Серия "Афган. Чечня. Локальные войны". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Беляев Эдуард Всеволодович - Страница 1478

За время совместной службы я Стаса хорошо изучил. Душманский обстрел по сравнению с его монологами — детский лепет. На всякий случай отошел в сторонку. Как бы не зацепило…

— Успокойся, успокойся! — призывали Стаса кадровики, чем еще больше распаляли его.

— Успокоиться?! Я сейчас успокоюсь. Пойду к руководителю Представительства и про все ваши махинации расскажу. Ишь, чего удумали! Дембелю в спецрейсе места не нашлось…

«Какие еще махинации? — подумал я. — Перегибает Стас! Хотя, главное первому «наехать», а там разбирайся, кто прав, а кто виноват».

В разгар перепалки в кабинет вошел секретарь парткома Представительства.

— Вот мы сейчас партийное руководство и спросим, почему рядовых коммунистов обижают? — обратился к нему Стас.

— Кто это вас обижает? — поинтересовался секретарь парткома.

— Недоразумение вышло. Станислава Петровича… — начал объяснять кадровик…

— И меня тоже, — быстро поправляю его.

— Да, да, их обоих, — показывает на нас, — не оказалось в списке на спецрейс. Сейчас разберемся.

— Разберитесь! Из каких провинций? — обратился к нам Николай Иванович, так звали секретаря парткома.

— Кандагарские мы, — ответил за нас Стас. — Я по замене, почти два года отслужил. Александр в отпуск летит.

— Из такой боевой провинции, а вы их обижаете… Разберитесь. — Секретарь парткома снова обратился к кадровикам. — Удачи вам. — Пожав нам руки, он вышел из кабинета…

Через пять минут наши фамилии стояли в середине списка.

Ворча, вышли из отдела кадров. В коридоре столкнулись со знакомым кадровиком Евгением. Надо было сразу к нему обратиться — он легко решал проблемы.

— Похоже, опять с кадрами «воевали», — весело приветствовал он нас. — Напрасно. Кадры решают все! — Евгений шутливо нахмурил брови, многозначительно подняв указательный палец вверх.

— Может, по шашлычку? — предложили мы ему.

— Нет, друзья, спасибо. Это вам, «вольным стрелкам», все дозволено, а у нас каждый шаг на контроле. Но пасаран! — произнес он, сжав кулак.

— Пасаран но! — в тон ему ответили мы…

На следующий день, набрав высоту, самолет взял курс на Ташкент. В салоне было полно свободных мест.

Глава 15

Ташкент — город хлебный

Ташкентская таможня — это что-то!..

На таможне изымалось все. Все, что могло нанести «экономический» и «политический» ущерб нашему великому государству. Изымались даже брелки — глобусы китайского производства: кто-то углядел, что на них неправильно (не в пользу Советского Союза) была проведена линия границы с КНР… Изымалось все, что могло нанести моральный ущерб нашему целомудренному народу. В общем: «Руссо туристо, облико морале!»

Стоим со Стасом в очереди на таможенный досмотр. Почти как у В. С. Высоцкого: «Я стою встревоженный, бледный, но ухоженный, на досмотр таможенный в хвосте…».

Чтобы не скучать, наблюдаю за пассажирами. По поведению каждого можно догадаться, у кого какой имеется «криминал». А что, собственно, догадываться? Всем хочется привезти домой для родных и друзей кое-какие бакшиши. Но и в подарках ограничение: трое наручных часов (часы с авторучкой тоже считаются), не более блока магнитофонных кассет, ну и тому подобное…

В соседней очереди стоит женщина средних лет, с томиком А. С. Пушкина. Прижала книгу к груди так, словно кто-то собирается ее отнять.

«У нее точно будут проблемы», — подумал я.

