Исторический криминальный детектив. Компиляция. Книги 1-58 (СИ) - Шарапов Валерий - Страница 1132

– А я сразу понял, что раз Самсонов выбрал в качестве свидетеля Щукина, то здесь что-то не так. Ты же сам общался с работягами с моторемонтного завода, – продолжил свой рассказ Зверев. – Ни для кого из них не было секретом то, что в тот злополучный четверг Самсонов не пошел со своими коллегами в баню, а куда-то исчез. Когда Катя сказала, что среди игроков «Спартака» нет напавшего на нее мужчины, я еще раз пообщался с Щукиным. Слегка на него надавив, на этот раз я узнал гораздо больше. Если бы мы сразу взяли Самсонова, его алиби лопнуло бы как мыльный пузырь, а следовательно, Самсонов стремился скрыть то, как он провел вечер, именно от игроков своего клуба, а вовсе не от милиции.

– Или от тренера! – уточнил Веня.

– В данном случае именно от игроков, а точнее всего, от одного игрока – Романа Ярощука. Дело в том, что Ярощук помимо игры в футбол работает токарем на заводе. Щукин мне сообщил, что Ярощук еще время от времени подрабатывает ночным сторожем в седьмой средней школе.

– Денег, что ли, ему не хватает? Жадный какой, – попытался пошутить Горохов.

– Насчет жадности не скажу, а вот насчет того, что не хватает – в точку! – усмехнулся Зверев. – У Ярощука красавица жена по имени Лариса, которая любит роскошную жизнь, дорогие шмотки и все такое прочее…

– Ну любит, ну и что с того? – проворчал Корнев.

– А то, что эта самая Лариса не особо ценит старания своего муженька и крутит романы кое с кем из его друзей, в частности с Самсоновым.

– Ну и дела! – воскликнул Шура и хохотнул.

– В тот самый четверг, когда на Катю было совершено нападение, Ярощук ушел на дежурство, а Самсонов, зная об этом, решил наведаться к его красавице Ларисе.

– Он как раз в тот день зарплату получил, закупил, наверное, все, что нужно, ну и, видимо, насладился с этой девахой по полной, – рассмеялся Шура.

– Как выяснилось – нет! Пока эта сладкая парочка миловалась в квартире рогоносца Ярощука, к Ларисе из деревни без предупреждения заявилась ее мамаша. Обнаружив дочь с любовником, эта уже немолодая, но довольно грузная и боевитая женщина устроила распутной дочурке разнос.

Все, кроме Корнева, услышав историю о внезапном разоблачении любвеобильной парочки, заулыбались.

– И правильно сделала! А то устроила у себя вертеп… Тьфу, – возмутился Корнев и снова потянулся за стаканом с уже остывшим чаем.

– Так это Ларисина мамаша Самсонову физиономию расквасила? – догадался Веня.

– Схватила утюг и как даст…

Теперь все улыбавшиеся до этого уже смеялись, Корнев же залпом допил свой чай и стукнул стаканом о крышку стола.

– Чего гогочете, срам-то какой! Ладно, Пашка, давай уже, дальше рассказывай.

Зверев так же с улыбкой продолжал:

– Дальше, как вы сами понимаете, наш горе-любовник с позором ретировался, не пришел на следующий день на тренировку и подговорил Щукина подыграть ему и убедить всех, что в четверг он парился в бане и напился в стельку, а голову разбил в собственном подъезде, ударившись о перила.

Все продолжали хихикать, поэтому Корнев постучал по столу карандашом:

– Все! Отставить смешки! Паша, продолжай. Как ты снял подозрения с Самсонова, мы уже поняли, а теперь скажи, как ты вычислил этого самого Шестакова.

Зверев кашлянул в кулак и снова заговорил:

– Все очень просто. Когда Катя и Демченко, изучив фотографию, на которой были все игроки «Спартака», игравшего в день убийства Зацепина со смоленским клубом, не признали Кирилла Черных, я понял: что-то пошло не так. Тогда я отыскал того самого вахтера, фамилия которого Редькин, и выяснил, что наш товарищ Горохов не совсем точно передал нам сказанные им слова, – Павел Васильевич покосился на Шуру, тот стыдливо отвел глаза. – Редькин оказался очень бойким дядечкой и выдал мне все как есть. Когда он сказал, что в раздевалку не входили посторонние, то он имел в виду чужих. Я тут же уточнил, кто же тогда все же входил в раздевалку «Спартака» в тот день, и выяснил, что помимо Лопатина и всех «спартаковцев» нож у Шамана могли похитить четверо: трое судей, которые в тот день тоже посещали раздевалку и ходили в душ, и местный медработник по фамилии Шестаков. Учитывая вновь открывшиеся обстоятельства, я решил привести Демченко на стадион в день, когда должна была состояться игра «Спартака» и «Железнодорожника», и дать ему возможность посмотреть на всех подозреваемых разом. Когда я уточнил у товарища Редькина, будут ли Шестаков и наши судьи на предстоящей игре, он мне сказал, что не все. Шестаков несколько дней назад заболел, уехал к себе в свой загородный дом, и его будет заменять молоденькая докторша из местной поликлиники. Когда же Редькин сообщил мне, что Шестаков прихрамывает на правую ногу, я тут же понял, что иду по верному следу и мне следовало поспешить.

