Исторический криминальный детектив. Компиляция. Книги 1-58 (СИ) - Шарапов Валерий - Страница 768

Ожидая реакции на прибытие, курили под навесом, созерцали заросшее лесами подножие горы.

– Из всего вышесказанного, Леонид, – резюмировал Кольцов. – Самая значимая и компетентная персона на стройке – это… – Он сделал паузу. – Начинай с красной строки, Леонид.

– Вы про самую значимую или про самую компетентную персону? – не смутился Ковтун. – Думаю, вас понял, Михаил Андреевич. Белецкий Родион Львович, однозначно. Все строительство держится на нем – на его знаниях, опыте, на всем том, что вы называете компетенцией. Он разрабатывал объект с нуля, именно он предложил схему и пути решения. А задачка, скажу вам, посложнее, чем построить пирамиду Хеопса при наличии лишь тележек с квадратными колесами. Считается гением в своей профессии. Автор многих революционных технологических решений. Говорят, у него идеальная память – все знания сидят в голове, незачем рыться в справочниках и пособиях.

– А также в таблицах Брадиса, – хмыкнул Кольцов. – Товарищ благонадежный?

– Жалоб не поступало, – пожал плечами Ковтун. – Зачем ему еще чего-то искать с такими-то наградами, заслугами, обласканному властью? Зарплата – грех жаловаться, условия труда и отдыха – нам бы с вами такие. Получает все, что захочет, может критиковать, кого вздумается… за понятным, разумеется, исключением. С моей точки зрения, Родиону Львовичу нет смысла быть неблагонадежным. Нигде в мире его не осыплют такими благами. Думаете, он в своих Стрижах как в тюрьме? Да он рвался на эту работу, зачем ему что-то другое? В перемещениях не ограничен. Все блага цивилизации – доступны. А если вспомнить весьма привлекательную жену…

– Увлекся ты, Леня, – проворчал Кольцов. – Прямо Леонардо да Винчи изобразил…

Под навес, прихрамывая, вошел старый знакомый – майор Журавлев. Он выглядел не очень хорошо, был болезненно бледен, но улыбался.

– Прибыли наконец-то… Приветствую, Михаил Андреевич, и вас, товарищи. – Обменялись рукопожатиями. – Нам сообщили, что вы прибудете.

– Вы в порядке, Павел Викторович?

– Да. С ногой ничего страшного, заживет. А вообще натерпелись, да? На волосок от смерти были. Но все это понимаешь уже потом – и начинает нешуточно трясти… М-да. Вертолет однозначно в утиль. Должна прибыть комиссия – устроят разбирательство, почему такое произошло и кого высечь. Бойцы лежат в санчасти, все живы, но… досталось им, в общем. У вас-то все нормально? Поет задержанный нарушитель?

– Еще и на флейте играет, – кивнул Михаил. – Сбежал наш нарушитель, Павел Викторович. Прямиком на тот свет. Нападение на машину, ранен сотрудник, преступник продырявлен, как дуршлаг.

– Вот же черт, нам не сообщали… – Журавлев помрачнел. – Тогда получается, что вообще все зря мы проделали?

– Пацанам в санчасти об этом не говорите. И вообще информация, как понимаете, не для печати.

– Да понимаю я. – Журавлев поморщился. – Неприятно удивили, Михаил Андреевич… Ладно, пойдемте, устрою вам экскурсию.

Глава восьмая

Мощная гора поражала воображение. День прошел в малосодержательных разговорах, без единой зацепки. Зрелище впечатляло, но вряд ли могло помочь в расследовании. Обычные двустворчатые ворота в «нарисованном» доме, калитка в воротах, пустое пространство, озаренное электрическим светом. В противоположной стене – мощная, метровой толщины противоатомная дверь, едва ли подвластная мускульной тяге. В соседнем «здании», по словам Журавлева, – подобные противоатомные ворота. Все правильно, в подземный бункер нужно не только входить, но и въезжать. Дверь открывал специальный механизм, встроенный в толщу стены. Широкий бетонный коридор убегал в бесконечность. Работы продолжались. Пол был завален крошкой, где-то в недрах горы работали генераторы. Гудели щитовые и аппаратные, грохотал перфоратор, кромсая бетонную стену. Рабочие занимались штукатуркой, тянули провода. Под ногами перекатывались брошенные кем-то трубы. Тусклый электрический свет озарял внутренности горы. На объекте в данный момент работали не меньше ста человек. По рельсам везли тележки, загруженные зачехленной аппаратурой неизвестного назначения. За дверьми простирались галереи полутемных залов, кое-где – небольшие помещения с голыми стенами. Электрики монтировали светильники, пошучивали: сколько Петровичей нужно, чтобы закрутить одну лампочку? По коридору двигались минут восемь. Потерна плавно изгибалась, превращалась в «проспект», устремленный ко второму выходу. Коридор перекрыл грузовой «Урал», с него сгружали продолговатые деревянные ящики. На последующие уровни пришлось подниматься по крутым лестницам – подъемники еще не работали. Здесь также было множество помещений, они разбегались от кругового коридора, и в этих лабиринтах можно было плутать неделю.

