Я спереди! (ЛП) - Секстон Мари - Страница 14

В моем доме. Сидит за моим столом. Его колено касается моего.

Я украдкой взглянул на него, когда он собирал миниатюрного Дарта Вейдера в комплекте со световым мечом, сравнивая мои воспоминания о нем на пятнадцать лет моложе с реальностью. Едва заметная бледная щетина украшала его подбородок. Его глаза затуманились, но за ними я увидел паренька, с которым провел один волшебный вечер.

Я вспомнил, как он обнял меня возле средней школы. Как он, краснея, сказал: «Я ведь совсем тебя не знаю, не так ли?»

Нет, мы не были знакомы с Ламаром. И все же я знал все, что мне было нужно. За ту единственную ночь я понял, что он был беззаботным и добрым. Застенчивым, но при этом потрясающе смелым. В тот судьбоносный летний вечер наша связь вышла за рамки физического контакта. Я был уверен, что мы идеально подходим друг другу во всех отношениях. Я провел годы, мечтая о нем. В первый месяц после нашей встречи я даже зашел так далеко, что разыскал в библиотеке телефонный справочник Тусона, но в нем было слишком много телефонных номеров Джонсонов. Перепробовать их все было невозможно. Я не мог рисковать тем, что мои родители оплатят счет за междугороднюю связь.

В любом случае, это не имело бы значения. Фамилия Ламара была не Джонсон, как у его кузины Джинни. Его фамилия была Франклин.

И все же осознание того, что я никак не могу его найти, не разубедило меня. Я представлял себе сотни разных способов, которыми мы могли бы снова найти друг друга. Возможно, Ламар переехал бы в Коду к своим тете и дяде, потому что его семья узнала, что он гей, и выгнала его. Возможно, только возможно, он вернулся бы специально ради меня.

Конечно, жизнь продолжалась. И все же, спустя годы после того, как я должен был перерасти эту фантазию, она время от времени возвращалась ко мне. Я терялся в своих воспоминаниях, задаваясь вопросом, что было бы, если бы мы снова встретились. Я втайне надеялся, что мы оба будем одиноки и сможем забраться ко мне на заднее сиденье вместе, как в детстве.

И вот он здесь, сидит менее чем в трех футах от меня.

Конечно, Ламар, сидевший за моим кухонным столом, не был идеализированным плодом моего разыгравшегося воображения. Он был из плоти и крови и обладал определенным багажом знаний. Я не мог его за это винить. Не то чтобы у меня не было своего собственного. У любого человека старше тридцати лет обязательно есть что-то из этого. Но я не мог не сравнивать этого Ламара в реальной жизни с тем, о ком я мечтал пятнадцать лет. Во многих отношениях он мне не подходил. Он оказался более угрюмым, чем я себе представлял. Со времен старшей школы у него появился южный акцент, и он пил неразбавленный бурбон. Но я чувствовал, что в его сердце есть что-то такое, какая-то правда в его душе, что все было именно так, как я и предполагал. И каждая частичка моего существа, казалось, кричала мне, что это все. Это был мой шанс вернуть потерянное.

Но этого не могло случиться. Этот корабль отплыл в тот момент, когда родилась Наоми.

Нет. Даже раньше.

В тот момент, когда она была зачата.

Эта мысль заставила меня вздрогнуть. Как могло одно-единственное действие иметь такие длительные последствия? Как оно могло стать источником величайшего сокровища моей жизни, и в то же время моментом, который означал, что я навсегда отрекусь от своего сердца? Казалось несправедливым, что никто не остановил меня в тот роковой момент и не предупредил, что это единственное действие - секс с Еленой - определит мне всю оставшуюся жизнь. И все же я никогда не сожалел об этом так сильно, как в тот момент, когда Ламар был на расстоянии вытянутой руки и в то же время навсегда оставался вне досягаемости.

- Как долго ты здесь находишься? – Наконец, спросил я.

- Всего несколько недель. С десятого августа.

- О. - Я наблюдал за ним, пока он изучал инструкцию. Даже в таком маленьком городке, как Кода, мы могли бы годами не встречаться, но я все равно почувствовал себя преданным, узнав, что он пробыл в городе так долго и не нашел меня.

