углём всё, что только видел. Фра Филиппо оказался прав, хоть и откровенного таланта у меня не было, но практикой я могу многое наработать из того, что было мне доступно от природы.

— Таламоне, сеньор Иньиго, — к повозке подъехал Алонсо на коне, — я поехал вперёд.

Я лишь кивнул, поскольку все и так знали свои обязанности, он просто из дани уважения сказал мне о том, что поедет первым и поищет нам жильё, где можно остановиться. Поиски попутного корабля, как я помнил ещё по Неаполю, могут весьма сильно затянуться.

Первое, что бросилось мне в глаза, это было то, что небольшой город явно готовился к осаде. Поскольку виднелись работы по углублению рва, вырубались вокруг все деревья, из которых можно было бы делать фашины, также в него бесконечной вереницей тянулись подводы с продовольствием.

— «Зачем Козимо посоветовал ехать через Таламоне, если тут ведутся боевые действия и город могут скоро взять в осаду? — удивился я про себя».

Ответ на этот вопрос пришёл даже быстрее, чем я думал. Мы не успели проехать городские ворота, где нас самым тщательным образом обыскали, как вернулся взволнованный Алонсо, и сказал, что в порту многие корабли ищут попутчиков, чтобы хоть как-то окупить рейс обратно, поскольку торговля у них не задалась. В городе из-за постоянной опасности нападения со стороны клана Орсини и короля Альфонсо V торговля практически умерла, поэтому все купцы старались как можно быстрее распродать свои товары и покинуть город.

— Я выбрал самый большой корабль и предварительно даже договорился с капитаном, сеньор Иньиго, — быстро выдал мне всю это информацию Алонсо, — нам останется только продать повозку и лошадей.

— Скидывай побыстрее, пока всё не началось, — согласился я с ним, — лучше потеряем немного денег, чем застрянем в осаждённом городе.

— Конечно, сеньор Иньиго, — согласился он со мной, — тогда едем сразу в порт, вы поселитесь на корабле с вещами, чтобы в любой момент мы могли выйти, я заверил капитана, что больше ему искать никого не нужно будет, мы оплатим ему весь рейс целиком.

— Всё верно Алонсо, — подтвердил я правильность его решений, — ты всё правильно сделал.

Он поклонился, и мы заторопились в порт, чтобы познакомиться с португальским капитаном и его кораблём, оказавшимся большой двухмачтовой каравеллой.

— Ваше сиятельство, меня зовут Бранко Сантос, для всех нас большая честь приветствовать вас на этом корабле, — на неплохом кастильском встретил он меня с низким поклоном.

— Взаимно капитан, — кивнул я, — прошу дать нам время, чтобы продать повозку и лошадей, потом можем сразу выходить.

— Я даже могу помочь вашему управляющему, ваше сиятельство, — тут же ответил он, — лошади сейчас в большом дефиците, так что я знаю кому их можно продать с большой выгодой.

— Если продадите их дороже, чем мы их купили, капитан, — хмыкнул я, — десять процентов от суммы сделки ваши.

— Ваше сиятельство, ради такого, я очень сильно постараюсь, — широко улыбнулся он, уйдя догонять Алонсо, а ко мне подошёл его помощник, пугливо смотря на меня и мою охрану.

— В-ваша св-в-етлость, — перепутал он обращение явно от испуга, — прошу вниз, капитан отдал вам свою каюту, а ваши люди разместятся вместе с матросами.

— Хорошо, проведи нас, — кивнул я.

Места на корабле оказалось крайне мало, так что я ещё порадовался, что мой отряд небольшой, а то пришлось бы искать ещё и второй в придачу.

Внизу вонь была ужасающая, а больше всего от соломы и матрасов, которые лежали на полу. Я было открыл рот, чтобы спросить, почему нет гамаков, как в памяти пришло воспоминание, что они появились только после путешествия Колумба.

Своих наёмников я может бы и положил на них, но с нами была ещё Марта с пятью детьми, для которых это путешествие было сродни сказке, так что опасаясь того, что они в этой антисанитарии заразятся и привезут это потом в Аликанте, я решил устранить эту проблему, но сначала нужно было дождаться возвращения Алонсо и капитана.

Вернулись они через три часа, страшно довольные, и управляющий мне сказал, что в ожидании осады, цена на лошадей и правда сильно скакнула вверх, так что мы не только с выгодой продали их, а ещё и прилично заработали, не без помощи капитана Бранко.