"Фантастика 2025-63". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Майерс Александр - Страница 136

— Это Зверев! Зверев здесь! — раздаётся чей-то визгливый вопль.

— Ты чертовски прав! Я здесь, и поэтому вам всем конец! — выкрикиваю я в ответ.

На полной скорости ко мне несётся БМП, одновременно ведя огонь из пушки. Пару раз по мне попадают, крупный калибр ощущается примерно как удар кулаком. Если бы меня ударил семилетний ребёнок.

Бегу навстречу машине, ставлю астральные струны так, чтобы машина на полном ходу наехала на них одной стороной. БМП налетает на них и валится набок, я отрываю люк и запускаю внутрь струны. Экипажу не повезло. Их участь можно сравнить с попаданием в блендер.

— Назад! Отходим! — раздаётся приказ вражеского командира.

— Что, уже? Давайте ещё продолжим, я только размялся! — кричу я в ответ.

— Тоя-я-ять! — орёт Щелкунчик.

К сожалению, нас не слушают. Используя те же артефакты иллюзий, противники отходят с поля боя. Я за ними не бегу. Просто рублю струнами тех, до кого дотягиваюсь, и позволяю Кардиналу немного полетать за убегающими.

Призываю топор обратно и направляюсь в сторону поместья Писемского.

— Мона пать? — спрашивает Щелкунчик и во весь рот зевает.

— Конечно, малыш. Отдыхай, — говорю я и отзываю монстрика.

Валерий Васильевич уже бежит навстречу. Барон прихрамывает, одна рука у него на перевязи.

— Андрей Алексеич! Неужели! А я знал, что ты сдержишь обещание! — подбежав, он обнимает меня одной рукой.

— Конечно, Валерий Василич. Ты как, сильно ранен?

— Нет, пустяки. Осколком зацепило, ничего серьёзного. Кто твои люди? — Писемский указывает на фланги, где темнеют броневики спецназа.

— Мне на помощь пришёл граф Самойлов. Помнишь, я говорил, что дружу с его сыном? — спрашиваю я.

— Да-да, конечно! Значит, он тоже вступил в войну? Это отлично! — Валерий с силой хлопает меня по плечу.

— Ну, как минимум неплохо. Одному пришлось бы долго ковыряться. Мне уже стало скучно рубить врагов, когда его сиятельство привёл свои войска.

Писемский смеётся и говорит:

— Как у наших соседей вообще ума хватило на тебя напасть? По-моему, весь Петербург уже наслышан о твоей силе! Среди аристократии слухи точно ходят. Особенно после того, как ты одолел господина Суворова.

— Кто это? А-а, тот самый, который называл себя лучшим бретёром империи, — вспоминаю я.

— Да-да, тот самый. Который теперь не может носить это гордое звание, ведь он проиграл тебе. Ладно, сейчас не об этом. Какие планы, Андрей? Как мы закончим эту войну? — серьёзно спрашивает Валерий Васильевич.

— Для начала пускай тобой и другими ранеными займётся целитель, хорошо? А потом надо пройтись по полю боя, собрать трофеи и так далее. Сейчас я свяжусь с Самойловыми и узнаю, как у них дела. Потом решим, что делать, — говорю я.

— Так и сделаем, — кивает Писемский и отправляется отдавать приказы.

Я же иду к Хакасу и прошу связаться с графом. Тот достаёт спутниковую рацию с длинной антенной и говорит в неё:

— Граф, я Хакас, как слышно?

— Хакас, я Граф. Слышу хорошо, говори, — раздаётся голос Бориса Анатольевича.

— Задание выполнено. Мы отбили атаку на поместье барона Писемского, враги отступили. Как обстановка у вас?

— Идёт бой! — отвечает Самойлов, и в подтверждение его слов из рации раздается свист снаряда и взрыв.

— Вы в порядке? — хмурится командир спецназа.

— В полном! Но здесь жарко. Противник не хочет просто так сдаваться. Где барон Зверев?

— Здесь, — отвечаю я

— Я даже не сомневался, что ты обратишь противника в бегство, Андрей, но не думал, что это произойдет так скоро, — говорит мне Борис Анатольевич.

— Вообще-то, я рассчитывал их всех убить, но они не захотели драться до конца.

— Что вы будете делать дальше?

— Сейчас гвардейцы Писемского придут в себя, и я, думаю, отправимся штурмовать поместье Рогова.

— Почему именно Рогова? — уточняет граф.

— Оно ближе, — пожимаю плечами я.

