Исторический криминальный детектив. Компиляция. Книги 1-58 (СИ) - Шарапов Валерий - Страница 1033

– Не стану же я сейчас все это читать. Ты в двух словах скажи, что да как. Чем этот Калинкин тебя так заинтересовал?

– В этом деле я нашел следы обоих наших милиционеров. Они оба были связаны с сопротивлением и входили в одну из молодежных ячеек, действующих в городе в годы оккупации.

– В самом деле? – оживился Корнев. – И есть этому подтверждение?

– Есть! – оживился Вадик, но в этот момент зазвонил телефон.

Корнев раздраженно схватил трубку:

– Я же приказал не соединять меня ни с кем! – Подполковник зло швырнул трубку на рычаг. – Сказал же Елене Игоревне, чтобы не дергали меня без особой нужды! Значит, ты хочешь сказать, что Егор и Василий выжили в тот день, когда попали под огонь, и не просто выжили, но еще и боролись с немцами все эти годы? Получается, что они – герои? Это хорошо. Это очень хорошо. Нужно срочно сообщить эту новость начальнику Главка.

Дверь открылась, и в проеме показалась Леночка Спицына.

– Антипов здесь, – взволнованно сообщила секретарша.

Корнев вскочил и со стоном снова схватился за живот:

– Что значит «здесь»? Где это «здесь»?

– Здесь, в Управлении. Снова без предупреждения прикатил, уже по лестнице поднимается. Вам дежурный звонил, а вы трубку бросили…

В приемной послышались шаги, Леночка отскочила назад и тоненько пропищала:

– Доброе утро, Петр Дмитриевич!

– Вечер уж скоро, – донесся из-за дверей голос Антипова.

– Вы снова к нам. Милости просим!

– Чаю нам принеси, – потребовал начальник Главка, входя в кабинет.

Не глядя по сторонам, он прошел к столу и уселся в кресло Корнева, которое тот перед этим поспешно покинул.

– Скажи своей красавице, пусть к чаю что-нибудь организует, – приказал генерал.

Корнев тут же выскочил из кабинета и быстро перекинулся парой фраз с Леночкой Спицыной.

Антипов снял фуражку, швырнул ее на стол и только сейчас увидел сидевшего по правую руку от него Богданова.

– Вот тебе и раз! А этот тут что делает? – Антипов зло посмотрел на Корнева, тот стоял навытяжку возле входа в кабинет. – А тебя вставать не учили, когда старший начальник в помещение входит? Или у вас, у прокурорских, субординация напрочь отсутствует?

Вадик встал. Антипов продолжил распыляться:

– Мне сейчас только прокурорских не хватало. Полдня сегодня в вашей конторе проторчал. Ваш руководитель сегодня мне все мозги вынул. И все из-за этого нападения на склады, будь они неладны. Талдычил, как полезно взаимодействие смежных структур. «Прокуратура и милиция должны совместные мероприятия проводить, – говорил, – это повышает эффективность и способствует раскрываемости». Только какая уж тут эффективность? Вы – что одни, что другие – ни черта не можете! Похоже, напрасно я на тебя надеялся, подполковник. Не можете вы ничего расследовать, ни ваш хваленый Зверев, ни этот вот, – генерал кивнул в сторону Вадика. – Где сейчас Зверев? Почему он ни разу ко мне лично не явился?

Корнев уже вспотел. Он сделал пару шагов вперед и тихо пояснил:

– Как раз сейчас Зверев ведет работу по поиску банды, причастной к нападению на продсклад. Также есть новости и о вашем сыне.

– Что? – прохрипел Антипов и тут же изменился в лице: – А что за новости?

Корнев оживился и сделал еще пару шагов к столу.

– Собирался сегодня доложить, даже лично приехал к вам в Главное управление, но вас на месте не оказалось!

– Ну да! Говорю же: в прокуратуре был. Да вы садитесь. Так что там по Егору?

Корнев и Вадик уселись, подполковник указал на следователя:

– Мы выяснили, что Лиза Еремина – девушка, вызвавшая наряд в тот день, когда пропал Егор, – в настоящее время проживает в Ленинграде. Точный ее адрес мы пока не знаем, но знаем возможное место работы. На поиски Ереминой направлен наш сотрудник лейтенант Костин. Вчера он был командирован в Ленинград, в ближайшее время я ожидаю от него доклада.

