Дионисов. За власть и богатство! – IV (СИ) - Скоробогатов Андрей Валерьевич - Страница 42

— Тем же чем ты прославлен на всю Аттику, — отозвался царь, пока мы рассаживались вслед за ним за большим столом.

Опять чудовища? Ожидаемо. Что-то подобное я и предполагал.

— Вот как. Хорошо. А поподробнее? — спросил я, усевшись.

— Это очень неприятная тема для застольной беседы. Мы поговорим об этом чуть позже, — ответил царь.

Гм. Ну, как знаешь, твое венценошество.

— Подавайте угощение, — бросил царь своему дворецкому. — Мои гости устали. Несите разом всё самое вкусное! Мой брат, наконец, дома, хочу накормить его до отвала!

И начался пир, образцовый данайский пир, характерный кулинарной варварской роскошью, в виде зажаренных до хруста пяток верблюдов, каракатиц, сваренных в собственных чернилах, вареных и охлажденных бараньих мозгов, перемешанных с зеленым горошком, и поданных в распиленных пополам бараньих же черепах, и тому подобных изысков.

Ангелина вопреки ожиданиям с аппетитом вкушала все эти подозрительные яства хладнокровно, запивая их соком. Вака тоже ел, не поведя бровью, равнодушно, как картошку.

А вот доктор Штирц явно порой боролся с тошнотой, ишь какой неженка выискался…

Возможно, это понятное отсутствием алкоголя превращал любой пир в этом мире в извращенскую помесь аттракциона с дегустацией.

Пир не то, чтобы затянулся, но оказался продолжительным, пока внезапно, Степка не наклонившись над моим стулом произнес:

— Царь желает говорить с вами уединенно.

— Ну, хорошо, — отозвался я вставая из-за стола. — Поговорим. Давно пора, вообще-то. А то скоро и день кончится.

Степка провел меня в небольшую комнату рядом с залом. Царь уже ждал нас, сидя в кресле. Когда мы вошли, он молча он указал нам садится в кресла напротив.

Я сел и посмотрел на царя Альба-Каниса и его брата, моего оруженосца. Они сидели рядом, в одной позе.

Блин, как они всё-таки похожи.

— Так чем могу быть полезен вашему царскому величеству? — произнес я, наконец, когда пауза стала слишком очевидной.

Царь вздохнул. Переглянулся с братом. И наконец решился:

— Мой дом терзает нечистая неуловимая тварь. Я верю, что ты настигнешь и убьешь её, Искандер Бестибойца.

Блин. А так же хорошо разговаривали. Снова охота на чудовищ. Ну, следовало ожидать, ведь именно этим я и славен в народе.

— На что она похожа? — задал я свой вопрос.

— Её никто толком не видел, — отозвался царь, стискивая кулаки до побелевших пальцев. — Чёрная стремительная тень. Светящиеся огни. Она нападает ночью. Вот уже три недели. Она появляется в городе и во дворце. Никто не знает как. После нее остаются трупы. Много трупов.

— Сколько?

— Уже более трёх десятков человек, — мрачно отозвался царь. — Не считая собак, женщин и детей.

Хрена себе.

— А если всё-таки считать и детей, и женщин? — скривил я злую бровь.

— Больше сотни.

Хрена себе. И это в городе населением не больше пятидесяти тысяч человек. Как они ещё все отсюда не разбежались-то…

— Я патрулирую улицы, — произнес царь. — Я запираю ворота и двери. Я собираю охотничьи партии. Я плачу самым лучшим охотникам города. Приплывали люди и из Империи. Но всё без толку. Каждую ночь она является, а утром мы находим убитых, растерзанных огромными когтями.

— Она убивает всех подряд? — уточнил я.

— Она убивает всех подряд, имеющих дар призыва, — отозвался царь. — Алхимагов по вашему.

Фига се нюанс. А ты не спешил меня им обрадовать. Возможно, для того, чтобы я из твоего города до заката не сбежал? Надеяться больше не на кого?

— Вот оно как, — протянул я прищурившись. — Как интересно!

Я покосился на Степку, тот старался на меня не смотреть. Не, он явно не знал подробностей, во что нас втащил.

Ладно, это потом. Но, вот слушая царя, я не мог избавиться от впечатления, что он описывает нечто мне очень знакомое. Нечто похожее на одну мою знакомую тварь.

