Саламандра (СИ) - "полевка" - Страница 252

— Поплавать в бассейне? — Лекс искренне восхитился, если бы он знал раньше, что здесь такое возможно, — я с удовольствием поплаваю, вода — это прекрасно… а сейчас пошли спать, в голове все перепуталось, как будто старые тряпки в узел завязали и в голову засунули. Тиро, можно утром вместо завтрака ванну горячую в купальню? Помыться надо, волосы красиво заплести, брат приедет, а я весь такой грязнуля…

— Все сделаю, — заурчал Тиро, — отправляйтесь спать.

На кухню ввалилась неразлучная четверка, они притащили в руках тарелку Лира и горели желанием показать ее Лексу. Тарелка получилась диво как хороша. Оловянная глазурь из белой стала светло-карминовой, но осталась матовой, а вот стеклянные краски спеклись с ней блестящими вкраплениями и стали выглядеть объемно.

— Красиво, — оценил Сканд и покрутил тарелку в руках, — из такой тарелки жалко есть, ее хочется повесить на стену и любоваться.

— Для этого тарелка должна быть более плоской и большой. Закажем гончарам новых тарелок, а еще лучше, научим их делать тарелки тонкими и ровными. — Лекс прикинул, что пора уже сделать гончарный круг, — Рарх сделает одно приспособление и все будет хорошо. Будут у нас тарелки большие и плоские, мы на них будем рисовать красивые картинки и продавать, и слава о наших мастерах пойдет по миру. Но только сейчас я отправляюсь спать, я сегодня перенервничал и устал.

Лекс попытался выбраться из-за стола, но ноги налились свинцовой тяжестью и он осел обратно на скамью. Сканд мягко подхватил мужа на руки, как трепетную деву, и потащил в спальню. Рыжику оставалось только дрыгать ножками и хихикать. Но на одной доставке Сканд не остановился. Притащив своего ненаглядного в спальню, он стал его осторожно избавлять от сандалий и одежды. Лекс тем временем вытаскивал ленту из отросшей косы, за пару дней волосы спутались и не желали освобождать добычу. Хорошо, что Сканд в это время потянул вверх тунику и помог Лексу приподняться. Тот только мотнул головой и волосы наконец рассыпались по плечам тяжелыми волнами.

Сканд замер, будто увидел Лекса впервые. Тот весь состоял из контрастов, и любоваться им, как булатом, можно было до бесконечности. Белокожий, как снег, с волосами цвета пламени, тонкокостный, с бесконечно длинными ногами, но четко выраженными мускулами под тонкой полупрозрачной кожей. Длинные пальцы, крепкие ладони и сильные запястья. Он расслабленно расположился на согнутых локтях и с уверенностью охотника наблюдал, как добыча сама залезает в капкан. Сканд довольно рыкнул и с уверенностью боевого ящера бросился в эту сладкую ловушку. Лекс рассмеялся и, откинувшись на кровать, разметал рыжие, как всполохи огня, волосы по подушке.

Сканд поднимался выше, обнюхивая и облизывая и прикусывая, помечая все, что попадалось по пути. Накрывая собой, как одеялом, завоеванную территорию. И этот контакт с гладкой горячей кожей, чувственные прикосновения, поцелуи, покусывания, трение тел друг о друга, все рождало томление, и Лексу сделалось все равно, что он с мужчиной и опять снизу. Он отдался этим неповторимым ощущениям, чувствуя поднимающееся из глубины тела неудержимое желание. Он сам не знал, чего хотелось в эти минуты, какого продолжения или разрядки, и был рад, что ему не надо думать и принимать решения, и можно просто расслабиться и принять чужую заботу.

Сканд, как садист, никуда не торопился, наслаждаясь его покорностью. Целуя, прикусывая и сразу зализывая метки принадлежности. Кожа рыжика вскоре запылала от всех этих меток и выпрыснула тонкой пленочкой пота с мускусом младшего и желания. От этого аромата Сканда вело, как пьяного, но он сдерживал себя, не желая сдаваться так рано. И когда рыжик почувствовал внутри себя палец, он застонал, подаваясь навстречу, плохо соображая, что вообще сейчас делает и почему его мозг полностью утратил контроль над телом. Сканд склонился над ним, целуя шею, плечи, шептал что-то нежно-жаркое, тихо постанывая и потираясь всем телом.

И стоило только Сканду поднять белые бедра мужа и войти в жаркую дырочку, как Лекса унесло неожиданно и ярко. Он хрипло закричал, вжимаясь пахом в своего мучителя, охватив того ногами и рвано дергая бедрами, насаживаясь на пульсирующий член мужа. А тот замер, наслаждаясь этим видом, удерживая его, переживая оргазм Лекса почти как собственный, понимая, что сам уже близко, отпустил себя, с последними толчками взлетая к самому пику и замирая на самой вершине, прежде чем рухнуть на белоснежное тело.

