Серия "Афган. Чечня. Локальные войны". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Беляев Эдуард Всеволодович - Страница 1487

В два часа ночи начался обстрел.

«Днем свои бьют, ночью «духи» донимают. Что за война?» — ворча себе под нос и прихрамывая на правую ногу, словно «сын лейтенанта Шмидта», поковылял во двор, где уже суетились Тахир, Алик и Женек-борода.

«Война в Крыму — все в дыму»… Возле бассейна горит сухая трава. Беру ведро, набираю воды и… Женька хватает меня за руку.

— Ты чего делаешь?

— Тушу.

— Тушу! — передразнил он меня. — Ты когда-нибудь на сковородку с растопленным салом воду лил?

Не дожидаясь ответа, он зачерпнул из ведра немного воды и плеснул на траву. Тут же в разные стороны разлетелись искры.

— Это же снаряды с фосфорной начинкой. Их водой нельзя тушить. На вот тряпку, сбивай огонь.

— Откуда ж мне знать. Ты у нас специалист по минно-взрывному делу, — снова ворчу я, хотя его «эксперимент» меня впечатлил.

— Ступай к себе. Без тебя управимся, — говорит мне Тахир, засыпая очаги пожара песком.

Действительно, мне было не по себе. Сильно болело колено. Бросив тряпку, похромал на виллу.

«И до чего только люди не додумаются, чтобы себе в удовольствие или в угоду другим уничтожать друг друга, — размышлял я. — Ядерное, химическое, биологическое, психотропное оружие! Ни одно животное ради забавы не убивает себе подобных. А мы… Homo sapiens! Человек разумный! Гуманоиды мы, из семейства наиболее прогрессивных приматов…

Через час, отмывшись от копоти и грязи, ребята сидели за столом и дружно поедали приготовленные мною бутерброды. Стрессовые ситуации хорошо поднимают аппетит…

Утром, поинтересовавшись, нет ли в группе пострадавших, шеф объявил:

— Мне звонил зональный партийный советник. Вчера вечером ооновский городок тоже обстреляли. Сначала заедем к ним, а потом в Кандагар.

Ребята разбрелись по машинам.

— Как ты? — спросил меня Игорь Митрофанович.

— Колено побаливает.

— Может, останешься?

— Игорь Митрофанович, мне что, за душманами в «зеленке» гоняться? До Кандагара в машине доеду, а там в кабинете отсижусь.

— Как знаешь…

Ооновский городок выглядел удручающе. Душманы, как и нас, обстреляли его фосфорными снарядами, которых, похоже, не пожалели. Крепко ребятам досталось. Повсюду тлело и дымилось. Сгорели столовая и кухня, помещение для жилья, «ГАЗ-69». Порвана линия связи. К счастью, все закончилось более-менее благополучно. Один контужен, трое легко ранены. Не обошлось и без курьезов. Два советника погнались за котенком, который, испугавшись обстрела, выбежал на улицу, а в это время потолок их комнаты «эрэсом» пробило. Вот так божья тварь спасла им жизнь.

Пообщавшись с ребятами из городка, продолжили путь в Кандагар. Зачем мы в ооновский городок заезжали? На «экскурсию»? У нас своих «достопримечательностей» хватает.

В мошаверке остались я, Алик и Дима. Мне тяжело было ходить, поэтому я попросил Мамнуна приехать в Управление. Через пять минут к нам вошел — вернее, влетел — провинциальный партийный советник Александр.

Честно говоря, я не понимал, зачем в Кандагаре столько партийных (зональный, провинциальный, главный) и комсомольских советников. Думаю, многие из них и сами толком не понимали, зачем они в Афганистане. В основном это были трезвомыслящие, нормальные ребята. Но среди них попадались и такие, которые считали, что земля должна вращаться вокруг них. Из таких и был недавно прибывший в Кандагар вместе с женой провинциальный советник Александр.

Прямо с порога, почему-то обращаясь ко мне, он завизжал:

— Нас душманы обстреливают, а вы никаких мер не принимаете!

