Маг теневой империи (СИ) - Сокол Артем - Страница 43

— Руны на костях — это не просто инструмент, — объяснял я команде, чертя в воздухе символы. — Это часть вас. Если вы думаете о них как о чём-то отдельном, они вас уничтожат.

Ирма скривилась, когда её руна на запястье вспыхнула алым.

— Легко сказать, когда у тебя весь скелет в защитных символах.

— Попробуй представить, что это не руна, а твоя вторая кровь, — предложил Гаррет, ловко активируя иллюзию без единого жеста. — Она течёт под кожей, но ты решаешь, когда ей вырваться наружу.

Лорен, сидя в углу, методично наносил на свои костяшки пальцев новые символы. Хорошо, что для этого обнажать кость не требовалось. Его стиль был простым и жестоким: максимум разрушения за минимум движений.

— Если они хотят дракона, — пробормотал он, — мы дадим им дракона.

— Только без фанатизма, — предупредил Элиас. — Нам нужно не просто выжить. Нам нужно победить.

— А разве это не одно и то же? — ухмыльнулся Томас, настраивая артефактный резонатор.

— Нет, — я поднял голову. — Победа — это когда они даже не понимают, как проиграли.

Третий месяц: Тактика

Мы разобрали каждую команду, каждого противника, каждую их слабость.

— «Когти Дракона» сильны в лобовой атаке, но их лидер, Рейнар, терпеть не может, когда его игнорируют, — говорил я, размечая карту арены. — Значит, мы делаем вид, что он нам не интересен.

— А как насчёт их заклинателя льда? — спросила Ирма.

— Его слабость — ближний бой. Он привык работать издалека. — Гаррет ухмыльнулся. — Я займу его «разговором».

— «Щит Лорда Вейна» — это стена, — продолжал я. — Но стены рушатся, если бить в основание. Их защитник, Генрих, всегда прикрывает левый фланг. Значит…

— Значит, мы бьём справа, — закончил Лорен.

— Нет. Мы заставляем его думать, что мы бьём справа.

Кот, наблюдавший за нами с подоконника, одобрительно мурлыкнул:

— Наконец-то вы учитесь играть грязно.

Пятый месяц: Проверка

Наш первый «боевой» тест против преподавателей закончился… неожиданно.

Декан боевой магии, лорд де Вейн, стоял перед нами с лицом, выражавшим смесь ярости и восхищения.

— Вы… — он искал слова, — вы переписали правила арены.

Я вытер кровь с губ.

— Вы сказали: «Покажите всё, на что способны».

— Я ожидал заклинаний, а не того, что вы изменили гравитацию в середине боя!

— Это и было заклинание, — пожал плечами Гаррет.

— Вы отключили магию преподавателей!

— Временное подавление, — уточнил Элиас. — Всего на десять секунд.

Декан зажмурился.

— Выпускное испытание — через две недели. Если вы там устроите подобное…

— Мы победим? — спросила Ирма.

— Вы перевернёте академию с ног на голову.

— Отлично, — сказал я. — Так и планировалось.

Две недели до выпуска

Всего четырнадцать дней отделяли нас от выпускного экзамена — последнего рубежа, после которого мы либо станем магами Империи, либо превратимся в очередные «несчастные случаи» в архивах Академии.

Я стоял перед зеркалом в нашей комнате, разглядывая шрамы на запястьях. Руны, записанные на кости, пульсировали тусклым светом, будто напоминая: «Ты готов. Но готов ли ты ко всему?»

За моей спиной раздался шорох. Кот запрыгнул на подоконник, его зеленые глаза сверкали в предрассветных сумерках.

— Ты опять не спал, — заявил он, безошибочно улавливая мое состояние.

— Сон — роскошь, — я потянулся к столу, где лежали чертежи арены. — Тем более, когда Совет Девяти явно не планирует ждать нашего выпуска, чтобы нанести удар.

Кот фыркнул:

— Они уже попробовали. И что? Зеркало треснуло, а ты вернулся.

— Не просто вернулся. — Я развернул свиток с пометками. — Я увидел. Их систему. Их слабость.

Дверь скрипнула, и в комнату вошел Элиас, его волосы были всклокочены, а под глазами — темные круги.

— Гаррет снова ушел в архив, — сообщил он, зевая. — Клянется, что нашел упоминание о «Пробуждении» — том самом, которое Совет использует для контроля.