– Так надо было сразу хватать его! Почему же ты мне ничего не сказал? – возмутился Корнев.

– Потому что ты был так поглощен своими проверяющими из столицы, что и слушать бы меня не стал. А если бы и стал, то не дал бы необходимое количество людей. У тебя же они все были на счету, и ты даже моих ребят им в сопровождающие приставил! – довольно резко ответил Зверев.

Корнев надул щеки, но промолчал.

– Да, людей у нас тогда действительно не хватало, поэтому даже охрану моей жены поручил ребятам из райотдела, которые не смотрели за ней ни черта, – рискнул вставить начальнику шпильку Веня.

Корнев зло посмотрел на Костина, но снова промолчал.

– Так что же случилось дальше? – поняв, что назревает склока, поспешил сменить тему Евсеев.

Зверев продолжил рассказ:

– Дальше я обратился за помощью к нашим товарищам из госбезопасности, а если быть точнее, к своему другу Юре, – Зверев посмотрел на Ткаченко, тот в ответ в знак согласия кивнул. – Было организовано наблюдение за загородным домом Шестакова, что дало нам возможность посетить стадион «Локомотив», чтобы окончательно убедиться, что никто из трех судей, судивших и эту, и прошлую игру, не является Кириллом Черных. Когда же Демченко никого не узнал, мы, как вы сами знаете, явились к нему домой и взяли его «тепленьким».

Зверев театрально развел руки и поклонился слушателям. Все стали перешептываться, но тут впервые в беседу вступил Ярыгин:

– Я к этому делу подключился в последнюю очередь, потому-то мне и хочется узнать, что же все-таки произошло во время игры «Спартака» со смоленским клубом. Как произошла встреча Черных и Зацепина и почему тот был убит?

Зверев понимающе кивнул:

– Все очень просто. В ходе игры Зацепин сбил Ярушкина с ног, после чего Шаман врезал обидчику в нос. Зацепина вывели с поля, и обеспечивающий медицинскую помощь во время игры фельдшер, а именно Шестаков, останавливал Зацепину кровь. Тут-то два бывших диверсанта и встретились лицом к лицу и узнали друг друга. Они обменялись репликами, и Зацепин, отсидевший срок, был явно недоволен тем, что его бывший сосед остался безнаказанным и живет себе припеваючи. Зацепин потребовал, чтобы Черных явился с повинной и ответил за свое предательство. Разоблаченный фельдшер предложил встретиться и обсудить ситуацию, однако он уже тогда решил расправиться с Зацепиным и убрать ненужного свидетеля. Черных прошел обучение в лучшей школе вермахта, он тут же составил план убийства Зацепина и принялся его реализовывать. Когда Ярушкин отправился в раздевалку, Черных последовал за ним якобы для того, чтобы осмотреть ушибленную ногу молодого футболиста. Оказав парню помощь, он выждал момент и похитил у Шамана нож. После этого случилась встреча двух бывших диверсантов в Летнем саду, где фельдшер совершил задуманное.

Он, конечно же, был уверен, что мы быстро выйдем на след Ярушкина, что поначалу и случилось. Но тут мне удалось разобраться, что и как.

Увидев, что Мишка Шаман снова на свободе и продолжает свои тренировки, Черных понял, что его хитроумный план провалился. Он начал нервничать. Когда же он увидел, что Веня явился на стадион и о чем-то секретничает с Лопатиным, он посчитал, что мы все-таки как-то вышли на его след. Черных видел, как Веня вручил тренеру «Спартака» записку, и выкрал ее из его кармана, когда Лопатин мылся в душе. Точно так же в свое время он украл у Шамана нож. Ничего не поняв из прочитанного, Черных еще больше запаниковал. Он решил непременно выяснить, до чего же все-таки докопалась милиция.