Законник Российской Империи. Том 5 (СИ) - Ло Оливер - Страница 27

Дорога становилась все более неровной, лошади замедлили шаг. Ночь была ясной, лунный свет заливал окрестности серебристым сиянием, превращая обычные деревья и кусты в фантастические фигуры.

Мы продолжали следовать за экипажем, держась в тени деревьев вдоль дороги. Мой зад уже онемел от непривычного седла, но я терпел. Слишком многое было поставлено на карту, чтобы сдаваться из-за такой мелочи.

Экипаж свернул с главной дороги на узкую лесную тропу. Мы последовали примеру, теперь двигаясь еще осторожнее, чтобы не выдать своего присутствия. Ветви деревьев смыкались над головой, образуя естественный тоннель. Луна то появлялась, то исчезала между листвой, создавая причудливую игру света и тени.

— Смотри, впереди огни, — шепнул Виктор.

И действительно, между деревьями мерцали тусклые отблески. Наша погоня наконец-то приближалась к финалу.

Внезапно воздух прорезал оглушительный треск. Прямо перед нами накренилось огромное дерево. Казалось, что время замедлилось — ствол, толщиной в обхват трех мужчин, начал падать прямо на дорогу.

— Вот дерьмо! — вырвалось у меня.

Мой жеребец испуганно заржал и взвился на дыбы. Руки соскользнули с поводьев, и я почувствовал, как мое тело стремительно летит вниз. Инстинкты сработали раньше мысли.

— Перемести! — отдал приказ я, пространство вокруг меня исказилось.

Вместо болезненного удара о землю я плавно опустился на ноги в двух шагах от обезумевшей лошади. Сердце колотилось как бешеное, но магия сработала безупречно.

Виктор, в отличие от меня, магию не использовал, потому что не мог. В момент, когда его конь встал на дыбы, он перегруппировался с грацией акробата и спрыгнул на землю, перекатившись по траве.

— Шоу окончено? — спросил он с невозмутимым видом, отряхивая с рукава грязь.

— Я бы назвал это скорее антрактом, — я попытался успокоить своего коня, который все еще нервно переступал с ноги на ногу. — Как думаешь, кто-то специально завалил дерево?

Виктор подошел к упавшему стволу и внимательно осмотрел место слома.

— Нет, естественное падение. Оно давно подгнивало у основания, — он постучал по трухлявой древесине. — Просто невезение. Я бы сказал колоссальное и очень своевременное невезение.

Я взглянул на преграду, перекрывшую дорогу.

— Придется в обход. А экипаж тем временем уедет совсем.

Виктор задумчиво оглядел лесную тропу.

— Можно перевести лошадей через ствол.

— Как? — я скептически оглядел массивное дерево. — Заставить их перепрыгнуть?

— Смотри и учись, — он взял поводья своего коня и подвел его к препятствию.

Что-то тихо шепнул животному на ухо, провел рукой по шее. Лошадь внезапно успокоилась и, к моему изумлению, взяв разгон в пару шагов, филигранно перепрыгнула дерево.

— Твоя очередь, — Виктор протянул руку за поводьями моего жеребца.

— Нет уж, — я отстранился. — Позволь мне попробовать. Если у тебя получилось, то и у меня выйдет.

Копируя действия Виктора, я подвел коня к препятствию и попытался настроиться на его ритм. Жеребец нервно переступал, не желая приближаться к стволу. Я вспомнил, как в детстве дед шептал что-то лошадям, прежде чем те его слушались.

— Ну же, парень, — я потрепал его по холке, — уверяю, ты справишься. Это всего лишь дерево.

На удивление, конь тряхнул гривой, словно понимал мои слова, и осторожно, но решительно перепрыгнул через ствол.

— Надо же, — не удержался я от гордой улыбки, — похоже, во мне пропадает талант конюха.

— Не обольщайся, — хмыкнул Виктор, уже сидя в седле. — Твоего жеребца специально выбирали как самого спокойного.

Мы продолжили путь, но несколько потерянных минут сыграли свою роль. Впереди дорога раздваивалась, и следы экипажа терялись в неясном свете луны.

— Плохо, — я оглядел развилку. — Кажется, мы их упустили. Если только ты не умеешь идти по следам.

Виктор молча улыбнулся.

