Гном. Выбор (СИ) - "Alex O`Timm" - Страница 19

И поэтому если первое время он и сомневался в том, что зачем все это надо, то уже совсем скоро любые сомнения просто улетучились. Тем более, что приемы с каждым разом все усложнялись и усложнялись. Кроме того менялось оружие и сами противники. Женька, поочередно учился сражаться с гоблинами, гномами, эльфами и орками, да и вообще со всеми разумными какие только встречаются в этом мире. И потому несмотря на всю боль, слезы, сопли и обиду, прекрасно понимал, что другой такой возможности у него просто не будет. Хотя бы потому, что откажись он сейчас от этих занятий и его прибьет первый же встречный. Мимоходом, просто как навязчивое и противное насекомое, случайно встретившееся на пути и посмевшее поднять на него глаза.

В какой-то момент тренировка прекратилась, и та же сила, что принесла его в этот зал вновь подняла его и швырнула в соседнюю комнату, где к его удивлению обнаружился и бассейн с чистейшей горячей водой и банными принадлежностями и стол заставленный любой едой на выбор и даже две непонятно откуда взявшиеся фурии, с кошачьими физиономиями, тут же раздевшие его догола, и со всей тщательностью приведшие его потное и усталое тело в полный порядок. Еда, предложенная гному, тоже была выше всех похвал. Особенно много было мяса, во всех доступных формах, начиная от простого вываренного в маринаде и специях, чем-то напоминающее корейское Хве, до чего-то совсем уж умопомрачительного в виде небольших шариков, напоминающих мясные биточки, но такими вкусными, что казалось они просто тают во рту. От обычного банального шашлыка, приготовленного на длинных шампурах, до целиком испеченного поросенка с приправами и хреном. Один запах исходящий от которого просто сводил с ума. Единственное, что на столе отсутствовало так это хлеб. Впрочем, Женька начал потихоньку привыкать к местным блюдам, да и высказывать свои претензии хозяевам этого изобилия счел совсем неуместным. К тому же, по его воспоминаниям Ишуара, когда-то принадлежала Деви. То есть разумным котам, и потому было совсем немудрено видеть много мяса и мало злаков.

Помимо прекрасного обеда, возле него постоянно крутились две кошечки, один вид которых заставлял забыть о недавних тренировках и полученных ссадинах и синяках, и у Женьки тут же зашевелился его дружок-предатель. Впрочем, именно сейчас, он совсем не считал его таковым, а наоборот, только радовался тому, что хоть что-то в его теле, еще до сих пор работает. Но стоило только потянуться к прекрасным фуриям, как в голове, тихонько прозвенел звоночек, и Женька в тот же момент вновь оказался на плитах тренировочного зала. В этот раз, было повторение пройденного. К его огромному удивлению, он уже вполне сносно отвечал на изученные совсем недавно выпады, пытался атаковать сам и даже в какой-то момент, ему удалось достать своего противника. Путь совершенно случайно, всего лишь кончиком кинжала, который возможно и не нанес никакой раны, а только поцарапал его одежду. Но тем не менее, даже это придало Женьке столько сил, что он с воодушевлением продолжил свои тренировки.

О том, что у него это получилось, узнал не только он но и его соперник, и Женька каким-то образом тотчас понял это. Но подобное достижение не дало никаких поблажек. Наоборот, темп занятий только ускорился. И если вначале, Женька имел в своем распоряжении хотя бы минуту передышки, когда его соперник показывал очередной прием несколько замедлив свои движения, то сейчас, все происходило практически без остановки. Но к огромному Женькиному удивлению, она и не требовалась, потому как он все улавливал буквально на глазах.

Очередная тренировка закончилась поздно вечером. Во всяком случае Женька решил именно так, ориентируясь скорее на собственный организм, чем на что-то иное. Да и где найти другое ориентиры, если в комнатах где она сейчас находился не было ни единого окна. А мертвенно-белый свет, исходящий от плафонов, вряд ли можно было бы считать за ориентиры.

