Иоанна Хмелевская (Избранное) - Хмелевская Иоанна - Страница 109

– А вот потому, – спокойно ответил упырь и обвел шлемом окруживших его слушателей. – Все точно так же реагируют, и черт знает, чем это обернется. А я, может, хочу сделать карьеру. Не чиновничью, разумеется, упаси меня Бог от этого. У меня честная профессия, я ветеринар. А попрут меня с работы, начнутся проблемы… Так что я вынужден наступить себе на горло. Публично ни в чем не признаюсь, ни за какие сокровища. Я вообще ничего вам не говорил, а если что, никто не знает, как я выгляжу. Я вам еще нужен? А то эта маска меня задушит…

Ответа на свой вопрос он не услышал. Он оценил положение и молча пошагал к дороге, на ходу сдирая с головы маскировку. На его исчезновение никто не обратил внимания…

– А колорадский жук остался, – горестно сказал Каролек, вытаскивая проекцию подвальных помещений из-под обувной коробки. – И каждый раз все карты путает мясо. Может, вегетарианцем стать?

– А жалко все-таки, что мы ничего не можем сделать! – с тоской вздохнул Лесь, задумчиво глядя в окно. – Вот был бы номер: руки вверх и – мясо или жизнь! Вы себе представляете, что могло там быть, в таком багажнике?

– Заткните пасти, последний раз вам говорю! – взбесилась Барбара. – Ни слова больше на эту тему!

Состояние, в котором находилась драгоценная жемчужина коллектива, не позволяло легкомысленно отнестись к ее пожеланиям. Даже безумная храбрость имеет свои границы, поэтому мужская часть коллектива послушно умолкла. Однако тема так назойливо лезла в голову, что избавиться от нее не было никакой возможности и никакая другая тема заменить ее не могла. Молчание длилось до прихода Влодека.

– Мои дети посетили зоопарк, – объявил он голосом, исполненным кровавого сарказма.

Никто не откликнулся, потому что зоопарк мог спровоцировать запретную тему. Лесь и Каролек тревожно зыркнули в сторону Барбары, а Януш, сидевший впереди нее, на всякий случай притворился глухим.

– Со школой, – продолжал Влодек ядовито.

Три члена коллектива мысленно прикинули, какие опасности подстерегают их в связи с темой школы. Школа сама по себе показалась им не такой уж страшной.

– И что? – осторожно спросил Лесь.

Влодек повернулся к Каролеку:

– Кажется, ты с ног сбился в поисках фазанов для своего колорадского жука? Ха-ха!

Кровавые ошметки, мясная афера на министерском уровне, моральное разложение государственных деятелей…

– Ти-и-и… – предостерегающе зашипел Лесь, ибо Барбара стала поднимать голову от чертежа.

– Что тихо, почему тихо, отцепись! Жаль, что ты в Австралию не поехал за этим своим жуком!…

– За фазанами, – тихонько поправил Каролек, беспокойно посматривая на Барбару.

– Что?… А! Ну да, я и говорю – фазаны! Ты знаешь, где есть фазаны?! Олух царя небесного, знаешь где?!

Барбара холодным взглядом окинула спину Влодека и снова склонилась над кульманом. Каролек с облегчением вздохнул.

– Дебилы, полстраны изъездили! – подлил масла в огонь Влодек, для разнообразия издевательски-презрительным тоном. – А фазаны в центре города, в правобережной Варшаве! В зоологическом саду!

– Ты сам ездил по всей стране, – огрызнулся Януш, прежде чем Каролек смог оценить ценность полученных сведений.

– Ну, ездил. Разве я спорю… И я олух, точно. Но быть им не хочу!

– Все равно будешь, – холодно сказала Барбара за его спиной.

Каролек сорвался с места:

– Надо же! Слушай, ты уверен? Ты серьезно говоришь?

Влодек чуть не обиделся:

– Ты что думаешь, мои дети фазана не отличат? Им задали даже сочинение про них написать. Фазаны – ясно как день! Сразу же после фламинго, по дороге к обезьянам. Можно ехать на трамвае. На меня не рассчитывай, я иногда все-таки работаю.

– Януш! – умоляюще возопил Каролек. – О Боже! Мы бы прямо мигом обернулись.

Януш уже вставал с места.

– Ладно, бери своих любимых зверушек и покончим с этим раз и навсегда.

– И я поеду! – напросился Лесь. – Обожаю смотреть, как кормят птичек. Я поеду с вами, хорошо?