— Хорошо! Я думаю, здесь мы справимся без твоей помощи. Хакас, ты меня слышишь? Остаёшься под командованием барона.

— Так точно, ваше сиятельство, — отвечает тот.

— Всё, до скорого! Берегите себя. Конец связи, — говорит Борис Анатольевич.

Протягиваю рацию обратно командиру спецназа и спрашиваю:

— Вы без потерь обошлись?

— Один трёхсотый. Целитель с ним уже работает.

— Хорошо. Тогда есть приказ — отправьте разведку к поместью барона Рогова. Надо выяснить, что у него с обороной. Отправляйтесь немедленно.

— Будет сделано, — кивает Хакас, козыряет и уходит к своим.

Осмотревшись, я нахожу свободный от трупов и воронок пятачок. Сажусь в позу лотоса и принимаюсь за медитацию. Нормально поспать мне точно в ближайшее время не удастся, медитация — единственный способ восстановить силы. А силы мне понадобятся, ещё как.

Не знаю, сколько проходит времени, но в какой-то момент сквозь тишину медитации пробивается голос Писемского:

— Андрей Алексеевич! Андрей! У тебя всё хорошо?

— Просто замечательно, — отвечаю я и резко встаю, заставив Валерия Васильевича вздрогнуть.

Обращаю внимание, что его рука уже не лежит на перевязи, но под рукавом угадывается повязка. Писемский указывает на что-то за моей спиной и говорит:

— Люди готовы выступать. Самойловские говорят, ты хочешь отправиться штурмовать имение Рогова?

— А что, есть другие предложения? Пока их войска связаны на границах моих владений, надо идти на штурм.

— Ты прав, сейчас идеальное время. Те, что напали на меня, отступили к поместью Хрипунова. Хотел бы я, конечно, добить этих ублюдков! Но Рогов ближе, и его владения хуже защищены, — говорит Валерий Васильевич.

— Тогда чего мы ждём? — спрашиваю я.

— Ничего. Только… Андрей, ты не хочешь переодеться?

— А что не так? — опускаю взгляд на свою футболку и джинсы, немного запачканные.

— Ты не выглядишь, как дворянин, который ведёт войну. Уж извини, но ты похож на залётного пацана, который непонятно как здесь оказался, — смеётся Писемский.

— Ну и ладно. Зато враги не сразу понимают, насколько сильно стоит меня бояться, — улыбаюсь я.

Валерий Васильевич отдаёт командиру своей гвардии приказ выдвигаться. Они заводят машины, и вперёд сначала отправляется разведка, а затем уже выдвигается основная колонна. Я любезно приглашаю соседа прокатиться на спецназовском броневике, и мы вместе садимся в десантный отсек. Заодно выслушиваем доклад Хакаса:

— Рогов заранее активировал щит вокруг поместья. Вдоль границ владений постоянно ездят патрули, один мои ребята расстреляли, возможность подвернулась. Минных полей нет, зато под куполом стоит артиллерия. Как только подойдём на расстояние удара, они попытаются нас накрыть.

— Не проблема. Мы включим походные щиты, их сходу не пробить. А потом подойдём вплотную, разрушим купол и ворвёмся внутрь! — Писемский стучит кулаком об колено.

— Не думаю, что у нас легко получится его пробить, ваше благородие, — хмуро говорит Хакас.

— Ещё как получится. Вот увидишь, — улыбаюсь я, поигрывая невидимой струной Хаоса.

Мы проезжаем через лес, а когда выезжаем из него, Писемский по рации командует ускорить ход и активировать походные щиты. Буквально через минуту рядом с нами начинают разрываться снаряды.

Мне из десантного отсека не видно, но по рации докладывают, что случилось несколько прямых попаданий. Щит одного грузовика с боеприпасами не выдержал, и машина взорвалась, загородив дорогу. К счастью, танками её смогли быстро оттащить в сторону, и колонна продолжила движение.

Скоро мы подходим на дистанцию, на которой артиллерия может бить только прямой наводкой. Но это бесполезное занятие, потому что на месте гвардейцы Писемского активируют два замковых щита. У Рогова осталось не так много пушек и боеприпасов, чтобы их пробить.

А вот у нас их реально много. Арсеналы Валерия Васильевича оказались полны, и почти всё их содержимое мы притащили с собой. Когда высаживаемся из броневика, бойцы барона сразу же начинают разворачивать пушки и боевые артефакты, солдаты таскают ящики со снарядами, а маги медитируют, копя энергию для самых разрушительных заклинаний.