Вечернее омовение, и трапеза, завершившаяся бокалом прекрасного вина, продолжилась в мягкой постели, где прислуживающие ему в течении всего дня две фурии с кошачьими повадками и вывернутыми назад коленями выпили его буквально досуха. То, что его любовницы принадлежали к другой расе, ничуть не помешало нашему герою получить такое удовольствие, что он сам того не осознавая, улетел в нирвану, задолго до окончания всего процесса. Впрочем, если кто и выразил недоумение по этому поводу, то только он сам, потому как проснувшись утром не нашел рядом с собою никого, хотя еще мгновение назад, как ему показалось, он все еще продолжал начатое вечером действо.

Вообще-то с некоторых пор Женька начал догадываться, что с кошечками, да и некоторыми другими представительницами, не все так просто. Однажды проснувшись, он постарался не выдать своего пробуждения и очень аккуратно самую малость приоткрыл глаза. Увиденное его вначале несколько ошеломило, а затем пришло понимание происходящему. Тогда, в поле его зрения попали две дворфийки еще совсем недавно ублажавшие нашего героя. Вот только с ними происходили некоторые метаморфозы. Вначале их тела вдруг резко увеличились в размерах, вытянувшись в верх. Затем считающаяся у дворфов несколько избыточная полнота, за эталон красоты, немного усушила формы очаровательных девочек, да и рост тоже стал несколько меньше. Появились светлые, вьющееся волосы, и изменились лица. Заодно и появились заостренные ушки, вертикально поднятые вверх и выступающие из волос. В этот момент, Женька точно запомнил это чувство, он почему-то вспомнил об известном цирюльнике. И тут же одна из фигур преобразилась в утонченно-жеманного юношу, поразительно напоминающего небезызвестного Зверева. От неожиданности Женька вздрогнул, и посильнее зажмурившись, в отрицании замотал головой, пытаясь избавиться от наваждения. Когда же очнулся и открыл глаза, перед ним стояли две прекрасные, пышногрудые эльфийки, чем-то напоминающие ему Ирину Алферову в молодости.

Но стоило ему только открыть глаза, как его тушка тут же оказалась на плитах тренировочного зала и все началось сначала. Время полетело нескончаемой чередой сменяющих друг друга фрагментов. Подъем, тренировка, сытный обед, тренировка, сытный ужин, подруги и сладкий сон. Именно тогда, перед самым сном он вспомнил привидевшиеся ему утренние изменения, и начал догадываться, что все представители прекрасного пола берутся из его сознания. Ну в самом дела, откуда здесь могла появиться рожа парикмахера Зверева или прекрасное когда-то личико Иры Алферовой. Да и после тренировок, когда, казалось напряжена каждая клеточка твоего тела, как бы не до секса. Выспаться бы, да отдохнуть побольше. Но с другой стороны отказываться от этого, пусть даже происходящего только в его сознании, Женька не собирался. Потому что к утру чувствовал себя и вполне отдохнувшим, и выспавшимся, и подлеченным, и удовлетворенным. Простыни при этом оставались совершенно чистыми и сухими. То есть никаких ночных поллюций, в свете наведенных видений сексуальных утех, не наблюдалось. А раз так, то и переживать не о чем.

Больше всего запомнились разумеется подруги, причем милых кошечек, вскоре сменили представительницы расы гномов, затем на их место пришли представительницы Воинов Гнева. Последние отличались от любой другой расы наличием рогов, и наличием так называемой «боевой формы». Причем рога служили не просто украшением, кстати очень даже подходящим, для прелестных мордашек, но и боевым оружием. О том, что это оружие, Женька убедился в тот момент, когда место тренера, заняла вначале представительница этой расы, а чуть позже ее заменил Воин Гнева, имеющий мужскую ипостась. И хотя последний даже на вид выглядел гораздо сильнее, но справиться с ним удалось гораздо легче, что с женской особью. Последняя за счет ловкости и скорости, подчас просто размазывалась в пространстве и уследить за ней было очень трудно. Особенно же поразила боевая ипостась воинов гнева. В этом случае все тело как бы покрывалось серебристой чешуёй, и помимо прочего появлялся хвост с остро заточенным наконечником на его вершине. И если с мужской особью из-за его массы еще можно было как-то совладать, то женская перекрывала все его умения с таким запасом, что хоть сразу сдавайся на милость победителя.