На Клеткоголового.

Только тот потяжелее будет. Больше и более полезно ел?

Надо, надо взглянуть на эту здешнюю тварь поближе, это может оказаться весьма познавательно.

— Полагаю, ты не знаешь, что я занял трон Альба-Канеса после длительной гражданской войны, — глухо проговорил царь. — Наш дядя захватил город и убил предыдущего царя. Дядя рано умер, оставив трон мне. Точнее его зарезали в городе, вместе со всей его охраной в время юбилейной гонки колесниц. Я смог удержать трон, но мне пришлось быть жестким. Кого-то казнили моим приказом, кого-то выслали. Положение моей династии в городе недостаточно прочно. К том же, у нас сложные отношения с соседями. И появление этой твари конечно не случайно. Это покушение на мою власть. Это покушение на меня.

Царь со Стёпкиным лицом внимательно смотрел на меня. Ждал, что я отвечу.

И что же я ему скажу, действительно? Звучит убедительно, особенно если ты сам такое утверждаешь. Дельце это явно грязное, и что всплывет на поверхность, стоит мне потянуть за кончик?

Но я всё-таки помогу тебе, царь. И даже не из-за просьбы Степки.

Если ты должен царю, это проблема. Но, когда тебе должен царь, это уже проблема для всех остальных.

Я действительно помогу тебе юный царь. Я убью эту тварь.

Но ты заплатишь за это и очень дорого, мой венценосный друг.

Заплатишь сполна…

Глава 109

Дом скорби

— Я берусь за это дело, — сказал я молодому царю Валенту, брату моего оруженосца.

А потом добавил меркантильное, но немаловажное:

— Что я получу за мой труд, мое время, мой риск?

Царь Валент не колебался ни секунды, он указал на сундучок на столике у стены и сказал:

— Вот это.

Я посмотрел на сундучок. Небольшой, деревянный, двадцать на тридцать сантиметров где-то, в решетке из проклепанных полос черного железа.

Я встал из своего кресла подошел к сундуку, откинул тяжелую крышку…

А вот это я удачно зашел.

Сундучок под край был заполнен маленькими, грамм на сто золотыми слитками, сложенными аккуратными рядами. На каждом вдавленная при плавке печать, две бегущих навстречу друг к другу гончие. Царская печать. Это сколько же тут? Вроде немного. «Вакханка» в воду по ватерлинию не уйдет, хе-хе…

Но в пересчете на имперские деньги сумма получается очень вкусная, мда. Больше сотни миллионов. Придется постараться, однако.

И охрану круглосуточную к сундучку приставить.

Это золото здорово поможет мне в моих ближайших инвестициях. Даже с учётом успеха в Старом Порту Варша — развертывание той же роты заметно обезжирит мои финансы. Но с этим золотишком мои дела радикально налаживаются. Тут и восстановление активов банка, и винодельческий бизнес, и портовый… И найм гвардии. Умеет мотивировать юный царь.

Такого царя определенно нужно спасать, такой союзник среди данайцев буквально на вес золота.

Я подавил в зародыше идею потребовать ещё один такой же ящичек. Ведь где есть один, там и второй найдется, ведь так? Подавил, потому, что Степка мне не чужой, а своих обезжиривать не хорошо.

— Да, — кивнул я. — Это мне подойдет.

И захлопнул ящик.

— Хорошо, — прожолжил я, усаживаясь обратно в свое кресло напротив царя. — Это мы решили. Теперь давайте определим план наших действий. Так где произошло последнее нападение?

— Это дом в придворном квартале, — ответил молодой царь. — Недалеко от дворца.

— Значит мы успеем взглянуть на него до заката? — уточнил я.

— Если поторопимся, — царь пожал плечами.

— Значит, нам стоит поторопиться, — заключил я, вставая из кресла.

А чего ещё тут перетирать? Все решили пора приступать к делу. Пункт первый сбор полевой информации…

Приближаясь к пиршественному залу по сводчатому коридору, я внезапно услышал как там гулко, но мелодично чем-то знакомый голос. Выводит этакий рэпчик под звуки ручной арфы — ритмические строчки данайского речитатива.

— Рыдает Кора, жрица богини,

Славит мать Дану и плачет.

Навек потеряв Искандера любимого,

Героя данайцами всеми чтимого!