Инженерный Парадокс (СИ) - Сапфир Олег - Страница 11

Косой зыркнул на меня, тяжело вздохнул и продолжил созидательный труд по уборке мастерской.

А мне на глаза попалась граната. Хорошая, армейская, только ненужная ни мне, ни банде. Основной её плюс — универсальный размер и надёжность. Но это у всей армейской техники так.

Дымопылевуха же была ценна именно блокировкой электромагнитного излучения в широком спектре, что в текущий момент просто не нужно. От противников с радарами просто нет смысла убегать, укрывшись дымом: они этот дым накроют площадной атакой, и если на тебе нет тяжёлой механической брони или сильнейшего, свойственного родовым бойцам, «эфирного доспеха» — смерть.

А то, что может понадобиться — я сейчас из подручных материалов сделать могу. С дымом почернее, лучше держащимся. Подрывной заряд — вообще ерунда, из петарды сделать можно. В общем, граната вроде как и вещь, только в обозримом будущем никому не нужна. Даже на продажу — просто не представляю, кто её купит в Нижнем. Но и оставлять пылиться — не дело. Так что подумал я, подумал… А почему бы и да?

Через час я стоял рядом с Федей, с преувеличенно-важным видом. Народ из мастерской практически весь разошёлся, что мне было на руку.

— Вот, Федя, — торжественно положил я сферу в руку друга. — Если повторится ситуация на свалке, надо будет бежать — жмёшь на кнопку и кидаешь в скопление врагов.

— А дальше? — заинтересовался он, разглядывая гранату.

— А дальше — бегите, — пожал я плечами. — Радиус поражения — метров шесть-семь от места падения. Дальше… ерунда. И да, Федь, я в мастерскую, — вскинулся я. — Надо кое-что доделать, потом договорим.

— Угу, — протянул Теодор, внимательно разглядывая гранату.

А я вернулся в мастерскую, стал прислушиваться и считать вслух.

— … Тридцать семь, Тридцать восемь… — а «тридцати девяти» не было.

Послышался не слишком громкий, но отчетливый хлопок.

— Всё такой же неуёмный и любопытный, — с улыбкой покачал головой я. — Ну и за восемь прямых отвёрток, будем считать, рассчитались.

Я вышел из мастерской. И в неё же заходил Федя. Но в каком виде! Видимо, неуёмные ручки и любопытство толкнули его «проверить» гранату на заднем дворе. А места там было мало. В общем, в мастерскую заходил заслуженный кочегар, жалобно лупающий федькиными глазами с грязного черного лица.

— Марк, чтоб тебя! — зарычал друг, увидев меня. — Ты предупредить меня не мог?

— А там были враги? — полюбопытствовал я.

— Издеваешься? — пробурчал уже Федя.

— Не особо, — несколько покривил я душой. — Ты скажи, зачем её взорвал-то?

— Так интересно же! А если бы было что-то опасное — ты бы точно сказал. И ты знал, Марк!

Ну, скажем так, догадывался. Раскурочивание кожуха прибора со свалки, для того, чтобы достать оттуда застрявшую Федькину руку, было… Ну не сказать, чтобы привычным. Но заниматься мне этим приходилось ни раз и не два. Любопытно ему было, а что там такое…

— Ладно, наверное, даже смешно, — вздохнул Федя и спросил. — Что, вообще ничего не подошло в мастерской?

— Тиски. Напильники. В общем-то всё, — ответил я. — Нужно покупать хотя бы основной инструмент, Федь. И нужно это делать именно мне. Есть какие-то лавки, что-нибудь такое?

— Есть, Марк… Ладно, сходим завтра ближе к вечеру. А теперь порадуй меня.

— И как?

— Скажи, что знаешь, как отмыть эту пакость! — патетично потряс он чернильно-чёрными ладонями.

— Да обычный растворитель, в автомастерской есть.

— Тогда помогай!

— Помогу, помогу, — ухмыльнулся я.

В общем, «кочегар Теодор» совместными усилиями был отмыт. И перестал быть кочегаром, став снова Федькой.

