Японская война 1904. Книга четвертая (СИ) - Емельянов Антон Дмитриевич - Страница 23

— Инкоу на связи… — радиотелеграф, выделенный головному кораблю каравана, отозвался почти сразу.

— Все коды переданы верно. Сообщают, что ждут нас, — связист принял сообщение целиком и повернулся к капитану.

— Спроси, где «Асама» и где русские.

— У военных? Думаете, они ответят? — связист вытаращил глаза, но, увидев сжатые губы Йоко, передал все, как и было приказано.

— Передают… Капитан, вы с ума сошли? Следуйте в порт.

— Скорость до нуля, — Йоко выдохнул. — И передавайте, что либо они ответят на мои вопросы, либо я уведу караван обратно. И отвечу за это.

— Передаю, — связист сглотнул.

Следующие десять минут все стоящие в рубке люди нервно слушали перестук ключа, а потом… Инкоу ответил.

— Русские поняли, что ничего не могут сделать, и ушли. «Асаму» и половину миноносцев отозвали обратно к Того. А вам, капитан, придется ответить прямо тут.

— Половину? — Йоко поднял глаза к старому, но все еще идеально прокрашенному потолку. — Передавайте вопрос.

— Говорят… — связист успокоился и теперь с каждой минутой смотрел на своего капитана со все большим уважением. — Русские устроили диверсию. Потопили несколько миноносцев, и мы сможем увидеть их по пути в порт. «Асама» тоже пострадал, и поэтому в том числе был отозван. А теперь городу нужны припасы, и если мы их не привезем, то военные позаботятся, чтобы каждый из нас отправился в тюрьму до конца своих дней. Капитан…

Связист посмотрел на Йоко с такой надеждой, что стало очевидно. Угроза его зацепила, да и остальные в рубке начали перешептываться. Сам капитан еще чувствовал что-то неправильное в ситуации, но… В то же время он понимал, что если не поспешит, то его же люди могут его скрутить. Кто бы ни проводил переговоры с той стороны, опыта и умения запугивать ему было не занимать.

— Малый вперед, — Йоко кивнул штурману и довел корабль до входа в залив.

Тут им приказали остановиться, пока не приедет лоцман, чтобы провести их через минные постановки. И он действительно приплыл. Японец, представившийся Сайго Такамори. Из тех самых Такамори. Впервые за последние несколько часов Йоко позволил себе выдохнуть. Представитель старого сацумского рода точно бы не стал работать на врага, а значит, все его предчувствия — просто старость. Бывает.

Окончательно успокоившись, капитан подошел к краю мостика и начал крутить головой, пытаясь высмотреть те самые мины. Не увидел, зато смог разглядеть силуэт затонувшего недалеко от берега миноносца. А потом, стоило им подойти вплотную к площадке с кранами, как двери ближайших ангаров распахнулись, и оттуда на корабль уставились черные жерла пушек. Несколько десятков! Йоко замер, не смея пошевелиться, и тут к тяжелому молчанию стальных орудий добавился топот ног.

Сначала на причал, а через пару мгновений и на палубу корабля начали забегать солдаты в мундирах Русской императорской армии. Как же так?.. В голове Йоко крутились только эти три слова.

Глава 11

Потопить флот, захватить город, взять добычу… Кажется, это должен успеть каждый мужчина? Как ни странно, стоило нам добиться успеха на первом этапе, как это потянуло за собой все остальное.

Отошедшие в Инкоу японцы собирались яростно защищаться, но кто бы им дал. Еще до обеда мы удлинили железную дорогу, сделав разворот возле города, потом подтянули шары для корректировки, а дальше дело техники. Подавили одну за другой все батареи — подошли ближе. Добили остатки японской артиллерии, а заодно и миноносцы, у которых самый крупный калибр уступал нам в два раза, и не было возможности что-то сделать на нормальной дистанции.

Ну, а потом штурм. Роты 1-й дивизии Шереметева ворвались в город, зачищая плацдарм, а потом и рассекая Инкоу на две части. Ночью было немного нервно, но у японцев не нашлось командира, который смог бы придумать что-то большее, чем атаки в лоб. Выстояли, а потом продолжили работу. Разбили город на четыре части, потом на отдельные квадраты. Снаряды, гранаты — ничего не жалели.

