"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 589

Я поднял руку и скастовал Молнию.

До сих пор этот Знак показывал себя так себе. Против заложных покойников, которые составляли основную массу моих противников, не работал в принципе. Против остальных — ну, так-сяк. Скорее временно обескураживал, чем убивал. Но сегодня я, похоже, нашёл идеальную мишень.

Змею долбануло как надо. На краткий миг я увидел её будто на рентгене — каждую косточку. Было этих косточек — дай бог каждому. Вот бы все были золотыми сосудами! Хотя мечтать, конечно, не вредно…

От змеи даже потянулась вверх струйка дыма.

Как только действие Знака закончилось, змея рухнула. Кобыла умудрилась откатиться в сторону. Ну просто ниндзя, а не лошадь.

Я подошёл к поверженному сопернику, сунул под нос пылающий меч.

— С-с-сдохнете! — чуть слышно выплюнула дымящаяся пасть. — Вс-с-се с-с-сдохнете, с-с-су…

Ничего более интересного там, наверное, уже не услышать. Поэтому я взмахнул мечом и ударил. На этот раз башка отделилась от тела легко, будто всё тело состояло из пластилина.

Меня ударило молнией. Отбросило на Тварь, которая к тому времени только-только поднялась на ноги. От моего удара рухнула вновь, покрыв всю вселенную добротным сапожничьим матом.

— Да-а-а, — простонал я, соглашаясь с услышанным.

Теперь мне сделалось кристально понятно, почему охотники любят ходить в Пекло.

Вот, пожалуйста, первая встречная тварь. Да, она необычная, непривычная, и если вовремя не сориентироваться — запросто можно сдохнуть. Собственно, я мог бы сдохнуть, даже не успев понять, что происходит, если бы краем глаза не заметил движение в окне.

Но с другой стороны — в сравнении с лешим убить змею оказалось не так сложно. А родий она принесла — не много не мало двадцать штук. Двадцать! Как очень сильная вила или очень слабый чёрт.

А где двадцать родий — там и двадцать костей. И особые тарифы для тех, кто ходит в Пекло. Честная сдача по весу.

— Ну, хозяин! Разве так поступают? — возмущалась Тварь, вновь поднимаясь на копыта. — Меня тут чуть насмерть не уходили!

— А нефиг жрать всё подряд, — возразил я. — Ты о чём думала, когда кладку этого чудища разоряла?

— О том, что жрать хочу! Сам бы попробовал столько скакать.

Вот и поди разбери у этой кобылы — когда она правда с голодухи подыхает, а когда на ровном месте ломает комедию. Я и в лошадиной-то физиологии слабо разбираюсь, а уж в тварно-лошадиной — и того хуже.

— Ладно, — вздохнул я. — В Полоцк вернёмся — пожрёшь.

— Нет уж, давай до дома, — заартачилась Тварь. — Не люблю я эти казённые харчи.

— Угу, то ли дело — змеиные яйца из-под земли.

— А вкусные, знаешь! — Тварь облизнулась.

— Не знаю и знать не хочу.

Я сжёг змеиную тушу, собрал два десятка костей. В основном это были позвонки, но попалось и три изогнутых ребра. Мешок изрядно отяжелел и с трудом завязался.

Сходив в оплот, я забрал пень. Эх, телепортироваться бы сейчас со всем этим… Но не бросать же Тварь одну. Мало ли, где её стопарнут. Ладно, вместе пришли — вместе уйдём.

Когда я вышел на улицу, Тварь задумчиво смотрела в небо.

— Хозяин… Нам бы пошевеливаться.

Я поднял голову, проследил за её взглядом и присвистнул.

По небу летели трое змей. И не куда-нибудь, а к нам.

Глава 17

Я запрыгнул Твари на спину и крикнул:

— Жми! Как в последний раз!

Тварь выдала. Обычно я ехал, по ощущениям, как в бизнес-классе. А сейчас почувствовал, как ветер натягивает кожу на лице.

Обернулся, взглянул в небо. Змеи приближались. Суки. Конечно, на крыльях-то веселее, чем копытами!

— Отрываемся? — спросила на ходу Тварь.

