Надежда Тальконы (СИ) - Корешкова Евгения - Страница 34

Аллант едва успел приехать, как его перехватил в коридоре один из охранников и, извиняясь, сообщил, что Рэлла Тальконы срочно желает его видеть и ждет в рабочем кабинете. Получено сообщение с Накасты.

Надежда никогда не отвлекала его по пустякам. Значит что-то действительно срочное и важное. Но что? И почему именно в рабочем кабинете, когда я не велел ей выходить без особой надобности из жилого сектора? — С такими думами Аллант широко шагал по коридору, и оба телохранителя, Бакет и новенький, тенями двигались за ним следом.

Надежда сидела в кресле у журнального столика, вполоборота, через левое плечо, глядя на дверь. Левую руку она держала на коленях, а правую свесила через подлокотник.

— Надь, что случилось, зачем ты меня звала? — Уже с порога спросил Аллант. Она не ответила и смотрела спокойным, почти равнодушным взглядом, явно ожидая, когда муж приблизится. И Аллант подошел почти вплотную, ещё не совсем понимая, что же именно ему не понравилось во взгляде жены, когда она резко вскочила и с криком:

— Ты враг Тальконы! — бросилась на него. В правой руке блеснуло лезвие кинжала. Аллант успел отшатнуться, наверное, только благодаря пятилетним тренировкам. Телохранитель прикрыл его, и удар, предназначенный лично ему, достался верному охраннику. Надежда ударила резко, профессионально, в сердце, но вытащить кинжал для второго удара уже не успела. Тяжелый кулак Бакета, направленный под челюсть, остановил её. Второй удар, в солнечное сплетение, заставил её согнуться и осесть на пол. К ногам ошеломленного Алланта, который, как со стороны, запоздало услышал свой собственный отчаянный крик:

— Не-е-ет!!

Он стоял и не мог прийти в себя от потрясения, хотя короткая схватка уже закончилась. Но этого просто не могло быть, чтоб Надежда попыталась его убить?! Да ещё кинжалом! Да еще так неуклюже! Да ещё с этим нелепым криком! — Он абсолютно ничего не понимал.

Аллант попытался наклониться к неподвижно лежащей жене, но телохранитель довольно бесцеремонно оттолкнул его к стене, прикрывая собой, одновременно вызывая по переговорному устройству подмогу и выставляя вперед ствол излучателя. И лишь когда, причем очень скоро, подоспела помощь, он молча показал Алланту в правый верхний угол, где тускло светился красный огонек работающей информкамеры. Кому-то очень было нужно заснять всё это дело.

Аллант опять рванулся, было, к Надежде, но Бакет не пустил его, сам наклонился и перевернул безвольное тело. На блестящем узорном паркете обнаружилась лужица крови, что натекла из носа и уголка рта несостоявшейся террористки.

— Ты убил её?! — ужаснулся Аллант. Телохранитель пощупал пульс сначала на руке, что лишь минуту назад сжимала смертоносное оружие, потом на шее и проворчал:

— Нет, Ваша Мудрость, не получилось почему-то, но я хотел. Живучая оказалась.

Аллант приказал отнести жену в свои апартаменты и вызвать врача.

Надежда не приходила в сознание больше часа, и всё это время Аллант сидел рядом, держа её руку в своей и повторял про себя:

— Надя, Наденька, почему? Ну, почему ты это сделала? — и не находил ответа.

Она глухо, по-звериному застонала, переворачиваясь набок и, не открывая глаз, обхватила руками голову. Страшная гримаса боли исказила её лицо. И Аллант почти физически ощутил эту боль. Чтобы так стонать, джанеру нужно, действительно, перешагнуть все болевые пороги. В довершение всего началась рвота. Желудок был абсолютно пуст, но её упорно выворачивало наизнанку одной слизью и желчью. Ничего не понимающая Альгида хлопотала возле хозяйки, вытирая ей рот и невольные слезы.

Надежда наконец успокоилась, отдышалась и открыла глаза, обводя мутным, почти бессмысленным взглядом окружающих её людей. Аллант не выдержал:

— Надя, Наденька, ты слышишь меня?

Она сначала прошептала:

— Аллант? — а уже потом отыскала его глазами.

Их взгляды встретились, и Аллант заметил, как мгновенно изменился взгляд жены, фокусируясь на его лице, становясь холодным и враждебным. Дальше всё произошло за секунду.