— Ну, конечно, ты умеешь, — усмехнулся я в ответ. — Чему я удивляюсь?

Виктор спешился и принялся изучать землю, прикрыв глаза. Его руки изредка касались грунта, словно считывая невидимую информацию. Я не вмешивался, наблюдая за ним с уважением.

— Сюда, — произнес он наконец, указывая на правую дорогу. — Колеса тяжело нагруженного экипажа оставляют более глубокие следы. А у них всего три человека. Торговые куда тяжелее.

Мы продолжили путь, теперь двигаясь медленнее, позволяя Виктору периодически сверяться со следами. Лесная тропа постепенно расширялась, превращаясь в проселочную дорогу. Деревья расступились, и перед нами открылась панорама маленького провинциального городка Тяглино, мирно спящего под лунным светом.

На подъезде к городу следы экипажа смешались с десятками других, оставленных на главной дороге.

— Что ж, — я потер подбородок, — я надеюсь, что они остановились именно тут, а не поехали дальше, иначе наша приманка канула в темный колодец.

— Сейчас мы все равно ничего не выясним, — Виктор кивнул на тусклые огоньки городка. — Трактир еще должен работать.

— Тогда остановимся там, — согласился я. — Утром будет проще поискать, а сейчас мы все равно их упустили. В конце концов, даже Законники нуждаются в отдыхе.

Мы направили лошадей к небольшому постоялому двору на окраине Тяглино, где тусклый свет в окнах свидетельствовал о том, что там еще не спят.

Глава 13

Трактир «Сонный волк» оказался именно таким, каким и должно быть заведение в маленьком провинциальном городке — шумным, прокуренным и пропахшим дешевым пивом. Здесь, на окраине Тяглино, жизнь текла совсем иначе, чем в блистательном Санкт-Петербурге. Вместо изысканных аристократов и блеска императорского двора — усталые мастеровые, мелкие торговцы и изредка проезжие купцы.

Комната, которую нам с Виктором удалось снять, представляла собой крохотную каморку под самой крышей. Две узкие кровати, стол, покрытый потрескавшимся лаком, и умывальник с треснутым зеркалом — вот и все удобства. Через единственное окно, затянутое мутноватым стеклом, пробивался тусклый свет луны.

— Не дворец, — хмыкнул я, сбрасывая с плеч дорожный плащ, — но для наших целей сойдет.

Виктор молча проверил кровати на прочность, убедился, что дверь надежно запирается, и только после этого позволил себе присесть.

— Главное преимущество таких мест — никто не задает лишних вопросов, — произнес он, распаковывая небольшую дорожную сумку и протягивая мне зубную щетку, он явно был готов к долгому путешествию. — Заплати вперед, и ты просто еще один путник.

Сон в ту ночь пришел быстро — сказалась усталость от верховой езды. Последней мыслью перед тем, как провалиться в темноту, была надежда, что мы сможем найти не только Свердловского, но и остальных пропавших ученых. То, что они живы, сомнений не было, все же они нужны за свой ум. А мертвый ученый — бесполезен.

Утро встретило меня запахом свежего хлеба и шумом просыпающегося городка. Городская жизнь начиналась рано — еще до того, как первые лучи солнца коснулись черепичных крыш. Торговцы выкатывали тележки, хозяйки спешили на рынок за свежими продуктами, ремесленники открывали мастерские.

Позавтракав простой, но сытной кашей, приготовленной хозяйкой трактира, мы с Виктором приступили к поискам. Наш план был прост — разделиться и собрать как можно больше информации, не привлекая к себе внимания.

— Я проверю рынок и местные лавки, — сказал Виктор, застегивая куртку. — Торговцы всегда знают больше, чем говорят.

— А я наведаюсь в местную управу, — кивнул я, поправляя галстук. — Посмотрим, что здесь происходит на официальном уровне.

Тяглино при свете дня производило странное впечатление. Внешне — типичный провинциальный городок с мощеными улицами, аккуратными домиками и неспешным ритмом жизни. Но чем дольше я гулял по его улицам, тем сильнее ощущал неправильность происходящего. Люди здесь были… напряжены. Они говорили тише, чем следовало бы, часто оглядывались по сторонам и старательно избегали встречаться взглядами с незнакомцами.