В паре мест враг, впрочем, успел неплохо закопаться, и обстрел издалека ничего не давал, но мы не спешили. Зачистили те места, где было проще, а к самым укрепленным позициям прямо по городским улицам проложили временные железные дороги. Можно было и на своих плечах пушки дотащить, но зачем, если на поездах быстрее. Да и волю к сопротивлению они подрывают лучше.

Отряд в подвалах городской администрации мы взяли сразу, в порту, где защитники пытались прикрывать свои позиции с полузатопленного своими руками миноносца, пришлось повозить чуть дольше. Но тоже взяли, а заодно захватили в плен двух оглушенных японских командиров, которые и смогли организовать этот узел обороны. Лейтенанты Хайяо Тада и Ямада Отодзо.

Я решил обязательно с ними поговорить, когда придут в себя, но сразу на это времени точно не было. Надо было дальше зачищать город, считать захваченные японские припасы, готовить новые рубежи обороны на суше и на море… Первым делом, впрочем, я послал пловцов к затонувшему на мелководье «Асаме». Наши моряки подсказали, как можно нырять даже в такую погоду, натерев тело жиром, и несколько добровольцев пошли пытать удачу.

Артиллеристы, штабисты и даже пехотные офицеры — все дружно настаивали на том, что нужно постараться как можно скорее снять пушки, но это точно было дело не быстрое, если вообще возможное. А вот на мостик, в каюту капитана и, наконец, в радиорубку ныряльщики заглянули в первые же минуты. И удача оказалась на нашей стороне. Тетрадку с кодами для связи не успели уничтожить, и таким вот образом мы получили возможность выйти на второй этап операции с захватом идущих в город транспортов.

— Повезло, — выдохнул стоящий рядом со мной Врангель, готовый двинуть своих казаков вперед в случае неприятностей.

— Вовсе нет, — не согласился я с бароном. — Мы, вообще-то, с самого начала работали на этот успех. Связисты, которые глушили все передачи. Ваши пластуны, которые нашли каждый телеграфный кабель, идущий из города. Причем даже те два, которые были закопаны! Если бы не это, враг бы просто передал сообщение о потерях, и любые наши находки не имели смысла.

— Если честно, не думал с этой стороны, — Врангель растерянно почесал лоб.

— С победами всегда так. Если хочешь выжать из них побольше, надо чтобы все работали как единое целое.

— Кстати, теперь можно будет связаться с французами, — напомнил Огинский. — Пусть везут свои пушки, пока японцы сюда весь свой флот не пригнали.

— Весь не пригонят, — покачал я головой. — Тогда ведь наши смогут из Порт-Артура выскользнуть. А то, несмотря на то что город еще держится, там до внутреннего рейда уже месяц как японские пушки добивают. Пусть неточно, пусть на излете, но все равно неприятно.

— Пригонят-не пригонят… Мне кажется, нет смысла гадать, а вот поторопиться с французской посылкой очень бы хотелось, — просиял Брюммер, которого я включил в группу по продумыванию новой техники, и теперь штабист рвался перейти от теории к практике.

— Алексей Алексеевич, — повернулся я к Огинскому. — Вот как вы думаете, если французы узнают, что мы захватили Инкоу и собираем тут японские транспорты, они нас сдадут?

— Японцам?

— И им в том числе.

— Если честно, мне кажется, что господа Пикар и Думерг уже осознали, что сотрудничество с вами может дать им больше, чем мелкая подлость…

— Но? — я уловил явную паузу.

— Но японская разведка раскинула свои сети не только у нас, а у французов с безопасностью и умением хранить секреты большие проблемы. Так что, может, и не сами, но новости из Ханоя доберутся до Токио уже сегодня.

— Я тоже так думаю, — кивнул я. — Поэтому предлагаю не спешить. Вот раскроют нас японцы сами, тогда и вызовем французов. А пока… Давайте посмотрим, что еще нам подкинет госпожа удача.

Мы еще немного постояли над шумящим словно муравейник городом, а потом все разбежались по делам. И их было еще очень много. Надо было вместе с артиллеристами напомнить еще не приставшим к берегу кораблям, чтобы они не дергались. Вместе с казаками и разведкой рассортировать новых пленников. Вместе с нестроевыми начать выгрузку и сортировку прибывших из Японии ящиков. Вместе с 1-м конно-пехотным и саперами продолжить операцию прикрытия.