Исторический криминальный детектив. Компиляция. Книги 1-58 (СИ) - Шарапов Валерий - Страница 1000

– Посреди ночи?

– Ну да. На кой ляд ему было посреди ночи командира будить? Ведь не украли же ничего.

– Да уж… а два трупа на территории – это так, мелочь! – усмехнулся Зверев.

– Ну да! Ну, то есть нет, конечно…

– Молчи уж! – рявкнул на начкара Погребняк.

Зверев вскинул руку, знаком попросил всех замолчать. Потом наклонился.

– А что вы ищете? – поинтересовался Богданов.

– Здесь везде асфальт и зеленая трава, а я ищу взрытую землю, – ответил Зверев.

Он еще раз обошел все склады, внимательно глядя на газоны и прилегающие кусты. Потом прошел на склад, сел на корточки и внимательно изучил пол. После этого он вернулся к остальным и попросил всех пройти на склад.

– Дудоров, где, ты говоришь, лежал здоровяк, которому перерезали горло?

– Вот здесь! – Старший сержант указал место между полками, на которых лежали плотно уложенные коробки.

– Встань сюда, – приказал сержанту Зверев. – Встань и не оборачивайся.

Дудоров неуверенно выполнил требование сыщика.

Павел Васильевич отвел в сторону Богданова и что-то ему прошептал. Тот сначала с недоумением посмотрел на Зверева, потом тихо прокрался к стоявшему между стеллажами сержанту, бросился ему на спину и попытался ухватить за голову.

– Вы что, вашу мать, делаете! – взревел Дудоров, рванулся и стряхнул с себя следователя как кутенка. При этом он задел один из стеллажей, две коробки упали, по полу покатились банки с тушенкой.

– Ты что делаешь! Что за фортели вы мне тут устроили? – заорал Погребняк и двинулся на Дудорова с кулаками.

– Так это он же на меня… – сержант испуганно отскочил от старшины.

– Это был следственный эксперимент, – спокойно пояснил Зверев и обратился уже к Богданову: – Вадик, ты успел перерезать ему горло?

– Не успел, – ответил тот виновато. – Он для этого слишком высокий и намного сильнее меня.

– Все правильно! А наш неизвестный здоровяк, который сейчас покоится в морге, примерно на голову выше Дудорова. Его худощавый убийца комплекцией – примерно как ты. Ты все еще допускаешь, что наш Малашин сумел перерезать горло здоровяку и при этом не задеть ни один из стеллажей?

Богданов почесал затылок:

– В такой ситуации – маловероятно.

– Вот именно! – воскликнул Зверев. – В данной ситуации не смог бы, а вот если создать для этого другие условия…

Зверев шагнул к Дудорову и толкнул его в грудь:

– Ты почему хромаешь, сержант? Только не смей мне врать, а то я тебя закрою за дачу ложных показаний и закрою надолго!

Старший сержант побледнел и невнятно промямлил:

– Так я не вру.

– Говори, почему хромаешь?

– Так я за доску зацепился!

– За какую доску?

– Так здесь, на складе! Прибежал, а там тьма-тьмущая, вот я о доску и запнулся!

– Иди показывай эту доску! – все так же грозно прорычал Зверев.

Дудоров указал на центральный проем.

– Вот! Тут была торчащая доска, об нее я и споткнулся!

– А почему сейчас доска не торчит?

Дудоров уставился на начпрода.

– Рассказывай, чего уж, – разрешил тот.

– Я прибежал. Кругом темно. Я ногу зашиб, потом старшину вызвал. Потом дежурному сообщил. Так по уставу положено! – виновато сообщил Дудоров.

– Я когда прибежал, тоже об эту доску споткнулся, – пояснил начпрод. – Так шибанулся, что искры из глаз посыпались. Потом прибежал к дежурному по части, а он уже Селезневу докладывает. Я и подумал: что, если комполка придет на склад и тоже об эту доску споткнется…

– И приказал быстренько заделать дырку в полу? – подсказал Зверев.

– Ну да! Дырка в полу на складе – это же непорядок! Наш Селезнев – он ведь сами видели какой! Он и за меньшую провинность может выговор влепить, а то и на губу посадить!

– И ты приказал заделать пол, не дождавшись следственной группы? Так?

– Так.

– И даже не посмотрел, что лежит под вывороченными досками?

– Темно было, да и чего там смотреть-то? А дыру забить что… пара гвоздей – и готово!