Действительно, закончив досмотр вещей, таможенник попросил у женщины книгу и начал быстро ее пролистывать. Из середины книги выпали двадцать пять рублей одной банкнотой. О, Боже!.. По правилам разрешено провозить тридцать рублей (которые вносятся в декларацию), а тут лишний четвертак! Женщина близка к обмороку. Видя ее состояние — ненароком упадет в обморок, — таможенник (парень опытный), укоризненно качая головой, ставит штамп «досмотрено» и пропускает ее в зал.

Машинально ощупываю карман своей рубашки, где лежат лишние восемьдесят рублей. Если что, — просто забыл задекларировать. Я же их не спрятал. Приходится хитрить. А куда деваться? Билет на самолет от Москвы до Бийска стоил более шестидесяти рублей. Самолет прилетает в Москву в пятницу, когда «контора» уже не работает. Где денег взять?

Впереди Стаса стоит парень. Подошла его очередь.

— Откройте, пожалуйста, «дипломат», — просит его таможенник (из начинающих).

Почти у всех пассажиров из Афганистана были «дипломаты» с кодовым замком. Наверное, круче этих «дипломатов» в Союзе была только машина.

Парень открывает «дипломат». Сверху аккуратно уложены: носовые платки, носки, рубашки, трое часов, магнитный браслет, две зажигалки… Ничего лишнего и запрещенного. Полный ажур! Но служивых не проведешь. Таможенник «ныряет» на дно дипломата, немного пошарив, достает еще двое часов. Счастливая улыбка расплывается по его лицу. «Попался, парниша». Парень теребит носовой платок. Его с вещами отводят в сторону — видимо, для решения финансовых вопросов…

Стас открывает свой «дипломат». В нем джентльменский набор чекиста: чеки, валидол, туалетная бумага, но главное — все кармашки на крышке дипломата утыканы ручками с часами, магнитными браслетами, зажигалками… Не отреагировав на это «богатство», таможенник вновь «ныряет» на дно дипломата. Немного пошарив, он с удивлением достает изделие № 2.

— Это вам, бакшиш, — тут же реагирует Стас.

— Спасибо, не нужно, — таможенник в недоумении. — А откуда у вас столько чеков?

— Из Кандагара. Вот справка.

Нам в финансовом отделе Представительства выдавали справки на заработанную честным трудом сумму чеков. Что говорить? Получали мы неплохо, но и тратили хорошо. В основном на бакшиши.

По поводу чеков в Афгане можно было услышать подобный диалог:

— А где чеки?

— В мешках.

— А где мешки?

— Под глазами!..

Настала моя очередь проходить досмотр…

— Это как «откуда деньги»? — услышал я женский голос.

Повернувшись вправо, я увидел, как две симпатичные блондинки трясут у носа таможенника записными книжками.

— А это вам что? Не документ? — шумели они.

Листая записную книжку, одна из девушек громко прочитала:

— Тридцать первое декабря. Майор Иванов — пятьдесят чеков. Первое января подполковник Сидоров — пятьдесят чеков, десятое января Петров — тридцать чеков…

Я посмотрел на Стаса.

— Чекистки. Ну, бывают девушки, которые — за рубли, бывают — за валюту. В Афгане — за чеки, — ответил он на мой немой вопрос, хотя я уже и сам догадался.

Улыбаясь, я начал наблюдать, чем все закончится.

— И чего уставился? Весело? Да?! — Девушка переключилась на меня.

У нее был такой взгляд…

— Извиняюсь, извиняюсь. Виноват.

С этими словами я быстренько выставил на досмотр свои вещи. Досмотр прошел без осложнений.

— Ты в Ташкенте был? — спрашиваю Стаса, догоняя его в зале.

— Не доводилось.

— Много потерял, доложу тебе. Замечательный город! А какие в нем уютные рестораны! Базары! Ничего, я этот «недостаток» исправлю. Бесплатную экскурсию тебе устрою.

Времени у нас было достаточно — самолет вылетал в Москву только через двенадцать часов.