*

Утром их разбудили, как ни странно, не утренний пересвист мелких летающих гадов, а недовольное хмыканье Тиро.

— В городских воротах только что видели гонца от Чаречаши. Он будет в городе через три часа. Лекс, если ты хотел помыться перед его приездом, то пора вставать, ванна тебя дожидается. — Лекс в ответ застонал, а Сканд рыкнул, не открывая глаз, и вжал рыжика в себя сильнее, Тиро только хмыкнул, — нет, ну если вы так хотите, то пусть Чаречаши придет к вам в спальню и посмотрит, как вы приклеились друг к другу.

— Ох, нет… — Лекс попытался оторвать от себя руку Сканда, — хочу быть красивым. Пусть слюной подавится, скотина… не мог приехать завтра, я совсем не успел отдохнуть…

— Сканд, вставай, — Тиро хлопнул здоровяка по голому бедру, — Шарп еще во дворце, тебе надо выслать людей навстречу, чтобы те помогли с расселением гостей. Пушан будет общаться с Чаречаши, а тебе надо пристроить его воинов сопровождения. Вставай!

Сканд тяжело приподнялся и, разлепив глаза, присмотрелся к мужу. Почти все метки уже сошли с тонкой кожи. Подумав немного, он осторожно прикусил рыжика за плечо, там, где точно будет видно из ворота туники. Лекс взвизгнул и попытался влепить ему локтем под ребра. Сканд перехватил острый локоть и с довольным урчанием лизнул свежую метку.

— Вот так будет лучше, — Сканд наконец поднялся с кровати и принюхался к своему телу, от него пахло семенем, потом рыжика и мускусом желания, — не буду утром купаться, после встречи с Чаречаши сходим в городские термы, там и помоюсь. Пусть седлают Шу, засунь туда пару лепешек, пожую по дороге.

Сканд нацепил обычную тунику, не заморачиваясь с тогой, разложенной у кровати, но прицепил к поясу новый меч. Полюбовавшись еще пару мгновений на сонного мужа, он наконец вышел из спальни, хлопнув Тиро по плечу. Домоправитель пощекотал рыжика по ступне, а потом решительно потянул покрывало, которым стыдливый младший пытался прикрыться. Лекс в ответ вцепился в простынку крепче и попытался зарыться в кровать.

— Или ты сейчас встанешь, или я тебя за шиворот в ванную затащу и макну в воду, как непослушного ребенка.

Лекс разлепил глаза и посмотрел на решительного Тиро. Поняв, что тот не шутит, он со стоном стал выбираться из кровати. Тиро попытался отобрать у него покрывало, но тот в ответ завернулся еще крепче, бегать голым по дому совершенно не хотелось. Это Сканд мог голышом расхаживать по дому, а он все еще стеснялся и девушек и мальчишек. И хотя в этом мире к наготе относились более чем спокойно, но нормы приличия из прошлой жизни были вбиты, наверное, в подкорку мозга и продолжали командовать.

Лекс босиком дошлепал до ванны, и только стоя перед медным монстром, скинул покрывало. Вода была обжигающей. От горячей воды все ночные метки сразу проявились на тонкой коже, и Лекс стал похож на гепарда. Это тотчас увидели девушки, которые примчались мыть рыжика, и сразу принялись зубоскалить и хихикать. Но Лекс уже привык к такому бесцеремонному обращению и беззлобно огрызался, когда его в очередной раз подкалывали. Вся эта словесная перепалка не мешала им в шесть рук намыливать, ополаскивать, растирать и продолжать комментировать каждый след зубов на коже рыжика. Особенно их восхитило полукружье укуса на попе младшего, и Лекс, растерянно извернувшись, рассмотрел эту находку. Он ну напрочь не мог вспомнить, как этот след там оказался.

Наконец Лекс был вымыт до скрипа. Его, разомлевшего от горячей воды, вытащили из ванны и, промокнув влагу, принялись расчесывать, чтобы просушить волосы. Старшая дочка Тары — Олива, дородностью пошла, как видно, в мать, еще не успела обзавестись тройным подбородком, но вот повадками уже на нее походила. Олива вплыла в купальню, неся одежду для Лекса и командуя, чтобы тому принесли парадные сандалии и украшения. Если с сандалиями, украшенными золотом, проблем не возникло (они до сих пор были единственные), то вот с украшениями Тиро растерялся. Сканд не давал распоряжений, что он хотел бы видеть на муже, да и сам отправился на встречу в повседневной одежде, как будто родственники приезжают каждый день…