– Так… ну это уже кое-что. Что еще?

В этот момент в дверь постучали, и на пороге появилась Леночка Спицына с подносом, на котором стояли стаканы, чайник и тарелочка с овсяным печеньем.

– Так! Давай потом, красавица! Позже принесешь, – Антипов махнул рукой.

Леночка нахмурились:

– Так остынет же все!

– Ступай! Ступай, красавица, не до тебя нам сейчас.

Леночка что-то буркнула себе под нос и покинула кабинет.

Пока Антипов общался с секретаршей, Богданов и Корнев успели переглянуться.

– Так что там у нас еще по делу Егора? Я хотел сказать, по делу о нападении на склад?

Корнев отрапортовал:

– Хоть вы и не признаете, что совместные действия двух наших ведомств могут быть эффективными, мы с товарищем Богдановым постараемся доказать обратное. Пожалуйста, Вадим Петрович, доложите о результатах и вашей последней находке.

Вадик, не вставая, рассказал о том, как он отыскал личное дело Матвея Калинкина. Рассказал все, что сумел узнать о деятельности псковского подполья в годы войны.

– На территории города действовала целая подпольная сеть. Всего насчитывалось примерно шесть отдельных ячеек. Каждая такая ячейка имела свое название. Управление ячейками осуществлялось централизованно, – сообщил Вадик. – Подпольщики собирали сведения о немецких офицерах, осуществляли разведку и поддерживали тесную связь с партизанскими отрядами, действовавшими на территории области.

– Так, а что Егор? – затянувшись папиросой, спросил Антипов.

– Ваш сын и Малашин входили в состав группы, которая имела позывной «Смерч». Ячейка состояла из пяти человек. Помимо Егора и Василия в группу входили девушка Женя Береза и двое молодых людей – Степан Сазонов и Александр Сохно.

– Значит, Егор не погиб в сорок первом, а вступил в подполье… И что? Что они – этот твой «Смерч», что с ними стало?

Вадик вопросительно посмотрел на Корнева, тот лишь поджал губы.

– Кто-то предал подпольщиков, – выдержав паузу, сообщил Вадик. – По мнению сотрудников госбезопасности, это был специально внедренный агент «ГФП[344]». Аресты происходили массово, примерно в одно и то же время. Несколько подпольщиков погибли при задержании, остальных схватило гестапо.

Антипов затушил папиросу, встал и принялся ходить по кабинету. Он глубоко дышал и время от времени прижимал руку к груди.

– Может, все-таки чаю? – поинтересовался Корнев и тоже встал. – Что с вами? Вы побледнели.

– Ничего не надо, – отозвался Антипов. – Грудь что-то сдавило!

– Сердце? Может, вызвать врача? – Корнев потянулся к телефону, но генерал остановил его жестом.

– Ничего не надо! – Антипов поморщился. – Значит, их всех арестовали… А что потом?

Вадик снова посмотрел на Корнева, тот лишь пожал плечами.

– По данным госбезопасности, подпольщики были расстреляны, – сказал Вадик.

– Все?

– Почти все.

– Почему «почти»?

– После того как Матвей Калинкин был задержан на фильтрационном пункте на границе с Финляндией сотрудниками МГБ, в ходе допроса он сообщил, что он сам и еще несколько членов групп согласились сотрудничать с нацистами и перешли на их сторону.

Антипов замер:

– Что-то зубы сводит, – прохрипел он. – Скажи, пусть твоя секретарша принесет… Чего она там приносила?

– Чай и печенье, – ответил Корнев и шагнул к двери.

Антипов ухватил Корнева за рукав:

– Хотя постой! Пусть лучше коньяка принесет или водки! Да… лучше водки.

– Да как же?

– Не спорь, – генерал отпустил рукав подполковника. – Так ты говоришь, что были такие, кто переметнулся?

– Матвей Калинкин входил в состав группы «Гроза». Ваш сын и Василий Малашин входили в группу с позывным «Смерч». На допросах Калинкин заявил, что в камерах, когда они сидели в застенках гестапо, кто-то заявил, что предатель наверняка был из «Смерча».

Антипова тряхнуло, он шагнул к столу и оперся на него рукой. Лицо генерала посерело, губы затряслись, вместо сурового и неподкупного борца с преступностью Корнев с Богдановым вдруг увидели беспомощного больного человека.