Чудесный сад жены-попаданки (СИ) - Деева Лина - Страница 44

— Слышу, слышу, — сквозь зубы буркнул Райли. — Уже боюсь.

И когда очередной холм наконец скрыл его от полицейских, с удовольствием послал Красавчика в галоп.

Скачка неплохо освежила голову, и, уже рысью подъезжая к замку, Райли пришёл к нескольким выводам.

Во-первых, ночью Безликий однозначно ушёл, иначе инспектор сейчас праздновал бы победу, а не рыскал по взморью.

Во-вторых, Трейси, скорее всего, в ночную операцию не взяли, и сегодня он пытался найти в дюнах хоть какие-нибудь зацепки для дальнейшего расследования.

В-третьих, будет очень, очень плохо, если он наткнётся на лачугу и решит её осмотреть. Вряд ли леди Каннингем сумела замести следы так, чтобы их было не разглядеть при свете дня. Значит, сразу после приезда необходимо лезть в тайный ход и как угодно, но перекрыть его.

В-четвёртых… В-четвёртых, Олли был прав. Зря он остался. Только кто же мог предвидеть, что у инспектора такие друзья в столице? Да, Трейси нечего ему предъявить, но если Мэриан каким-то несчастливым образом узнает всё до конца…

Это будет настоящим ударом для неё.

«Но уехать сейчас я тоже не могу, — сам себе возразил Райли. — Она рассчитывает на меня в эти полгода, и ей на самом деле нужна помощь. Даже самой сильной и умной девушке не поднять имение в одиночку, а тут ещё этот разбойник…»

Не закончив мысль, Райли тряхнул головой: надо же, ворота замка. Не заметил, как доехал. Только почему не видно никого из привратников?

— Том! — громко позвал он, подъехав к самой решётке. — Эй, Том!

Ударил по прутьям, однако никакого результата это не принесло.

— Да что здесь происходит? — не без тревоги пробормотал Райли и снова крикнул: — Том!

К счастью, на этот раз его услышали.

— Бегу, гсдин Райли! — Появившийся привратник и впрямь почти бежал. — Счас, чуток подождите ещё!

Он остановился перед подъёмным механизмом, поплевал на ладони и, взявшись за отполированную погодой и прикосновениями рукоять, принялся энергично крутить ворот. Под душераздирающий скрип решётка поползла вверх, и Райли вспомнил, как обсуждал с леди Каннингем необходимость перебрать и смазать механизм. «Пусть пока скрипит, — сказала она. — Зато никто не войдёт в замок незаметно». И, взглянув на ситуацию под таким углом, Райли с ней согласился.

— Что случилось? — требовательно спросил он у Тома, въехав во двор и спешившись. — Почему ты не на посту?

— Да тама такое, гспдин! — От избытка чувств привратник широко взмахнул руками. — Розы зацвели! Представляете? Синие розы Колдшира!

Розы? Райли не верил в связанные с ними россказни, но неужели цветы и впрямь синие?

— Леди Каннингем доложили? — спросил он.

Том закивал:

— Ага, ей первой. Счас все в саду: и гсжа, и остальные. Ток я краем глаза глянул — и бегом обратно.

«Оправдывается», — хмыкнул про себя Райли и милостиво решил не заострять внимание на нарушении. Уронил:

— Ясно. Продолжай дежурство.

И повёл Красавчика к конюшне.

Там тоже никого не было: похоже, весь замок и впрямь сбежался в сад.

«Надо и мне взглянуть», — шепнуло искушение, однако разум напомнил: Трейси. И именно сейчас, когда все заняты другим, лучший момент разобраться с тайным ходом.

Райли в зародыше подавил невесёлый вздох, привязал коня к коновязи и быстрым шагом двинулся к донжону.

Кладовая, инструмент, кабинет леди Каннингем, подземелье. А розы… Розы подождут.

Глава 61

— Госпожа, розы! На синих розах Колдшира появились три бутона!

— Что?

Я подскочила в постели. Ожесточённо потёрла глаза, прогоняя сон, и переспросила:

— Розы зацвели?

— Ещё нет, госпожа. — Однако было не похоже, чтобы это печалило Оливера. — И вряд ли все бутоны раскроются. Но какое счастье, что душа замка наконец пробудилась!

«Скорее уж, принесли плоды наши усилия, — куда более приземлённо подумала я. — Зря, что ли, мы столько с ними возились?»

