Скиталец. От монстра к человеку 2 (СИ) - Виланов Александр Сергеевич - Страница 15

Преисполненный скорбью и гневом, шестикрылый бросился на убийцу своего товарища. И с первых же минут осознал простую и очевидную истину: монстр был сильнее. Алмур получал жуткие раны, в то время как враг отделался парой царапин, да и те залечил в считанные секунды.

Второй превознесённый непременно покинул бы мир живых вслед за сородичем, но был спасён прибывшим на подмогу отрядом четырёхкрылых заступников. По крайней мере, так он думал. На деле же оказалось, что чудовищу нипочём абсолютно всё: численное превосходство, заготовленные ловушки, расстояния протяжённостью в световые года.

И Алмур понял, что если и он здесь проиграет, то у крылатого народа останется ещё меньше шансов на выживание. И принял решение отступить, дабы встретить врага уже не крошечным отрядом, а всеми картарианскими войсками, что к тому моменту уже должны были прийти в полную боевую готовность.

Он допустил две ошибки. Первая: монстр оказался умнее и быстрее, чем предполагалось, и влетел в телепорт вслед за отступающим превознесённым. И вторая: картарианец в очередной раз недооценил вражескую мощь. И кончилось это тем, чем кончилось. Когда чудовище решило ударить в полную силу, остановить его сокрушающую атаку не смогли ни оставшиеся в живых четверо превознесённых, ни вся армада четырёхкрылых заступников. Мир картарианцев, вот уже не одну тысячу лет служивший им родным домом, в одночасье был уничтожен вместе со всеми его обитателями.

Павший от руки непобедимого врага и превратившийся в бестелесную духовную оболочку, Алмур услышал голоса четверых своих собратьев, среди которых был и Зегрис. По большей части слова были излишни. Все пятеро прекрасно понимали, что произошло худшее. Они не уберегли народ, защита которого во все времена была единственным смыслом их существования. Но всё ещё были в силах спасти хотя бы немногих, хотя бы несколько тысяч, напомнил Айханет, по праву считавшийся мудрейшим из пятерых. Они могли не дать благородной расе сгинуть без следа и подарить части своих подопечных шанс прожить ещё одну жизнь. Отдать свои души ради спасения душ двукрылых.

Ниорана и Деанария без раздумий согласились, но Алмур и Зегрис были иного мнения. Не знавшие сражений, не бравшие в руки меча, оказавшись в чужом и незнакомом мире, двукрылые могли попросту не выжить без покровительства сильных. И эти двое решили, что не станут дарить сородичам ещё две тысячи хрупких и ненадёжных жизней, а вместо этого сами отправятся вслед за ними, дабы защитить и уберечь тех, кто будет спасён ценой других сильнейших душ.

Айханет, Ниорана и Деанария не стали спорить с выбором своих собратьев, да и время сейчас играло против них. На том и порешили. Три души растворились, обменяв себя на три тысячи двукрылых, а оставшиеся двое уцепились за духовный ковчег и устремились навстречу новой судьбе.

Преодолев бесчисленные расстояния, душа Алмура наконец нашла обитаемую планету и подыскала себе сосуд, оказавшийся мужчиной по имени Нерел Хеммит — представителем расы, называющей себя людьми. За исключением отсутствия крыльев и примерно одинаковой для всех силы (если не считать доступа к артефактам), своим строением эти существа не так уж сильно отличались от двукрылых картарианцев.

Временно потеснив душу владельца и впитав в себя его воспоминания, Алмур узнал, что Нерел проживает в государстве Дерохан и по профессии является элитаром-военным. Превознесённому показалось странным, что столь слабое существо, с которым могли потягаться даже двукрылые, должно принимать участие в сражениях. Но он и не надеялся, что порядки и устои иной расы будут полностью совпадать с теми, к которым он привык в прежней жизни.

Поначалу он даже порадовался, что столь удачно попал в тело воителя, но на деле всё оказалось не так просто. Уже выудив из воспоминаний владельца информацию о местных нравах и понимая, какие проблемы может сулить признание в своей истинной сущности, он не стал себя раскрывать и продолжил жить как военный Нерел Хеммит.