Надежда, только что лежавшая трупом, взметнулась с постели и, почти зарычав:

— Аллант!!! — вцепилась обеими руками ему в горло и повисла, как клещ. Её отдирали и не могли отодрать. Она держала свою жертву намертво, и Аллант уже начал терять сознание, задыхаясь. И лишь выстрел из парализатора заставил разжаться судорожно стиснутые пальцы.

Аллант еле отдышался, давясь кашлем. На его шее четко отпечатались багровые пятна.

— Я ничего не понимаю, — он растерянно мотал головой, с трудом сглатывая слюну и потирая безжалостно помятое горло. И объяснял обеспокоенному Найсу. — Она второй раз сегодня пытается убить меня, причем довольно странными для нее способами. Зачем нужно было хвататься за нож, если она голыми руками, с одного удара… — он закашлялся и отчаянно махнул рукой. — Вам всё равно не понять, вы никогда не видели её в настоящей схватке.

— Похоже, что её накачали каким-то наркотиком. — Высказал свое предположение Найс и повернулся к врачу, — возьмите у неё кровь на анализ. — И снова обратился к Алланту, извиняющимся тоном: Ваша Мудрость, я, конечно, понимаю, она Ваша супруга, но для Вашей же безопасности и для её блага тоже, разрешите надеть на неё наручники.

— Что?! — взвился, было Аллант, но вновь закашлялся и, не поднимая головы, с трудом выдавил, — Хорошо. Как знаете.

И безвольно опустившись на стул у стены, смотрел, кривясь, словно от зубной боли, как при помощи двух пар наручников Надежду буквально распяли на кровати, правда, бережно прикрыв одеялом. К нему медленно подошел Найс:

— Поверьте, мне очень жаль. Вот, возьмите её браслет.

Аллант, всё ещё держа одну руку на горле, принял джанерский браслет Надежды и зажал его в кулаке.

— Она сейчас придет в сознание, Ваша Мудрость, — сообщил врач, внимательно следящий за своей пациенткой. Аллант подошел поближе, наклонился и встретил полный ненависти, абсолютно чужой взгляд любимых глаз.

Ещё заплетающимся языком, почти срываясь на хрип, она выкрикнула ему в лицо:

— Ненавижу! Ты враг Тальконы! Я убью тебя! — Она, тщетно пытаясь освободиться от наручников, яростно рвалась, сдирая кожу на запястьях и всё рычала: Я убью тебя!

— О, Небо, да что же это такое! — взмолился Аллант и едва успел увернуться от летящей в голову тяжелой керамической вазы. Пролетев мимо, она ударилась в простенок между окнами и, разлетелась на мелкие черепки. Аллант оказался единственным, кто сразу же понял в чем тут дело. Он быстро закрыл Надежде ладонью глаза, чтоб она не могла ориентироваться в пространстве. В ответ она попыталась укусить его за руку, но сумела ухватить зубами только манжет рубашки и резким рывком головы порвала крепкую ткань, оставив клок у себя во рту.

После инъекции снотворного она уснула. Лицо приобрело спокойное, мирное выражение.

Аллант с браслета срочно вызвал товарищей по экипажу. Найс допрашивал всех, кто контактировал с Надеждой с утра. Были исследованы на токсичность остатки обеда, что подавался ей. Безрезультатно. Охранник, с которым Надежда ушла из своих апартаментов, бесследно исчез. В результате тщательных поисков его труп со свернутой шеей был обнаружен в шкафу одной из комнат, примыкающих к галерее. В той же комнате на полу были обнаружены затертые следы крови по группе совпадающие с кровью Надежды, а в воздухе галереи — следы токсичного газа, обладающего сильным седативным свойством. Четких отпечатков пальцев, которые можно было бы идентифицировать, не нашлось. Найс рвал и метал. Он понимал, что где-то, совсем рядом, таится враг, серьезный, по сути дела уже подготовивший покушение, и неуловимый. Враг, который не остановится на достигнутом.

Альгида, забившись в ванную, плакала навзрыд от жалости к своей Праки и самой себе. Она понимала, что, если бы хозяйка не приказала ей остаться, то рядом с трупом охранника нашли бы и её бездыханное тело, тело ненужного свидетеля.