Отчётливо понимая, что больше поспать не получится, слезла с кровати и подхватила капот:

— Идёмте, я хочу взглянуть.

— Конечно, госпожа!

И садовник, от радости скинувший добрый полтинник лет, с моложавой резвостью и галантностью распахнул передо мной дверь в гостиную.

Мы торопливо пересекли половину замка и вышли в сад. Вот и кусты роз: подрезанные, подвязанные, удобренные сажевым раствором, ради которого я самолично шуровала кочергой в дымоходах колдширских каминов. И на самом крупном из них, том, где я поймала странный глюк с синим огоньком, действительно голубели плотные бутоны: три крупных и два маленьких.

— Пять! Силы небесные, пять! — ахнул Оливер и воззрился на меня с почти религиозным благоговением. — Это всё вы, госпожа! Колдшир признал вас настоящей хозяйкой!

— Чрезвычайно польщена, — отозвалась я, не принимая, впрочем, слова старика всерьёз.

Протянула руку к ближайшему бутону, однако так и не решилась коснуться атласных, туго скрученных лепестков, словно боясь, что они растают невероятным видением.

— Ух ты! — восторженно выдохнули позади.

Я обернулась и с удивлением увидела, что в саду уже полно народа. Бренда, служанки, кровельщики, Хендри, Рона, Барк, Стини — только Тома не было, похоже, он сегодня дежурил на воротах. И все они смотрели на розы и на меня, словно на чудо. Захотелось воскликнуть: «Да вы совсем с ума посходили! Это же просто цветы!» Однако я сама понимала, что покривлю душой. Слишком уж много необъяснимого случилось со мной за какой-то месяц в имении. И потому я прочистила горло и приказным тоном сказала:

— К цветам не подходить никому, кроме Оливера. И вообще, незачем здесь толпиться. Ступайте работать.

Слуги неохотно послушались и нестройной толпой двинулись прочь, вполголоса обсуждая столь знаменательное для Колдшира событие. Последней (и как бы отдельно от остальных) шла Бренда, и взгляд, который она бросила на меня, перед тем как скрыться из виду, неприятно царапнул душу предчувствием. Вдобавок до меня дошло, что среди прибежавших в сад не было Райли, и это было чертовски странно. Такое событие требовало от него быть в первых рядах, так почему он не появился? Может, его вообще нет в замке? Но куда он мог уехать?

— Оливер, — повернулась я к старику, встретила полный довольства взгляд и передумала задавать вопрос. Вместо этого улыбнулась и спросила другое: — Вы рады?

— Да, госпожа. — Позабыв о нашем уговоре, старик низко мне поклонился. — Теперь и умирать не жалко.

— Бросьте! — Мне суеверно захотелось постучать по дереву. — Никаких смертей!

Садовник ответил тёплой улыбкой и отозвался:

— Как прикажете. И не тревожьтесь за цветы, госпожа. Я возле них дневать и ночевать буду, покуда не распустятся. Это ведь спасение Колдшира.

Спасение? Пять розочек?

Сама того не желая, я брякнула это вслух, и Оливер убеждённо сказал:

— Пять — только начало. Уверен, госпожа, скоро весь сад засияет синим. Перед воротами замка будут толпиться посланцы тех, кто захочет украсить свой праздник чудесными цветами, и станут покупать розу за золотой, как было во времена молодости старого Сэма. Какое счастье, что хотя бы на закате жизни и я увижу это!

— Ваши слова — да высшим силам в уши, — вздохнула я, упорно стараясь смотреть на ситуацию с точки зрения реалиста.

Чтобы превратить пять роз хотя бы в пятьдесят, нужны время и упорный труд. За вторым дело не станет, но вот насчёт первого я сомневалась.

Однако высказывать всё это вслух при садовнике я не стала: зачем портить человеку праздник? Потому просто пообещала, что приду в сад позже, и отправилась в свои комнаты: умываться, переодеваться и завтракать (а точнее обедать, поскольку завтрак я благополучно проспала).

А после — впрягаться в ежедневную рутину обязанностей хозяйки Колдшира.

***

Когда я с удовольствием заканчивала третий пункт своего плана, то есть обедо‑завтрак, в комнату вошла Лили с белым почтовым голубем в руках.

— Вот, госпожа. — Она протянула мне птицу. — Послание для вас.