– Да ладно, поехали…

– Тогда я тоже поеду, – вдруг заявила Барбара. – Хочется посмотреть на что-нибудь осмысленное и нормальное. А то меня кондрашка хватит.

Покинувший их было Влодек остановился в дверях. Сердитым взглядом окинул коллектив и жестом, полным обиды, стал снимать рабочий халат…

Пятеро остановились в зоопарке перед вольером с фазанами. Каролек лелеял в объятьях коробку из-под обуви, словно ценную реликвию. Перспектива скорого осуществления поступка, соответствующего законам природы, подняла настроение уставшим от мерзостей душам, жадные взгляды впились в газончик, на котором суетились разнообразные птицы.

– Посмотрите, не идет ли кто, кормить животных запрещено, – скомандовал Лесь. – Надо их приманить поближе, а то не успеют склевать, как эти жучки разбегутся. Цып-цып-цып…

– Они быстро клюют, – утешил его Каролек и с умилением открыл коробку.

– Цып-цып-цып, – соблазнительно подманивал Лесь, – гуль-гуль-гуль… кис-кис-кис…

Каролек заглянул в открытую коробку, и на лице его изумление перешло в нарастающее беспокойство.

– Кретин, – комментировал Влодек, – кто же птицу зовет «кис-кис»!

– Ну, бросай же, чего ты ждешь? – подгоняла Барбара.

Каролек поднял голову и неуверенно посмотрел на них.

– Знаете… Наверное, с ними что-то случилось… Посмотрите. Они… того…

Колорадские жуки, которых Каролек и собирал-то на поле не в расцвете их первой молодости, а потом возил больше недели в коробке из-под обуви, естественным образом закончили свой жизненный путь. Никому из коллег как-то не пришло в голову, что срок жизни насекомого далек от срока жизни слона, например. Теперь коллектив с удивлением взирал на раскрошившиеся остатки картофельной ботвы, перемешанные с останками уже безвредных насекомых. Первым впечатлением оказалось безграничное изумление.

– Сдохли, – сказал Януш с упреком.

– Ты за ними плохо ухаживал, или сами по себе? – озабоченно поинтересовалась Барбара.

– Сами по себе, – наставительно высказался Влодек. – Колорадский жук живет максимум пару недель, а иногда всего несколько дней. Потом умирает естественной смертью.

– Ну, по крайней мере, теперь не улетит! – обрадовался Лесь. – Брось туда, пусть фазаны себе поклюют.

Каролек заколебался:

– Ну что ты… Мертвых?…

– Правильно, – поддержал его Януш. – Падалью фазанов кормить? Нежные создания, вдруг им это повредит?…

Все вопросительно взглянули на Влодека. Влодек пожал плечами:

– Насчет употребления фазанами дохлых колорадских жуков нигде не говорилось. Не могу ручаться…

Каролек решительным жестом закрыл обувную коробку крышкой. Пошел обратно, ускоряя шаг и увлекая за собой остальных. На главной аллее бросил коробку в урну. Януш оглянулся:

– Между нами говоря, мусорные контейнеры и возле института стоят…

– И я-то, дура, специально ехала сюда увидеть нечто осмысленное, – воскликнула Барбара таким тоном, что Каролек еще прибавил скорости…

Главный архитектор сидел в своем кабинете и, неприятно удивленный, вчитывался в письмо от заказчика. Уже несколько недель он наблюдал замечательно возрастающий уровень трудовой активности в коллективе. Мало того, что проекты на всех очередных этапах завершались досрочно, они к тому же отличались совершенной подгонкой мелочей и яркими творческими изюминками. Сердце его пело, и умиление охватывало душу. Он всегда верил: хорошее руководство рано или поздно окажет свое благотворное влияние.

Ясное дело, о причинах такого страстного трудолюбия всех отделов мастерской шеф не имел ни малейшего понятия. Он не мог знать, что работа является единственным фактором, способным заглушить муки совести. Жертвы навязчивых идей любой ценой старались избегать каких бы то ни было перерывов и простоев в работе. Зав мастерской раздувался от гордости и ходил в ореоле личной славы.

Письмо от заказчика прозвучало неприятным диссонансом. В нем спрашивалось, по какой причине заказчик не получил ответа на свой дополнительный заказ, невзирая на то, что отведенный законом срок давно уже истек. Начальник точно помнил: что-то такое действительно поступало некоторое время тому назад, он лично передал это что-то Янушу, и Януш должен был на него отреагировать. По крайней мере предложить какое-то приложение к договору…