Исторический криминальный детектив. Компиляция. Книги 1-58 (СИ) - Шарапов Валерий - Страница 693

— Конечно. Многому научился. Спасибо и вам, товарищ майор. Посмотрим, как начальство решит.

— У начальства свои критерии оценки. У Великанова и Павлова свои, они-то могут оценить твое оперативное мастерство, умение анализировать, принимать решения. А вот Шелепин, хоть он и председатель КГБ, но прежде всего политик, и докладывать он будет другим политикам в Политбюро Центрального Комитета КПСС, не разведчикам. Может получиться так, что он получит разнос. Почему допустил, что такой монстр развивается у нас под боком. Тогда и мы с тобой получим по шапке. Может, и наоборот. Молодец, Железный Шурик [312] держит руку на пульсе мировой политики. Вот тогда вызовет он своего зама, и они решат поощрить участников операции «Тарантул». Кто руководитель? Всего лишь майор. Откуда родом? Из Сибири. Значит, охотник, выделите ему из наградного фонда тульскую винтовочку. Так сказать, подарок с намеком. Пусть и дальше охотится на всякое четырехлапое и двуногое зверье. Еще кто? Лейтенант. Молодой, даже семьи нет. Выделить ему на обзаведение хозяйством…

Вальтер с ехидной улыбкой еще не закончил, а Матвей уже понял, куда клонит старший товарищ.

— Нет. Только не это.

— Набор посуды. Да посимпатичней.

Теперь они смеялись оба. Нервное напряжение уходило.

— Столовый сервиз на шесть персон с супницей и салатницей. Я сам такие заказывал у Людвига.

— А если серьезно. Ты же помнишь девиз нелегальной разведки?

— Без права на славу, во славу Державы!

Усталый, но довольный, Саблин возвратился в Западный Берлин. Петер и Гном пока побудут в Мюнхене, а его срочно вызвали на встречу. На конспиративной квартире его ждал сам генерал Великанов.

— Север, не буду ходить вокруг да около. Ты офицер. Мужайся. Мы получили сообщение о смерти твоего отца. Прими мое искреннее сочувствие. Я решил сам тебе сказать об этом.

Теперь Матвей остался один. Никого из родни не осталось. Ему так хотелось, чтобы отец гордился им. Теперь больше некому. Они так мало виделись. То четыре года учебы в институте, то пять лет срочной службы в армии, потом опять учеба, Германия. Возвращаться больше не к кому.

— Когда это случилось?

— Пять дней назад.

— Пять дней? Почему вы мне говорите об этом только сейчас?

— Потому что ты был на задании. Очень важном задании. Наша служба — это практически бой с противником, а во время боя, как ты знаешь, солдат на побывку, пусть по самым важным поводам, не отпускают. Заканчивай здесь дела. Вечером ждем тебя на нашей части Берлина. Я забронировал для тебя место на ночной рейс в самолете на Москву. Крепись, парень.

Тяжелые думы захлестнули Матвея, поэтому он не обратил внимания, как в метро, когда он ждал вагон, чтобы отправиться в Восточный сектор, его с обеих сторон обступили двое крепких мужчин. Подошел поезд. Север сделал только один шаг по направлению к вагону, как перед ним возник человек в темном костюме:

— Вильгельм Мюллер? Вы арестованы.

С двух сторон его крепко взяли за локти. На руках щелкнули наручники. Поезд, мигнув красными огоньками, без него умчался в сторону ГДР.

Валерий Шарапов

Нелегал из контрразведки

© Шарапов В., 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Глава 1

Распределение после окончания Высшей разведывательной школы КГБ при Совете Министров СССР повергло Матвея Саблина в глубокое недоумение. Он получил назначение в республиканское управление Бурятской АССР. В прошлом, 1958 году, республика именовалась Бурят-Монгольской АССР. С его знанием немецкого на уровне носителя языка и хорошим французским, с его боевой подготовкой – и оказаться в такой глухомани. Непонятно.

Конечно, Матвей рассчитывал, что ему предложат более интересный вариант. Как-никак за плечами у него МГИМО, школу разведки окончил на «отлично». Служил в армии, в конце концов, орденоносец. Во время спецподготовки все курсанты ходили с короткой стрижкой, в темных костюмах отечественной фабрики «Мосшвея» и неброских галстуках, все были одинаковы. Только в День Победы на торжественное построение им разрешили выглядеть по-парадному. Преподаватели пришли с рядами боевых орденов и медалей, заработанных не только на войне, но и в относительно мирное время. Боевые награды только подтверждали, что для разведки и контрразведки мирного времени нет. Они всегда в деле. Среди курсантов таких было только трое. Сокурсники уже другими глазами смотрели на своих товарищей.

После построения Матвей подошел к другим награжденным. Они знали друг друга по именам. Теперь их сближало гораздо большее. У него на пиджаке рубином горел орден Красной Звезды. Саблин протянул руку парню с медалью «За отвагу».

– Текель, – это звучало как пароль.

Но для тех, кто был в Венгрии в 1956 году, было понятно, аэродром Текель брали бойцы спецназа ГРУ, следом высадились десантники, мгновенно закрепились, и сразу же на посадку пошли наши транспортники с войсками, техникой, штабами.

– Корвин, – был ответ.

В столичном кинотеатре «Корвин» засел штаб мятежников, они отчаянно сопротивлялись, отразили несколько атак пехоты и танков, но в конце концов советские солдаты взяли этот гадюшник.

– Мишкольце, – протянул им руку парень с медалью «За боевые заслуги».

Мишкольце, хоть и маленький городишко, но его гарнизон удалось взять в плен только после того, как погибли почти все руководители восстания, не менее полусотни человек. С нашей стороны, конечно, меньше, но это был настоящий затяжной бой.

«Как же так, – рассуждал Матвей о своем распределении. – Не может быть, чтобы и сюда дотянулась рука несостоявшегося тестя».

Кстати, непонятно, почему еще для оформления надо было явиться не как всем на Лубянку, а в особняк на Остоженке, мимо которого он столько раз ходил, когда учился в МГИМО, и не обращал на него никакого внимания.

Рано утром, за пятнадцать минут до назначенного срока, новоиспеченный лейтенант госбезопасности подошел к небольшому дому с колоннами. Вывески на нем не было. На входе сержант ГБ попросил документы, сверил с журналом и велел пройти на второй этаж в кабинет номер десять. Высокие потолки, паркетный пол настраивали на серьезный деловой тон.

В кабинете за массивным столом сидел в хорошо сшитом костюме мужчина, возраст которого определить было затруднительно.

– Разрешите? – Голос новичка предательски дрогнул.

– Матвей Степанович? – полувопросительно-полуутвердительно поинтересовался хозяин кабинета. – Проходите, садитесь.

– Лейтенант Саблин для получения назначения прибыл, – на всякий случай до прояснения ситуации Матвей решил придерживаться положенного официального тона. Однако хозяин кабинета предпочитал деловой тон официальному.

– Ну что, товарищ Саблин, готовы послужить в Бурятии? Места там хорошие. Охота, рыбалка замечательные.

– Куда направите, там и буду служить.

– А вот это зависит от меня. Звать меня Таранов Дмитрий Петрович. На самом деле вы рекомендованы для прохождения службы в управлении «С» Первого главного управления КГБ при Совете Министров СССР. Знаете, что это значит?