До вечера следующего дня я с парнями сортировал «добычу» — принесенное «клиентами» банды, собирателями со Свалки, барахло. Механизированных доспехов, тяжёлого оружия и прочего хабара в пакетах почему-то не нашлось. Но, в целом, набрался довольно неплохой пул запчастей. Например починить целеуказатель на Федькиной пушке я вполне мог, если бы… Были инструменты. О чём я часов в пять дня напомнил приятелю.

— Починишь — хорошо, — кивнул он. — Часов в шесть сходим, пару парней возьмём. По весу-то много будет?

— Посмотрим, — пожал плечами я. — Но парни нам не помешают.

В шесть часов мы и вправду выдвинулись. К некоему «старьёвщику Либерману», как сообщил Федя. Давний «партнёр и поставщик», как банды, так и автомастерской.

— Дерьмо не продаёт. Если что-то не работает — то так и говорит. И скупает по приличной цене, у нас — дороже, чем прочие старьёвщики, от десяти до пятнадцати процентов.

Довольно весомая рекомендация, на самом деле. И, в трёх километрах от автомастерской, мы подошли к удивительному подвалу.

Удивительным в этом подвале было то, что дом, под которым он изначально был, разрушился вплоть до нескольких обшарпанных колонн армированного бетона. И буквально посередине заваленной щебнем площадки стояла будка, с сейфовой дверью и бункерными стенами. Парни остались ждать нас наверху, а после того, как Федя с натугой открыл тяжеленную дверь, мы спустились по крутой лестнице в ярко освещенный подвал.

В подвале было множество решетчатых стоек, заставленных приборами, запчастями, расходниками. И было два человека, хотя что «два» — это не точно.

Дело в том, что один из них, высокий полный пожилой мужчина с косичками от висков, одетый в явно рабочий комбинезон, был человеком. Сомнений это не вызывало.

А вот тяжёлые глухие доспехи с роторным пулеметом в руках, слегка сместившиеся при нашем появлении… А вот чёрт знает. Так-то вроде охранник, присматривающий за товаром и оберегающий старьевщика. Но при этом от него не исходило тока эфира, совсем. Даже того минимального, который испускают «простые люди», Дар у которых, на самом деле, есть. Но либо не раскрыт, либо настолько слаб, что можно считать, что его нет.

Так вот, доспехи не давали эфирного отклика совсем, при этом явно не были механизированной бронёй высокой защиты. Банально меньше, раза в полтора. Не говоря о том, что стоят механизированные доспехи, в самой скудной комплектации, от сотни тысяч рублей, даже подержанные, с массой поломок.

В общем, скорее всего, в доспехе была автоматизированная система ведения огня, на программном или внешнем управлении. И, учитывая роторник, надо быть поаккуратнее, а то фиг его знает, что этот железный болван посчитает атакой.

Тем временем владелец оторвался от своих дел, смерил нас с Федей цепким взглядом чёрных глаз и буквально взорвался речитативом!

— Здравствуйте-здравствуйте, Теодор! Вижу вас, как живого, и таки вы и есть живой! — всплеснул руками он. — И что привело вас в скромную лавку старого Либермана? Хотя, не говорите: вы опять принесли старому Либерману никчёмный хлам, и хотите за него много денег на пощупать. Но скажу вам, как на духу, Теодор: денег нет. Старый Либерман их не делает, а если сделает — его таки пристрелят. Так что вы держитесь, партнёров в наше время не так много…

— Мы — купить, — чудом вставил пару слов Федя в этот трескучий речитатив.

— Таки да? — повернулся к нам, приподняв бровь, Либерман.

— Да! — ответил Федя, а я кивнул, на всякий случай.

— Это неплохо. Таки даже замечательно, Теодор! А что вы хотели купить у старого Либермана? — на это Федя сделал красноречивый жест в мою сторону.

— Ручной инструмент. Можно подержанный, но качественный. Пассатижи, клещи, отвёртки, зубила… — начал перечислять я, на что старьёвщик только кивал.

— Таки я вас понял, молодой человек. Имени не называйте — оно мне решительно не интересно, но нужное вам есть у старого Либермана. Следуйте за мной, выбирайте, — подвёл он меня к нескольким стеллажам.