Нить судьбы-нить войны (СИ) - Электрик Дикий - Страница 47

В Лодейном Поле сдаю девушек их местному начальству и иду в управление. Там мне выписывают направление в школу повышения квалификации в Олонец. Город был освобождён ещё в 1941. Отправляют меня с попутной машиной. Школы как таковой ещё не было. Размещались мы в двух двухэтажных домах на берегу реки Олонка, напротив собора, что на островке. Пока суть да дело сижу изучаю газеты.

Наступление на Кавказ немцем не удалось. Завязли на Дону. Против них сыграли расстояния. Несмотря на все усилия, они не смогли наладить логистику. Двести эшелонов в сутки на весь фронт от Ледовитого океана до Чёрного моря это не серьёзно. В Сталинграде всё произошло как и в нашей истории. Только Паулюс сдался раньше, 26 января. В ходе нашего наступления под Сталинградом и Воронежем наши войска вышли на линию, Волгодонск- Каменск-Шахтинский - Старый Оскол, Орёл Освободили Курск. Правда между Орлом и Курском аж целая армия зажата. Оба города прифронтовые.

Под Москвой особых изменений нет. На север от Ленинграда, финнов подвинули сильно на линию Выборг- Кякисалми. Тут у нас на карельском фронте идёт позиционно - мобильная война. Стоим мы и Финны на позициях, только между ними местами по 20 километров болот и леса.

31 января прибыли первые курсанты девять человек. Смотрю на строй, самому молодому 19 самому старшему под 50. Познакомились, пошли в класс и там обсудили наиболее интересные случаи. Самый старший по возрасту рассказывал много интересного, он уже на третьей войне. Вышли на улицу на перерыв. Тимофей Иванович, так самого старого зовут подошёл ко мне.

- Тебе Павел Закшевский, кем приходится? Я его поручиком знавал.- говорит старый воин.

- Отец, если тот.- отвечаю я.

- Тот, у тебя некоторые ухватки от него.- говорит он поправляя ус.

- Дядька Тимофей, а что этот офицер сделал, что спрашиваешь?- влезает парень что прибыл вместе с пожилым.

- То офицер правильный был, его солдаты, что с ним тогда приехали очень его хвалили. Он как приехал нашему поручику морду набил. Говорит: “Почему у тебя, сволочь, бойцы не ученые? По виду винтовку первый раз видят”. Ну и погонял он нас тогда. Мы ворчать, а солдаты, что с ним посмеиваются и говорят нам: “Вы сейчас ворчите, а после первого боя, будете готовы их благородие водкой поить. Мы также ворчали, только когда у нас во взводе один легкораненый, а соседний наполовину лёг, поняли.” Так значит папка тебя учил, девонька? Ну и ты нас учи, верно он воинскую науку знал. Не раз и не два я его потом добрым словом вспоминал.- говорит он степенно.

Поговорили мы и с начальством. Просто так жечь патроны смысла не было. Рассказываю про “экзамены”. Бойцы и начальство выслушали и что то прикинули.

- А что если не экзамен, а группу инструкторов и прямо на позиции. Постреляли, хитрости бойцам показали. И охват шире и толку больше.- говорит начальник школы.

Глава 32

Прикинули, что брать и 2 февраля на двух полуторках выехали через Котчила к Тейнила. Там по реке Тулокса линия фронта проходит. Доехали мы за два часа, дорога плохая. Вышли к нашим передовым позициям. Ходим смотрим на другой берег. Там достаточно свободно ходят финны.

- Чего они у тебя так свободно ходят?- спрашивает начальник школы у лейтенанта.

- Так у них наблюдатель где то сидит. Вычислить не можем. Стреляешь из винтовки, а они из миномётов и пушек бьют.- отвечает лейтенант.

- А наши артиллеристы? Там вон стоят, мы когда ехали видели.

- Они уже пробовали вычислить, только их корректировщик видит.- вздыхает лейтенант.

Мы дружно взяв винтовки начинаем осмотр. Смотрю и думаю, скорее всего связывается он по телефону. Осматриваю стволы деревьев и вижу провод уходящий наверх. Осматриваю ветки дерева. И случайно вижу слабое колебание. Эти ухари простыню повесили и она на фоне снега на ветках скрывает наблюдателя. Вон вижу дырки под бинокль. Похоже большой притащили откуда то. Объясняю остальным куда смотреть и как нашла.