— Если это правда… — Я схватил плащ. — Это может быть ключом.

— Или ловушкой, — кот прыгнул мне на плечо. — Совет не оставляет следов просто так.

— Тогда проверим.

Мы вышли в коридор, где уже ждали Ирма и Лорен. Их лица были напряжены, но в глазах горела решимость.

— Что задумал? — спросила Ирма, поправляя кинжал за поясом.

— Эксперимент, — я ухмыльнулся. — Если Совет контролирует магию через «Пробуждение», значит, мы можем перехватить этот контроль.

— Ты хочешь взломать их систему? — Лорен ахнул. — Это же…

— Безумие? Да. Но кто-то должен сделать первый шаг.

Мы спустились в подземелья Академии, где Гаррет уже копался в стопках древних фолиантов. Перед ним лежал раскрытый манускрипт с изображением девятиконечной звезды, испещренной рунами.

— Вот, — он ткнул пальцем в строки. — «Пробуждение» — это не заклинание. Это ритуал, который проводят раз в поколение. Он связывает магию избранных с источником Совета.

— То есть все маги Империи… — начала Ирма.

— …питаются из одной чаши, — закончил я. — И Совет держит руку на кране.

Кот зашипел:

— Значит, если мы найдем способ перекрыть этот кран…

— Магия аристократов станет обычной силой. Без их дополнительной системы контроля, со стороны совета.

Тишина.

— Но как? — прошептал Гаррет.

Я развернул перед ними чистый лист пергамента и начал чертить.

— Мы создадим контррит. На выпускном экзамене, когда все маги собраны в одном месте, их связи с источником будут наиболее уязвимы.

— Ты предлагаешь устроить саботаж прямо перед лицом Совета? — Элиас побледнел.

— Нет. — Я улыбнулся. — Я предлагаю революцию.

И тогда кот рассмеялся — низко, гортанно, будто понял все без слов.

— Ну что, гении, — он прыгнул на стол, — готовы переписать историю?

Мы переглянулись.

Ответ был очевиден.

Темнота в Запретном архиве была густой, как чернила. Мы сидели в кругу, освещенные лишь дрожащим светом магического кристалла, который я держал в ладони. Перед нами лежал окончательный чертеж — схема арены, испещренная рунами, стрелками и пометками.

— Итак, завтра, — начал я, проводя пальцем по пергаменту. — Все команды аристократов будут на поле. «Когти Дракона», «Щит Лорда Вейна», «Пламя Феникса» — все, кого мы изучали все эти месяцы.

— И все они связаны с «Пробуждением», — добавил Гаррет, постукивая по схеме. — Их магия усилена ритуалом Совета.

— А наш план? — Ирма скрестила руки.

Я ухмыльнулся.

— Мы дадим им бой. Настоящий. Но в решающий момент…

— …мы разорвем их связь с источником, — закончил Элиас.

— Именно. — Я поднял кристалл выше. — Для этого нам нужно три вещи.

Первое: точка входа

Лорен выдвинул вперед маленький металлический диск с выгравированной руной.

— Этот артефакт — якорь. Мы активируем его в центре арены, когда магическая сеть будет наиболее напряжена.

Второе: сигнал

Кот прыгнул на стол, его глаза вспыхнули ядовито-зеленым.

— Я проберусь в систему наблюдения. Как только Совет попытается вмешаться, я дам вам знать.

Третье: отвлекающий маневр

Гаррет и Ирма переглянулись.

— Мы займем команды аристократов, — сказала Ирма. — Долго не продержимся, но нам и не нужно.

— А ты? — Элиас посмотрел на меня.

— Я пробьюсь к источнику.

Тишина.

— Ты же понимаешь, что это самоубийство? — прошептал Гаррет.

— Нет. — Я разжал ладонь, и в воздухе вспыхнула руна — не та, что учили в Академии, а другая, древняя. — Это освобождение.

Кровь стучала в висках, смешиваясь с гулом магии, витавшей в воздухе. Артефакт в моей руке — тот самый якорь, который должен был разорвать связь Совета Девяти с их источником силы, — пылал, прожигая кожу ладони. Руны на моих костях светились так ярко, что казалось, будто мои вены наполнены не кровью, а жидким огнем.