Последний Паладин. Том 11 (СИ) - Саваровский Роман - Страница 29

Эх, еще один рвущийся на передовую из душной столицы маньяк.

Только вот в отличие от Виктории, был у Горемыки один критичный недостаток. Потирая подбородок, я размышлял, как сказать об этом помягче. Но юлить не в моих правилах. Особенно когда на тебя смотрят таким искренним и открытым взглядом.

— Потому что вы слишком стары для этого, — сказал я как есть.

Услышав это, Горемыка нахмурился, огонь в его глазах на миг вспыхнул ярче, а сам он раскрыл рот, чтобы грубо возразить мне, но остановился на полуслове и с тяжелым вздохом закрыл рот.

— Ты прав, — тихим голосом признал полковник, — мои силы уже не те… эх… ты не представляешь, как сильно я хотел бы, чтобы такой как ты появился в Империи раньше! На десять или хотя бы на пять лет раньше и я бы тоже… но ты прав, Маркус. Годы берут свое. Огонь во мне не потух, но до былой выносливости мне далеко. Тело не сдюжит… сколько эти молодые будут отсыпаться? — с легкой надеждой в голосе спросил Горемыка.

— Сутки, — ответил я, — плюс минус часов пять.

— Да… я бы так точно не смог, — грустно посмеиваясь, покачал головой военный Наместник, — да и мои советники, — кивнул он в сторону перегородки, — все как один твердят, что мне нельзя рисковать. Что первый же бой в полную силу может стать последним, а Наместник должен беречь себя, должен оставаться лицом народа, должен… должен… должен…

— Считаете они не правы?

— Правы, конечно, — хмыкнул Горемыка, — и тот молодой блондин из Клана Молнии был прав на западной границе. До сих пор перед глазами стоит образ того, как легко он разрубил грибовидную тварь, из-за которой я чуть три города не эвакуировал. Было неприятно. Было горько, ведь когда-то я был на его месте. Делал такое, от чего у людей челюсти отвисали. Бросался в бой без раздумий… вид того, как его голубой клинок рассекает монстра напомнил мне, что я старый. Я попытался это забыть, но вот опять… пока я общался с прессой, этот Максим… этот подросток… даже не знаю, что он там за стеной делал. Много тварей пацан покрошил?

— Весьма.

— Мог бы и соврать, — грустно усмехнулся вояка.

— Зачем? Вы и без меня способны определить потенциал одаренного одним взглядом, — улыбнулся я.

— Могу и без взгляда, — со смешком хмыкнул тот и покосился на папку с медицинским отчетом, — да и ты бы не прибеднялся. Именно ты собрал этих сильных ребят вокруг себя, Маркус. И что самое главное, они идут за тобой. Даже в ад красной зоны. А также, признаюсь только один раз, но ты единственный одаренный за всю мою жизнь, потенциала силы которого я не могу разглядеть.

— Дать подсказку? — улыбнулся я.

— Не надо, — отмахнулся Горемыка, — дай старому вояке разобраться со своим гештальтом самостоятельно.

— Как знаете.

И в этот момент наш броневик остановился.

— Что строишь? — поинтересовался вояка, глядя на высокие стены строительного забора.

— Может трактир, может постоялый двор, может… не знаю, бар? Посмотрим.

— Но на открытие пригласишь? — улыбнулся Наместник.

— Да без проблем. — пожал я плечами, — а если я решу открыть тут… бордель? Тоже приглашать?

— А почему нет? Я не настолько старый! — в голос засмеялся Горемыка.

Я же невозмутимо сделал себе пометку.

— Эй, Маркус, я же пошутил! Не открывай тут бордель! Это незаконно! — вернулся обратно в свое привычное хмурое состояние Наместник, а потом вдруг замолчал, заметив что-то за окном, подозрительно сощурился и тихо так спросил, — это ведь была не…

— Не-е-е, вам показалось, — убежденно заявил я.

— Как же, показалось! — сплюнул Горемыка, буквально наблюдая как его тень колыхнулась, — мне стоит переживать о том, что она там делала?

— Ничего незаконного, — пожал я плечами, — просто немного помогла мне, пока вы находились под моим присмотром. Теперь вы снова можете срать… кхм… спать спокойно.

— Весело тебе, да? — не оценил юмора хмурый Наместник, — Я и так нормально спал и о защите не просил.