- Надо нашим корректировщикам идею на вооружение взять.- говорит начальник, он ходит без знаков различия вообще.

- Зажигалка или трассеры есть?- спрашиваю я.

- Зажигательные есть, мы дома поджигали.- говорит лейтенант и убегает.

Вернулся он быстро. Мы заряжаемся зажигательными и по команде лейтенанта делаем залп. Простынка загорается, да и наблюдателям досталось. Один дымясь слетел вниз, второй висит на верёвке и одежда на нём разгорается. Ребята открывают огонь по финнам в руинах деревни, я крушу пулями технику на наблюдательном пункте. Финны стрельнули с перелётом, наш корректировщик, что то померил посчитал и дал данные на батарею, пушки грохнули и у противника за деревней встали столбы взрывов и что то взорвалось.

Когда финны попрятались, объяснили местному снайперу как контролировать и что засекать. Парень хоть молодой, но вроде сообразительный.

Переночевали у лейтенанта и утром поехали обратно.

Срочно просят прибыть всех в деревню Киму-Сельга. Дорога ужасная, добрались только к вечеру. Там рота, да и деревней это трудно назвать, так выселки максимум. Задача у младшего лейтенанта пробится к Конейло и зачистить высоту Кукша-гора, там взвод финнов пулемётов два и три снайпера. Подняться нормально можно только по дороге, а она простреливается. Осматриваю склон, на Кавказе в том теле и выше лазил, прикидываю маршрут. Вроде должна справится.

- Верёвка есть и люди кто подняться по верёвке сможет и гранат побольше?- спрашиваю я.

- Найдём.- говорит младший лейтенант.

Нашёл он верёвку, прикидывая вес, кручу пальцем у виска. Она как половину меня весит.

- Ищи тонкие, я сверху спущу, привяжут.- говорю я.

Нашли мы всё нужное. Беру наган и БраМит. Верёвочки связаны, да и темно уже. Лезла я хоть и с трудом, но вроде нормально. Выбираюсь наверх, между ёлок тёмное пятно. Соединяю револьвер и глушитель и стреляю в пятно, оно падает. Подхожу это финн, молодой парень с автоматом. Забираю автомат и возвращаюсь к склону. Скидываю верёвку и втянув толстую вяжу к дереву. Ребята поднимаются и смотрят на автомат.

- Ну был часовой, вон лежит.- машу я рукой в сторону тела.

Мы вышли на тропинку, по которой пришёл часовой. Базировались они в доме, на крыльце стоял часовой. Выстрел из револьвера и часовой упал. Встаём к окнам, кидаем в окна по гранате. Встаём к двери. После взрывов из двери вывалились двое финнов. Один из парней очередью добил их. Входим в дом, некоторые ещё дышали. Ставлю точку в существование этого финского взвода. Три лимонки даже в деревянном доме это обычно конец всем кто в помещение.

Моргаем фонариком и устраиваемся на ночёвку. Утром сапёр снял мины с дороги. Лейтенант и коллеги смотрят на меня.

- Что не так?- смотрю я на них.

- Девонька, ты, когда первого фрица грохнула? Я понимаю, ты, снайпер.- спрашивает Тимофей Иванович.

- 23 июня 41.- пожимаю я плечами и продолжаю листать журнал дежурств финнов.

- Тогда понятно.- кивает мужчина.

- Завтра, смена прибывает.- говорю я, откладываю журнал.

- Ты по фински читать умеешь?- спрашивает младший лейтенант.

- Нет, я считать умею. Видишь даты, предыдущих и нынешних. Завтра их менять в 10:00 будут.- говорю я.

Решаем встретить смену. Распределяем позиции. Утром слышим гул со стороны русла реки Тулокса подъезжают аэросани. Я таких и не видел никогда. Типа автобуса с пропеллером сзади и похожие на наши НКЛ-26. Прибыли трое больших и двое маленьких саней. Финны выбрались и разминаются. Тут мы и стрельнули. Это не бой, это расстрел получился. Пехотинцы выскочили и штыками добили выживших после залпа. Это мы местных русских нашли, их в подвал загнали, двери забили и пару гранат бросили. Там только старики и дети были, работоспособных видать угнали. Собираем оружие и документы, трупы к болоту стаскивают. Я изучаю трофейную карту. В районе деревни Большие горы на восточной стороне указан склад топлива.