«Что ж ты об этом шефу не сказал, когда мы в ооновском городке были?» — подумал я.

— Безопасность советнического коллектива — ваша задача! Вы должны нас охранять, — продолжал он возмущаться, делая упор на «нас» и «вы».

— Может, тебе (сознательно «тыкаю» ему) ночью еще и свечку подержать?

— Чего?..

— А ничего! Ты что, в лес на пикник собирался? Или в Сочи на отдых? Ты бы еще всех своих… в Афганистан притащил!

Не ожидая от меня подобного «наезда», он зашлепал губами, словно рыба об лед.

— Одна корова нагадит, все стадо запачкается, — непонятно к чему добавил я, но именно эти слова взбесили партийного товарища.

— Да я на тебя в ЦК КПСС буду жаловаться!

— Не запнись об порог, когда побежишь. Кстати, освободи помещение, нам работать нужно.

В мошаверку вошел Мамнун. Мне не хотелось, чтобы он слышал наши разборки.

Обедать в Управлении не стали — у шефа были срочные дела в бригаде. Перед посадкой в машину он подозвал меня к себе.

— Надо было тебя на вилле оставить. Зачем ты партийному советнику наговорил всяких гадостей? Обгаженной коровой обозвал…

— Игорь Митрофанович, не обзывал я его, — едва сдерживая смех, оправдываюсь я, — поговорка такая есть.

— Поговорка… Грамотные все стали, а мне за вас… Садись в машину. Поехали! — скомандовал всем Игорь Митрофанович.

В машине Тахир, смеясь, спросил меня:

— Что, досталось от шефа?

— Отвяжись, злыдня.

Не обращая внимания на мои слова, он продолжает:

— Этот Александр к шефу в кабинет с жалобой на тебя весь белый залетел. Игорь Митрофанович его выслушал, а потом посоветовал меньше паниковать и провел с ним воспитательную беседу. В общем, от шефа он красный вышел.

«Молодец у нас шеф», — подумал я.

В «конторе» был неписаный закон: «В своем кругу — ругай, но чужим в обиду не давай». Хороший закон. Жаль, что последнее время о нем стали забывать. В основном работают по принципу: «Бей своих, чтобы чужие боялись». А чужие почему-то не боятся…

Глава 9

Второе рождение Мамнуна

На столе стояла початая бутылка водки, рюмка и нехитрая закуска.

— По какому случаю банкет? — спрашиваю Мамнуна, ставя автомат у стены. — Что темно так? — Раздвигаю шторы на окне.

— День рождения отмечаю. — Он достает из шкафа еще рюмку.

— Чей? Раббани?[222] — шучу я.

— Свой, — отвечает Мамнун.

— Твой день рождения весной был. Сам же рассказывал, как лихо его в Москве отметил.

Я подошел к Мамнуну поближе и только сейчас заметил на его лице сильные царапины, словно кошка прошлась по нему своими когтями. Правая рука забинтована. Из-за темноты в кабинете я сразу этого не заметил.

— Теперь два раза в году буду отмечать.

Он протягивает мне свой пистолет, у которого затвор искорежен, словно по нему молотком прошлись.

— Толком объясни, что случилось?

— Вчера, — начал он, — поехал в аэропорт встречать кураторов из Кабула, нелегкая их принесла… «уазик» не заводился. Одолжил «Тойоту» у агента. Она-то нас и спасла. В аэропорту встретил двух сотрудников из Первого управления МГБ, майора и подполковника, и мы поехали в Кандагар.

— Погоди, — перебиваю Мамнуна, — во сколько же это было?

— Около шести вечера.

— Шесть вечера! В своем уме в такое время по кандагарской дороге разъезжать? Почему на виллу не заехали? У нас места не нашлось бы?

— Я предлагал им в аэропорту переночевать, но они отказались. Герои… Видел бы ты их лица после засады, — улыбнулся Мамнун. — Короче, ты меня не перебивай.