Точнее, попытался. Попади он в тело простого гражданского, всё ограничилось бы косыми взглядами близких людей, заметивших изменения в характере. Но в военных структурах царили куда более суровые порядки. Ведь служащие в них люди имели доступ к секретной информации государственной важности, отчего за их действиями и поведением вёлся пристальный надзор. От которого не ускользнуло изменившееся вдруг поведение одного из элитаров.

Кончилось тем, что Алмур оказался в комнате для допросов. Поначалу он попытался, как это называлось на языке людей, «сыграть в дурачка», но увидев в руках дознавателя один из инструментов, предназначенных для развязывания языков, понял, что его отговорки слушать никто не станет.

Обладая стальной волей, присущей всем превознесённым, он несомненно смог бы выдержать пытки. Но Алмур помнил, что несёт ответственность за жизни и безопасность нескольких тысяч двукрылых, прямо сейчас один за другим вселяющихся в обитателей этого мира. А значит, у него нет права ни умереть, ни даже серьёзно пострадать в этих застенках.

Пришлось поведать коллегам, внезапно ставшим палачами, правду. В которую, естественно, никто не поверил, и в тот день Алмур узнал, какие сигналы посылают мозгу человеческие болевые рецепторы при вырывании ногтя.

Тогда он предложил подтвердить свои слова путём демонстрации способностей. Начал с простого: взял стандартный, используемый всеми низшими элитарами тнир-блейд и на глазах у всех вмешался в его настройки, изменив длину, остроту и даже цвет. Выбрав последнее наугад, окрасил артефакт в синий, за что едва не поплатился ещё одним ногтем.

Затем взял задачку посложнее (на самом деле ничуть) и активировал вроде как не полагавшийся ему по статусу артефакт третьего уровня: сначала оружие, а потом и костюм. Ну и в качестве вишенки на торте, попросив нескольких солдат о подстраховке, открыл портал и призвал пару простеньких монстров из Войдаса, место обитания которых успел нащупать за недолгое время, проведённое в Наорине.

Сколь бы фантастично ни звучали слова нового Нерела, военные не могли отрицать феноменов, увиденных собственными глазами. Пусть и с долей скепсиса, но они выслушали похожую на сказку историю о разумной крылатой расе с далёкой планеты, уничтоженной богоподобным чудовищем.

И раз уж пришлось раскрыть карты, Алмур не стал откладывать и поведал людям о двух главных своих целях. Во-первых, он желал отыскать и собрать в одном месте всех своих собратьев, сумевших добраться до этого мира и найти пристанище в одной из людских оболочек. Во-вторых, он быстро осознал одну простую и пугающую истину. У этой планеты также существовала связь с Войдасом. Об этом наглядно говорили как его способность открывать порталы, так и изобретённые людьми артефакты, работающие на энергии того жуткого мира.

Значит, монстры могли открыть порталы и пробраться сюда, точно так же, как пробирались в мир картарианцев. А покуда механизм, отвечающий за их искусственную деградацию, был уничтожен вместе с планетой, очень скоро процесс обратится вспять, твари вернут утраченный разум и вспомнят о своей миссии. О том, ради чего были рождены. И отправятся в очередной священный поход против своих врагов, пусть и переселившихся в новые оболочки, но в душе оставшихся всё теми же картарианцами.

Наорин ждала война с вторженцами из иного измерения, и превознесённый обязан был подготовить обитателей этого мира к противостоянию с монстрами.

Я поднял руку, прерывая рассказ:

— Противостоянию? Ты сам как думаешь, это вообще возможно? Уж не знаю, на каком этапе вы в своё время остановили вторжение, но поверь мне: на верхних уровнях Войдаса обитают такие ребята, что эта мелкая планетка разлетится от одного их чиха, и эти светящиеся царапки, что люди гордо именуют артефактами третьего уровня, их не спасут.

— Вот здесь ты неправ, — мгновенно отозвался Нерел, словно уже успел поразмыслить над этим вопросом. — Ещё раз напоминаю, что сила обитателей Войдаса тесно завязана на силе картарианцев. И покуда наши могучие тела были уничтожены, то и враг наш тоже должен был ослабнуть. Если мои расчёты верны, то сейчас захватчики должны быть примерно наравне с людской расой, населяющей этот мир. Может, чуть сильнее.