Чудесный сад жены-попаданки (СИ) - Деева Лина - Страница 36

Я невольно передёрнула плечами.

— Не верю. Какое-то это совсем недетское коварство.

Райли не ответил. Встал сбоку от камина, прислонившись плечом к каминной полке, и устремил на огонь нечитаемый взгляд.

В комнате установилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров.

— А Бренда? — нарушила я молчание. — Как считаешь, она знала, чем занимается её племянник?

— Может, знала, а может, и нет, — отозвался Райли. — Нам ведь ничего не известно о близости их отношений.

Я пожевала щеку и решительно сказала:

— Но завтра я с ней поговорю. Буду напирать, что она в сговоре с Тимми — если не признается, то, может, сболтнёт что-нибудь важное.

Райли наклонил голову к плечу.

— Хотите её уволить?

— Да. — Я не собиралась отрицать очевидного. — Она мне не нравится.

— Тогда почему до сих пор работает в Колдшире?

Я отвернулась.

— Потому что для увольнения нужна более объективная причина, чем неприязнь хозяйки.

Райли немного помолчал и вдруг спросил:

— Хотите, чтобы я присутствовал при вашем разговоре?

— Хочу. — Ответ вырвался у меня до того, как я успела его обдумать.

Потому что вести неприятные беседы (а именно такая мне предстояла) легче, когда за твоей спиной стоит надёжная, как скала, «группа поддержки».

По лицу Райли скользнуло редкое для него выражение довольства.

— После завтрака? — по-деловому уточнил он, и я кивнула.

А потом раздумчиво сказала:

— Интересно, что же Тимми передавал разбойникам? Не сигнал же, что можно напасть на нас?

— Последнее вряд ли, — уверенно сказал Райли. — В Колдшире нечего брать, об этом всем известно.

— А деньги, которые ты привёз? — парировала я.

— Откуда Тимми знать, с чем и зачем я вернулся? — пожал плечами Райли. — Нет, скорее всего, он хотел предупредить, что в замке солдаты. Или…

Тут он нахмурился, однако сразу же тряхнул головой и пробормотал:

— Да нет, нет, откуда ему знать.

— О том, что Гилби приехал за деньгами и его можно перехватить на обратном пути? — угадала я. — В том-то и дело, что он уже не раз бывал в Колдшире именно по этому поводу. И если сложить твоё возвращение с приездом банковского служащего, то вполне можно сделать правильные выводы.

— Однако клерка ни разу не грабили. — Райли не возражал, а размышлял. — Он ведь ничего не говорил об ограблениях?

— Нет.

— Хм. Возможно, Безликий просто не хотел связываться с армией? Тогда у него нет причин захотеть это сейчас. Особенно зная, что мы раскрыли его соглядатая.

— Возможно, — согласилась я. — Однако завтра я всё же постараюсь предупредить капитана Литтлтона. Без подробностей, но чтобы он был настороже.

Собеседник одобрительно склонил голову:

— Да, так будет правильно. Только предупреждать вы будете не завтра, а уже сегодня: время глубоко за полночь. И, может, вы всё-таки пойдёте спать?

Я собиралась ответить, что сна у меня ни в одном глазу, но вместо этого с трудом подавила зевок. Тепло после холода, уютная обстановка и высказанные тревожные мысли — всё это исподволь действовало расслабляюще.

И всё-таки вставать и тащиться в постель не хотелось. Потому я ответила:

— Да, попозже. А ты иди, тебе тоже нужен отдых, даже больше, чем мне. Только постарайся, чтобы тебя никто не видел.

Райли приподнял бровь:

— Это из-за тех сплетен, о которых вы упоминали?

— Да. — Я неловко усмехнулась. — Когда слуга выходит из спальни госпожи, пусть даже среди бела дня, у некоторых сразу начинает работать фантазия.

Черты Райли приобрели медальную твёрдость.

— Не беспокойтесь. Больше вас не потревожат никакие слухи.

Прозвучавшая в его тоне безапелляционность не сулила сплетницам ничего хорошего. И я, прочистив горло, миролюбиво попросила:

— Просто постарайся уйти незамеченным. И вообще, когда на слухи начинают обращать внимание, они от этого только ширятся.

— Всё будет хорошо. — Сложно сказать, прислушался Райли к моим словам или нет.

