Маг теневой империи (СИ) - Сокол Артем - Страница 47

— Ну а как еще я должен был его активировать? — его голос звучал отовсюду, будто само существо стало его голосовым аппаратом. — Ты же сам говорил: «Лучший код — тот, что запускается изнутри».

Изначальный завыл. Не от боли — от ярости. Его форма начала распадаться, нити рвались, тьма кипела, но было уже поздно. Вирус делал свое дело.

А потом…

Кот вышел из него.

Не выпрыгнул. Не вырвался.

Телепортировался.

Он материализовался у меня на плече, потрепанный, но довольный, и брезгливо отряхнулся.

— Фу. Там внутри отвратительно.

Распад

Существо не умерло.

Оно разобралось на части.

Сначала золотые нити превратились в пыль, затем тьма начала сжиматься, как шагреневая кожа, и наконец…

Оно разделилось.

На девять тел.

На девять людей.

Совет Девяти лежал перед нами — настоящий. Без масок, без пустых лиц. Седеющие волосы, морщины, шрамы… Они дышали. Они жили.

И они смотрели на нас с ужасом.

— Что… что произошло? — прошептал один из них, маг с лицом, иссеченным древними рунами.

Я подошел ближе, глядя в его глаза. В человеческие глаза.

— Вас использовали.

— Нет… — он покачал головой, но в его взгляде уже читалось понимание. — Мы служили.

— Вы были батарейками, — поправил кот. — Источником энергии для него.

Маг закрыл лицо руками.

А вокруг нас поднимался гул. Маги, зрители, даже стража — все смотрели на развалины арены, на нас, на Совет.

И тогда я понял: революция только началась.

Тень

Но Изначальный не исчез.

Он отступил.

Где-то в углу арены, в трещине между камнями, я заметил шевеление. Тонкая полоска тьмы, как чернильное пятно, медленно стекала вниз, в землю.

И в последний момент…

Оно посмотрело на меня.

Не глазами. Не лицом.

Намерением.

Я услышал его голос, тихий, как шорох крыс в подземелье:

— Это не конец, Алекс. Ты лишь отсрочил неизбежное.

Я сжал кулак.

— Приходи. Я буду ждать.

Тень рассмеялась — и исчезла.

После

Нас не арестовали.

Нас поблагодарили.

Маги, еще час назад готовые разорвать Совет на части, теперь стояли в оцепенении, глядя на нас, на разрушенную арену, на правду, которая оказалась страшнее, чем они могли представить.

— Вы… вы знали? — ко мне подошла женщина в мантии преподавателя Академии. Ее руки дрожали. — Что они… что оно…

— Я догадывался, — ответил я.

Кот фыркнул:

— Он скромничает. Он всегда знал.

Толпа зашепталась. Кто-то плакал. Кто-то клялся найти остатки тьмы. Кто-то требовал казнить Совет.

Но я уже смотрел вдаль.

Потому что знал: Изначальный не проиграл.

Он перегруппировался.

И где-то там, в глубине мира, за пределами карт, за границами реальности…

Он ждал.

Кот

Мы вернулись в Торговый центр ночью.

Без праздников. Без лишних слов.

Кот прыгнул на стол, развалился на чертежах и вздохнул:

— Ну что, гений? Доволен?

Я посмотрел на свои руки. На шрамы от рун. На кровь под ногтями.

— Нет.

— Я знал, — он зевнул. — Потому что ты уже придумал новый план.

— Не план, — я развернул карту Империи, утыканную булавками. — Войну.

Кот рассмеялся.

— Отлично. Мне нравится.

За окном грянул гром.

Начинался дождь.

Предложение поступило неожиданно.

— Алекс де Муар, — декан Артефакторики, старый маг с седыми бакенбардами и вечно поджатыми губами, развернул передо мной пергамент с золотой печатью. — Совет кафедр единогласно рекомендует вас к зачислению в магистратуру.

Я поднял бровь, перебирая в руках чашку с кофе, который уже успел остыть.

— На каком основании?

— На основании того, что вы, несмотря на весь свой… нестандартный подход, — он бросил взгляд на мои руки, где под манжетами мерцали руны, — единственный за последние пятьсот лет, кто смог привести команду простолюдинов к победе и немалый вклад в эту победу был от сделанного вами самолично артефакта.