Он подтолкнул ко мне то, что строил, вместе с инструкцией.

- Я уже все испортил, хотя и не уверен, где именно.

Инструкции полностью состояли из картинок, что позволяло детям легко ориентироваться, но иногда делало почти невозможным сделать все правильно с первого раза. Я взял собранную им фигурку и сравнил ее с простым рисунком в книге. Я был рад, что у меня появился повод избежать зрительного контакта.

- Я всегда думал, что, может быть, ты заглянешь ко мне, если вернешься.

- Я бы так и сделал, если бы знал твою фамилию.

Я улыбнулся, взглянув на него снизу вверх.

- Думаю, мы никогда не заходили так далеко.

Он улыбнулся в ответ.

- У нас были другие мысли на уме.

Выражение его лица стало почти кокетливым, а южный акцент стал более заметным, чем раньше. Я опустил голову, избегая зрительного контакта. Я не хотел слишком много думать о том, чем мы занимались в тот вечер, когда познакомились. Это привело бы только к возбуждению и искушению, ни тому, ни другому я не мог поддаться. Вместо этого я сосредоточился на текущем проекте.

- Этот вариант один-шесть - это перебор, - сказал я, разбирая детали на части, чтобы начать сначала. - Иногда трудно сказать, как они делают трехмерные рисунки.

- Отлично, - сказал он. - Меня победила игрушка, сделанная для восьмилетних детей.

- Не волнуйся. Это повторится еще раз сто или около того, прежде чем мы закончим.

Лед звякнул в стакане, когда он сделал еще один глоток. Я едва притронулся к своему пиву, но ему скоро понадобится еще.

- Ты жил здесь все это время? – спросил он.

- В Коде? Ага. Никогда не уезжал. Что насчет тебя? Твоя семья все еще в Тусоне?

- Нет. Уже много лет. Они переехали во Флориду.

- Итак, где ты был последние пятнадцать лет?

- Я учился в колледже в Луизиане. После этого устроился на работу в Остине. Затем, четыре года назад, я переехал в Даллас. - Он замолчал, уставившись на свой напиток.

- А теперь Кода?

- А теперь Кода, - произнес он без особого энтузиазма.

Я дочитал отрывок до того момента на котором он был, когда он передал его мне. Я подвинул его к нему и начал искать красный, размером два на четыре дюйма, который был ему нужен следующим.

- Почему именно сюда? Чтобы побыть со своими тетей и дядей?

Его смех был резким и совершенно невеселым.

- Нет. Я их почти не знаю. Но... - Он повертел картинку в руках, глядя на меня с той застенчивой улыбкой, которая преследовала меня долгие годы. - У меня остались хорошие воспоминания об этом месте.

Я улыбнулся в ответ.

- Я рад.

Он взял кирпичик, который я ему протянул, и склонился над инструкцией, чтобы изучить его расположение.

- Я искал, куда бы пойти, и по наитию заглянул в Коду. Я не поверил своим глазам, когда увидел, что у них открыта вакансия. Когда я пришел на собеседование, я поужинал со своими тетей и дядей, и они сказали мне, что у них есть место и для меня. Казалось, так и должно было случиться.

- Может быть, так оно и было.

Он не ответил, и я задумался над тем, что он сказал. Он умолчал об одном важном моменте, но я его не упустил: он искал, куда бы податься, как будто для этого годилось любое другое место, и это подсказало мне, что на самом деле проблема заключалась в том, чтобы убраться подальше от Далласа.

Как ая у т ебя история?

С чего ты взял , что он а у меня есть?

Назовем это догадкой.

Теперь оно подтвердилось. Он от чего-то убегал.

Или от кого-то.

Через несколько часов, когда корабль был готов примерно на треть, а мы съели целую пиццу, пришло время отвезти его домой. Я всегда ездил на работу и обратно на своем грузовике, но на этот раз я подвел его ко второй машине на подъездной дорожке. Я открыл для него пассажирскую дверь. Его глаза расширились от удивления, но после стольких любезностей, которые я оказывал своему пассажиру на протяжении многих лет, открывать дверь для него стало привычкой.