— Надеюсь, — со вздохом пробормотала я. Подавила очередной зевок и всё-таки отскребла себя от кресла. — Доброй ночи, точнее, того, что от неё осталось.

— Доброй. — Райли тоже отлип от каминной полки.

Окинул меня, завёрнутую в плед, как в мантию, непонятным взглядом, хотел ещё что-то добавить, но сдержался и лишь поклонился:

— С вашего позволения.

Я дождалась, пока за ним бесшумно закроется дверь, покосилась на так и манившее в него вернуться кресло, однако побрела в спальню.

До рассвета и запланированного подъёма мне оставалась какая-то пара-тройка часов.

Глава 51

— Леди Каннингем!

М-м-м.

— Леди Каннингем, вы просили вас разбудить!

О, бли-и-ин!

Я разодрала один глаз и невнятно пробормотала:

— Да, да, встаю.

— Я принесла тёплую воду для умывания. — Умница Лили не спешила уходить. — Какое платье вам подготовить?

Никакое. После такой безумной ночи я хотела спать, а не выбирать платье.

— Серое, — наобум буркнула я.

— Хорошо, леди Каннингем. Когда вам подавать завтрак? Или вы спуститесь в столовую?

Тьфу.

Смирившись, что полежать ещё минуточку мне не дадут, я открыла оба глаза и с кряхтением села в постели.

— Завтрак подашь в кабинет. А сейчас иди и займись платьем.

Добившаяся своего Лили выскользнула из спальни. Я же спустила ноги на пол, на ощупь поискала домашние туфли и, не найдя, сердито заглянула под кровать: ну где они?

И вспомнила, что вчера мокрая обувь благополучно осталась у камина.

— Никогда ещё Штирлиц не был так близок к провалу. Точнее, к новому витку слухов, — пробормотала я и поползла умываться.

Впрочем, если у Лили и возникли вопросы относительно туфель, она их, естественно, не высказала. А я после рутинного утреннего туалета почувствовала себя гораздо бодрее и жалела только об одном: что здесь ещё не изобрели патчи для век. Тени под глазами у меня были знатные, а пользоваться пудрой считалось моветоном для благородной леди.

— Умный не скажет, дурак не заметит, — сообщила я своему отражению. — И вообще, можно попробовать встроить это в легенду, которой собираюсь предупреждать капитана.

Отражение ответило скептическим взглядом, но я это проигнорировала. Пощипала бледные щёки, покусала губы и отправилась провожать дорогих (в прямом смысле) гостей.

Когда я спустилась во двор, Гилби и его сопровождающие были готовы выступать.

— Доброе утро, леди Каннингем, — поприветствовал меня клерк, деликатно не коснувшись моего отнюдь не цветущего вида даже фразой «Как вы спали?».

Зато капитан Литтлтон оказался более прямолинеен и после приветствия добродушно пробасил:

— Право же, не было нужды нас провожать. Подъём в этакую рань привычен только солдатам и путешественникам.

— Иногда можно и поступиться своим комфортом. — Я улыбнулась и, понизив голос, продолжила: — Но, господа, может быть, вы задержитесь в Колдшире ещё на день?

Да, это означало лишние траты, однако вполне могло сбить разбойников с толка.

Литтлтон нахмурился.

— Спасибо, леди Каннингем, вы чрезвычайно любезны. Тем не менее, полагаю, причина вашего приглашения не только в духе гостеприимства?

Я кивнула и заговорила совсем тихо, отчего моим собеседникам пришлось подойти ближе.

— Видите ли, господа, мне вчера не спалось. Я решила немного полюбоваться звёздами из окна гостиной, но, когда подошла, увидела такое…

Я выдержала эффектную паузу, и Гилби не мог не подхватить:

— Такое?

— Вспышки в холмах! — Я сделала испуганное лицо. — Как раз в той стороне, куда вам уезжать. Боюсь, это разбойники, и они собираются напасть на вас!

Увы, судя по мелькнувшему на лицах мужчин снисходительному выражению, моим спектаклем они мало прониклись.

— Не переживайте, леди Каннингем, — задушевно начал Гилби. — Уверен, тому, что вы видели, есть вполне мирное объяснение.

— А если и нет… — Литтлтон воинственно подкрутил усы. — Не сомневайтесь: мы дадим этим бандитам такой урок, что они зарекутся связываться с армией!