– Впечатляет, Михаил Андреевич? – ухмылялся Журавлев. – Как вам наша далеко идущая техническая мысль? – У майора был такой довольный вид, словно он сам тут работал с отбойным молотком.

– По правде, не то слово, Павел Викторович. Изумлен и околдован. Одно дело – пробить тоннель, и другое – возвести все это…

– А это как у скульптора, – улыбнулся Журавлев. – Ничего сложного. Просто берешь камень и отсекаешь все лишнее. Причем, заметьте, к началу работ в горе не было никаких пустот, полостей – сплошной камень. И что мы видим сейчас? Всего лишь нестандартные решения и технологии, аналога которым в мире нет. Вы слышали, чтобы за границей делали что-то подобное?

– И кого за это благодарить? – Михаил обвел глазами купол над головой. – Коллектив авторов? Кого-то конкретного?

– Все работы проводятся под руководством главного инженера Белецкого. Специалист, скажем честно, неплохой. – Журавлев был несколько сдержан в оценках. – Но как организатор и производитель работ… мягко говоря, не мастер. Но он и не обязан. Есть начальник строительства Голованов, есть его заместитель Юдина, отвечающая за поставки всего необходимого… Здравия желаю, товарищ подполковник.

– Виделись уже, – проворчал начальник службы безопасности. Товарищ Бердыш подкрался незаметно, какое-то время, видимо, слушал, а потом возник из-за угла.

– Смутно знакомое лицо, – проворчал Бердыш, скользнув по майору взглядом. – А, нет, не смутно, – поправился он, протягивая руку. – Очевидно, это ваши бумаги я сегодня визировал. Доставили нарушителя по адресу? Слишком дорого он дался нашему личному составу и технике.

Кольцов лаконично пересказал печальную историю. Бердыш сплюнул, поморщился. Михаил внимательно наблюдал за его лицом.

– Ну как же вы так не уследили… Теряем бдительность в сложных условиях юга, товарищ майор?

– Можно и так сказать, – покладисто согласился Кольцов. – А можно и по-другому. Второй преступник ведь не от сырости образовался? У вас не сырость, а сплошная засуха. Как-то ведь узнал, что его подельник схвачен и вскоре даст показания. Не думаю, что у сообщников телепатическая связь.

– На что вы намекаете? – насторожился Бердыш, и Журавлев беспокойно шевельнулся.

– Ни на что, – отрубил Михаил. – Просто строгий факт. Видеть, как захватили нарушителя, его подельник не мог – действие происходило далеко в горах. Кто-то сообщил. По рации, по телефону – не знаю. Повторяю, это не намек. Что есть, то есть. И не надо обижаться, я просто выполняю свою работу. Стрелок знал, что мы повезем его сообщника, занял позицию и расстрелял машину в упор. Большинство пуль досталось, слава богу, преступнику. Такая вот у них взаимовыручка, гм.

– Уверен, найдется другое объяснение, – миролюбиво сказал Журавлев.

– Вот именно, – проворчал Бердыш. – Так мы бог знает куда зайдем. Наша служба после происшествия работает в режиме повышенной готовности. Караулы по периметру усилены, постоянно проводятся тренировки по реагированию на незаконное проникновение. Этот субъект, которого вы взяли в горах… успел ведь что-то снять? Не поделитесь?

– Фотоаппаратура у нас, – кивнул Михаил. – Фотографии не проявляли, думаю, в этом нет необходимости. Фотограф мертв.

– Да и черт с ним, – глухо ругнулся Бердыш. – Надеюсь, вы ищете сообщников этого фотографа-любителя?