"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 67

При этом андроид вытащил из под прилавка следующий «кирпич».

«Ну, сейчас завалит меня квадратными подарочками», — подумал Марат. Второй предмет был примерно того же размера что и первый, только низ у него был из стальных пластин, а верх — из стопок аккуратно сложенной брезентовой ткани.

— И как эта штука работает? — поинтересовался Марат.

— Прошу, — андроид отступил на несколько шагов, положил стандартную ячейку на пол, и дернул брезент вверх. Послышался клацающий звук. Это одна за другой раскрывались нижние стальные пластины. В развернутом виде это была обычная брезентовая палатка. Только маленькая даже для одного человека. Метр на метр.

— Прошу. Внутри она гораздо больше чем кажется.

Марат обнаружил, что прилавок перед ним исчез, образовав изрядный проем. Кажется, продавец решил продемонстрировать товар лицом. Марат на карачках влез в проем «палатки». Внутри обнаружился еще один вход-клапан, пришлось пролезать и в него, после чего показалось, что вокруг ничего нет. Марат развел руки в стороны — ничего себе палаточка. Зажегся теплый белый свет, и оказалось, что он стоит у входа в громадное квадратное помещение. Стены у этого помещения оказались из того же самого брезента, только более грубого. В углу лежали большие прямоугольные пластины.

— Это модули для установки внутренних стен, потолков, перекрытий, если потребуется и лестниц.

Вот это вещь так вещь. Даже не вещь. Мечта. Собственный дом в кармане. Не совсем в кармане брюк, но в рюкзаке вполне уберется.

— Что означает нулевой вес до ста семидесяти тонн? — спросил Марат.

— Блок гравитационного сжатия в данной ячейке имеет массообъем сто семьдесят тонн при гравитации девять целых и восемь десятых. Это значит, что вещи на объем данной массы, находясь внутри стандартной ячейки, имеют нулевой вес.

— Замечательно, — сказал Марат с восхищением разглядывая открывшееся ему пространство. — А что будет, если более чем сто семьдесят тонн?

— Каждая последующая тонна массы будет весить по формуле — масса, деленная на сто семьдесят.

— Это типа, — размышлял Марат вслух. — Если я туда триста сорок тонн засуну, то сто семьдесят — это в минус, а оставшиеся сто семьдесят делим… и все это хозяйство, на нашей стандартной земле, станет весить одну тонну…

— Да. При стандартной гравитации девять и восемь, — подтвердил андроид.

— Ладно, пошли выбираться. Какие еще подарочки есть?

— Есть, — прочеканил механический голос. — Летательный аппарат типа «Колокол», октокоптер, беспилотный вариант, управление ментальное…

— Да не проблема, — ответил Марат.

Материк. Спустя год.

Марат стол на палубе подводной лодки. Самой настоящей подлодки, которую они подняли со дна одного из островов. Лодка, хоть и была подводной, но больше походила на корабль. Узкий тонкий нос, широкая плоская палуба, только надстроек — минимум. Можно сказать — одна рубка, и куча люков. Еще имелось два орудия, вполне работоспособных, и полный боекомплект торпед. Все это они сделали за несколько месяцев…

Они… Сначала их вообще было двое. Марат и Гонзало. Колумбиец, высокий, веселый, кучерявый как клен, никогда не унывающий юноша двадцати лет от роду — он шел по морю на стареньком рыболовном катере под белым флагом.

Потом к ним присоединился вечноспокойный Майкл, из Австралии, невозмутимый до невозможности, как и его предки, английские опальные пэры, но сейчас похожий на оборванца, буквально прожаренного солнцем.

Пару Майклу составила Александра из Румынии. Потом еще присоединились Болек и Лелек (как их прозвал Марат) — два негра, один из Италии, другой из Франции, оба черные до синюшности, кучерявые, рокеры и байкеры. Потом в основном пошла азиатская масть — два китайца (которых Марат, не мудрствуя лукаво, окрестил для себя Джеки Чаном и Брюсом Ли), один вьетнамец (Хо Ши Мин), индус (Раджив типа Ганди), и пакистанец с традиционным именем Саид.

Именно Саида оставляли на острове, который они называли Камень. Этот остров и был, по всей вероятности, одним большим камнем, который обронил здешний Демиург на песчаную отмель. Именно рядом с этим островом нашли эту полузатопленную стальную махину. Австралиец Майкл определил подлодку как японскую, одну из самых быстроходных периода Второй мировой.