Кот, свернувшийся на подоконнике кабинета, фыркнул:

— И что, теперь он должен сидеть в душных аудиториях и слушать, как какие-то старики рассуждают о пыльных заклинаниях?

Декан нахмурился, но сдержался.

— Нет. Он будет работать лаборантом на кафедрах Артефакторики и магии жизни. И писать диссертацию.

Я ухмыльнулся.

— О чем?

— О том, что посчитаете нужным.

Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но я кивнул.

— Договорились.

Фургоны и дороги

Мои заводы не простаивали.

Еще до всей этой истории с Советом я начал производство фургонов для путешественников — не просто повозок, а мобильных домов на колесах. Спальные места, мини-кухни, холодильники, даже компактные душевые кабины с подогревом воды от магических кристаллов. Все, что нужно для жизни в дороге.

Каждому из команды Стремалов я подарил по такому фургону.

— Вы серьезно? — Ирма залезла внутрь, осматривая компактную кухню с резервуаром для воды. — Тут даже печь есть!

— Не просто печь, — поправил я. — Артефактная. Греет еду без дров.

Гаррет уже копался в отсеке для инструментов.

— А это что?

— Набор для ремонта. И запасные кристаллы для барьеров.

Лорен скрестил руки.

— И зачем нам все это?

— Потому что вам предстоит объехать пол-империи, — сказал я. — Окраины, глухие деревни, места, куда маги из столицы заглядывают раз в десятилетие.

— И что мы там будем делать? — спросил Элиас.

Я улыбнулся.

— То, что умеете лучше всего. Лечить, защищать, учить. И, чего греха таить, вербовать сторонников.

Кот прыгнул на крышу фургона.

— А я с ними поеду.

— Надолго?

— Пока не надоест.

Тихие дни в академии

Магистратура оказалась… спокойной.

Я работал лаборантом на кафедре Артефакторики, чинил приборы, помогал студентам с проектами и потихоньку собирал материал для диссертации. Тема пока была расплывчатой — что-то о взаимодействии магии и технологий, но я не торопился.

Кафедра магии жизни оказалась интереснее. Там я впервые за долгое время почувствовал, что магия — это не только оружие. Мы работали с исцеляющими рунами, изучали биомагические артефакты, даже пытались создать кристаллы, способные регенерировать ткани. И самое интересное, исследование на тему как можно повысить вероятность рождения мага у пары, где один маг, а другой нет.

Однажды ко мне подошел заведующий кафедрой — высокий, худой маг с пронзительными голубыми глазами.

— Вы не похожи на типичного исследователя, де Муар.

— Потому что я не только исследователь.

— Тогда кто вы?

Я посмотрел на свои руки.

— Инженер.

Он рассмеялся.

— Диссертация у вас будет интересной.

Письма с дороги

Первое письмо от Стремалов пришло через месяц.

«Алекс, ты бы видел их лица! Деревня в двухстах милях от столицы, а у них последний маг был лет двадцать назад. Мы поставили фургон на центральной площади, Ирма организовала медпункт, Гаррет показывал иллюзии детям, а Лорен… Лорен чинил плуги. Да, ты не ослышался. Маг третьего круга, и он чинит плуги. Но, боги, как они нам благодарны.»

Второе письмо было короче:

«Нас попросили остаться еще на неделю. Староста предложил „вознаграждение“ — три курицы и бочку сидра. Кот украл одну курицу.»

Третье письмо пришло с торговым караваном:

«Алекс, мы нашли деревню, где до сих пор верят, что магия — это „дьявольская штука“. Понадобилось три дня, чтобы убедить их, что исцеление — не грех. Зато теперь у нас есть контакты в пяти соседних поселениях. И да, кот подружился с местным „колдуном“ — дедом лет девяноста, который делает зелья из кореньев. Они сидят по вечерам, пьют самогон и спорят о „природе магического“.»

Я улыбался, читая эти письма. Все шло по плану.

Кот и его приключения

Кот возвращался ненадолго — то с караваном, то через портал, который он открывал сам. Он приносил новости, ворчал о глупости деревенских жителей и исчезал снова.