— Ну, тогда у вас с молодняком в лазарете больше общего чем вы думали, — улыбнулся я, — никому из вас я не позволю умереть. Хотите вы того или нет.

— Звучит жутковато, — кашлянул полковник.

— Ладно, как выйдете на пенсию, обсудим варианты, — усмехнулся я.

— На пенсию⁈ Ага, размечтался! — выпятил грудь вперед Горемыка, после чего его взгляд вновь обрел серьезность и перед нами вдруг открылся скрытый отсек.

Наместник потянулся и достал оттуда папку. Разумеется бумажную, как он любит. Но вот переплетена она была непростыми защитными нитями и на ней, помимо нескольких грифов секретности, стояла магическая печать самоуничтожения, которую Горемыка разблокировал одним касанием и протянул папку мне.

Я молча принял папку. Раскрыл. Пробежался глазами сначала быстро, а потом еще раз, но уже не торопясь, медленнее, и лицо само расплылось в улыбке.

— Спасибо, это поможет, — искренне поблагодарил я вояку, после чего стряхнул с ладоней остатки самоуничтожившейся после прочтения папки и, попрощавшись, вышел наружу.

Остаток дня я провел занимаясь своими делами в Форт-Хелле. Проверил дела на стройке. Стабилизировал энергию ростка пространственного Древа, которого коснулась безымянная.

Я дал девочке команду попробовать приблизиться к Древу, чтобы оценить ее текущий уровень, но она пока оказалась не готова. Однако частичку энергию древа взять смогла, чтобы получить ориентир к которому стремиться. А также, перед тем как вернуться в тень Горемыки и продолжить его охранять, она произнесла всего одного слово.

Очень тихо, и находясь рядом с Древом. Но я услышал.

Этим словом было «Ночь».

После стройки я отправился в уже ставший привычным кабак «Ржавый Колпак», где меня заждался Ганс.

Лидер отряда «Геккон» весь день мне трезвонил, пытаясь вытащить на встречу. Оказывается, ему Федор проболтался о нашей поездке за стену и тот вместе с Ульхом примчался сюда пару дней назад, но они немного опоздали, а все попытки нас найти или хотя бы встать на наш след в красной зоне, не увенчались успехом, и они вернулись в Форт-Хелл.

Расстроенный Ульх направился обратно в Долину, а обиженный факту упущенной веселухи Ганс остался дожидаться нас, чтобы высказать все накопившиеся претензии лично.

Правда за весь день в кабаке претензий как таковых я не услышал. Мы выпили. Мы обсудили дела в Долине и последние новости. Мы травили байки про вылазки и необычные Порталы. Мы подрались на традиционном мероприятии «Ржавого Колпака», после чего пешком направились в сторону лазарета.

Ганс пошел проведать Альберта, а я забрался на стену, где и встретил закат.

Красный, как полыхающий огонь, он застилал собой все небо и лишь темнота северной стороны блестела в наступающей ночи, переливаясь далекими отблесками, что походили на северное сияние.

— Нравится это место? — спросил веселый женский голос, и на край стены рядом со мной опустилась широко улыбающаяся девушка и бодро начала болтать босыми ногами.

Камилла выглядела как всегда беззаботно. Словно ребенок, отдыхающий в деревне у бабули. Внешне тоже, ведь на ней было лишь легкое короткое платье цвета солнца, да венок из полевых цветов, что словно корона, украшал волнистые рыжие волосы.

— Нравится из-за красоты или близости опасности? — уловив мой кивок, поинтересовалась Камилла.

— Твои варианты? — не поворачивая головы, спросил я.

— Думаю… — сделала она театрально задумчивое лицо, — из-за того и другого, — дала она ответ, — можно я присяду рядом?

— Так ты уже сидишь, — заметил я.

— А ты не очень тактичный молодой человек, да? — наигранно обиженным голоском вздохнула Камилла, — впрочем, ты прав, я пришла не ворковать, не выпрашивать у тебя свидание и не греть твою постель… — в этот момент Камилла сделала многозначительную паузу, но не увидев у меня нужной реакции, театрально вздохнула и продолжила, — ты ведь знаешь, что я имею доступ к Аргусу. А значит, понимаешь, что я видела все, что ты ему показал за стеной.