Зверев махнул рукой:

– Вызывайте людей и ломайте пол!

Когда спустя примерно двадцать минут пол складского помещения вскрыли, под ним была обнаружена свежевырытая яма. Рядом с ней валялась саперная лопатка, ржавый двадцатисантиметровый гвоздь и фомка. На каждом из обнаруженных предметов просматривались багровые следы.

Глава 2

На следующее утро Корнев пришел на работу чуть раньше обычного и тут же услышал трель телефонного звонка. На часах была половина восьмого.

Подполковник плюхнулся в кресло, взял трубку и сухо процедил:

– Кому это я понадобился в такую рань?

– Ты что, офонарел, подполковник? Ты как со мной разговариваешь? – узнав сухой голос Антипова, Корнев вскочил и вытянулся, словно новобранец на плацу. – Прошу прощения, Петр Дмитриевич, не знал, что это вы звоните.

– Петром Дмитриевичем я тебе был, когда мы с тобой коньяк глушили, а сейчас обращайся как положено!

– Виноват, товарищ генерал-лейтенант, больше подобные вольности себе не позволю.

– То-то, – голос Антипова слегка смягчился. – А теперь скажи мне, друг, кому ты нападение на склад расследовать приказал? Что там у тебя за сыскарь такой орудует?

«Ну вот, началось!»

Корнев вытащил из кармана платок и вытер вспотевший лоб.

– Я, конечно, извиняюсь, а можно узнать, что стряслось? В смысле, что он там сделал не так?

Антипов хмыкнул в трубку:

– Мне только что звонил Селезнев, ругался как сапожник, сказал, что этот твой… как его?..

– Капитан Зверев, – подсказал Корнев.

– Вот-вот! Селезнев сказал, что твой сыскарь сначала нахамил ему… прямо у него в кабинете, а потом еще и разворошил весь продовольственный склад. Что там случилось? Ты мне толком расскажи!

Корнев задержал дыхание, а потом, собравшись с силами, выпалил:

– Вы просили лучшего сыскаря, вот я и отправил лучшего! Капитан Зверев – мой лучший сотрудник и близкий друг. Именно ему я доверяю и именно у него практически нет нераскрытых дел! Да, он хам и выскочка, у него не все в порядке с нервами, а еще он регулярно нарушает дисциплину, но он умеет работать! Если поведение моих сотрудников не удовлетворяет какого-то там полковника, пусть даже и командира полка, то это меня не волнует. На складах произошло двойное убийство, и мы должны расследовать это дело, невзирая ни на что…

– Ну-ну! Угомонись! – остудил пыл Корнева Антипов. – Знаю я Селезнева! Та еще сволочь! Не понравился ему твой Зверев, и черт с ним. Ты мне лучше скажи, есть какие-нибудь подвижки? А то у меня, сам понимаешь, душа не на месте.

Корнев облегченно выдохнул:

– Подвижки есть! Зверь мне… Простите, капитан Зверев мне звонил. Однако прежде чем давать вам отчет о выполненной работе, я должен еще раз встретиться с ним и поговорить напрямую. В ближайшее время я жду группу с подробным докладом. Вы же сами не любите, когда вам мямлят…

Антипов рассмеялся.

– Поддел ты меня, подполковник! Ну и поделом мне! Хорошо, жду от тебя вестей, только ты уж давай там… не затягивай.

– Товарищ генерал! – выкрикнул Корнев, прежде чем начальник Главка повесил трубку.

– Чего тебе?

Корнев замялся:

– А что, если окажется, что ваш сын жив, но именно он повинен в смерти тех двоих?..

– Хватит! – рявкнул Антипов. – Мой сын не преступник! Не может быть преступником…

– А что, если это не так? Простите, но если вы ошибаетесь, я не стану молчать! Теперь я, при любом раскладе, доведу это дело до конца!

Корнев услышал тяжелое дыхание на другом конце провода. Наконец Антипов сказал вполголоса:

– Я знаю, подполковник. Ты это сделаешь, даже если я тебе попытаюсь помешать. Делай свою работу! Потому что если ты окажешься прав, я не смогу через это перейти и сделать все правильно… а ты сможешь! Именно поэтому я и обратился к тебе…

Антипов повесил трубку.

После телефонного разговора с начальником Главка Корнев так разнервничался, что его язва тут же дала о себе знать. Степан Ефимович решил больше не шутить с собственным здоровьем и направился в санчасть.