Саид оставался на острове по нескольким причинам. Во-первых, кто-то должен был оставаться. Во-вторых, на острове Склад (тот, на котором Марат завалил из Крисс Вектора «робокопов») — Саиду досталось от Продавца огромная шагающая машина, экзоскелет высотой с двухэтажный дом, весивший десяток тонн, и путешествовать на нем по воде было серьезной проблемой. Ну и в-третьих, Саид вообще панически боялся воды. Поэтому он оставался на Камне, латал, как мог, подлодку, и каждые двенадцать часов устраивал салют — стрелял с вершины Камня большими сигнальными снарядами. Видно этот фейерверк было и за десять миль, не смотря на яркий свет солнца, что наводило на мысль, что земля здесь плоская.

Теперь их вообще было тридцать один человек. Все — замечательные ребята, молодые, сообразительные, шустрые до невозможности.

Полгода назад, когда их было всего десять, как всегда — неожиданно и ребром встал вопрос о выборе командира.

Жарило солнце. Они сидели вокруг костра, похожие на толпу оборванцев. Только у каждого оборванца в кобуре на поясе — пистолет. Плюс винтовка или автомат за плечами. Местная обстановка не располагала к расслабленности. Каждый из них уплыл со своего острова на собственном, обычно самодельном, плавстредстве. Сейчас плоты и лодки всевозможных размеров и модификаций стояли у берега. Одна из лодок дымилась. Борта ее были продырявлены пулевыми отверстиями во многих местах.

На песке рядом с оборванцами, но выбиваясь из общего круга — сидел человек, наспех перевязанный бинтами. Руки его были скованы наручниками. Ноги — тоже.

Это был краснокожий. Самый настоящий индеец. Только перьев не хватает в иссиня-черных волосах. Лицо его спокойно, хотя иногда щека дергается. Видимо — от боли. Ему досталось четыре пули, перебиты локоть и колено.

Но и остальные хлебнули не слабо…

Вон тот (индеец хмуро усмехнулся своим мыслям), мелкий и тощий, который здесь, похоже, за главаря — вообще получил две дырки полудюймового калибра в грудь. Правда, это не помешало ему доплыть до каное индейца под водой, взобраться на борт, и подобно змее — оплести непонятными приемами, после которых Кровавый Пес лишился оружия, и приобрел наручники.

— Ты же видел, что мы под белыми флагами! — обратился к индейцу один из сидящих. — Зачем стрелял?

Индеец даже не покосился на него. Лицо его так и оставалось спокойным и надменным.

— Ну и зачем ты его спасал? — обратился вопрощающий уже к тощему, который ощупывал дырки на груди с недовольным выражением лица.

— Его нельзя было оставлять, — чуть помолчав отозвался тощий. Потом поднялся на ноги. Похоже, что две страшные раны, оставленные пулями весом по пятьдесят грамм каждая — не сильно его тревожили. Кровь уже остановилась, и было видно, как отверстия постепенно затягиваются.

— Если бы он выжил, то обязательно постарался бы нас убить. Так ведь?

Теперь Кровавый Пес поглядел на собеседника. Из-за своей тщедушности тот показался сначала мальчишкой, но теперь индеец видел — это достаточно пожилой человек. Сильный и гибкий. Как стальной закаленный прут. От него веяло настоящей, смертельной опасностью. Большинство сидящих вокруг были слабаками. А этот — нет.

— Мы тут все с сверхспособностями, — продолжал Марат. — А этот может вообще какой-нибудь вампир, или типа того. Бессмертный какой-нибудь. Эй, вождь краснокожих, скажи хоть слово. Иначе помрешь как собака…

Индеец отвел взгляд.

— А, так у тебя есть кличка, — вдруг сказал тощий. — Ты какая-то собака!

Кровавый Пес вздрогнул.

Как?

А потом понял — телепатия…

— Нет у меня никакой телепатии. Но вот кое у кого — есть, — проворчал Марат. Потом обернулся к сидящим. — Товарищ Александра. Попробуй его просканировать. Мне совсем не улыбается оставлять его в живых дольше, чем на пару часов. Он, если только освободится — начнет нас резать. Я эту породу знаю. Обидчивые прямо, куда деваться…