— Ну как тебе сказать…

— Я быстрее не могу!

— Делай как можешь.

Мешок тянул вниз, и ещё приходилось одной рукой придерживать пень — который в мешок не влез. Однако надеяться больше было не на кого. Кое-как извернувшись, я поймал в поле зрения ближайшего змея. Он уже начал снижаться, намереваясь зайти сзади и вцепиться зубами. Остальные, похоже, навострились напасть спереди.

Молния сработала так же здорово, как и в первый раз. Рентген — и падение. Минус один соперник. Не насмерть, конечно, и без родий, но хрен с ним. Сейчас главное — спастись и спасти пень, ради которого я сюда, собственно, полез.

Два змея впереди обогнали нас и синхронно выполнили разворот. Теперь они неслись нам навстречу. Рассчитывали, очевидно, размазать в лепёшку лобовым ударом. При такой-то разнице в весе — как не фиг делать, груженая фура против самоката. Снесут и не заметят. Ну, при условии, что твари в принципе способны что-то рассчитывать. Хотя эти, видимо, способны, судя по количеству костей, принадлежат к высшим. А в нашем справочнике даже упоминаний подобной пакости не встречалось… Впрочем, справедливости ради, там много чего не встречалось.

Летели змеи друг за другом. Ну, тоже логично — мешать друг другу не будут. И если я вдруг каким-то волшебным образом не сдохну при столкновении с одним, второй от меня уж точно мокрого места не оставит.

Только и я тут — не погулять вышел. У меня тоже кое-какие козыри в рукаве имеются. Например, Молния, которую до сих пор не было необходимости прокачивать. Сейчас я не сомневался. Змеи своим разворотом дали мне фору во времени, и эти секунды я потратил на то, чтобы прокачать Знак. Минус десять родий. И мощная, мгновенно окрепшая Молния.

Которую я метнул в несущихся навстречу тварей. Есть! Одного ушатал. Рентгеновская вспышка — и рухнувшая на дорогу огромная дымящаяся змея. Меня снова долбануло родиями. На этот раз — девятнадцать. Мне пришлось изо всех сил вцепиться твари в гриву, чтобы не упасть. Одной рукой, другой я продолжал прижимать к себе пень.

Тварь на мгновение взмыла вверх — как делала, когда перепрыгивала частокол у меня в усадьбе. В этот раз перелетела рухнувшую на дорогу тушу. И пронеслась под вторым змеем, буквально под самым пузом. Этого тоже задело молнией. Сожгло одно крыло, он начал заваливаться набок.

Я обернулся. Молния!

Есть. Рухнул на дорогу. Живой — судя по тому, что удара родиями я не получил. Но продолжить погоню вряд ли сумеет.

— Тварь! — крикнул я.

— Что⁈ — в голосе несущейся быстрее гоночного болида кобылы послышались панические нотки. — Опять⁈

— Да нет! Мы молодцы! Победили!

— А. Ну, и сказал бы спокойно! Чего орать? Я думала, опять какая пакость…

Тварь сбавила скорость до комфортной.

Впрочем, и при такой у Заслона мы оказались уже через полчаса. Видимо, на нервах Тварь покрыла предыдущее расстояние вдвое быстрее, чем в прошлый раз. Охренеть, конечно, у неё ресурс. Знать бы в точности, какой — цены бы ей не было. Хотя, справедливости ради, и так жаловаться грех. При всех своих загонах лошадка у меня что надо.

Приблизившись к воротам, Тварь притормозила.

Назад меня впустили уже без вопросов, кто таков и откуда.

— Быстро ты управился, — заметил знакомый таможенник.

— А чего там рассусоливать. Дровами разжился, да назад поехал.

— Дровами?

Таможенник с недоумением посмотрел на пень. Который я по-прежнему прижимал к себе.

— Ну.

— Да неужто у вас в Поречье дров раздобыть негде? В Пекло за ними лезть надо?

— Ой, да у нас в Поречье во что ни плюнь, в дефицит попадёшь. Это у вас тут снабжение на широкую ногу. Вы ж — заслон, надежда и опора. А наше захолустье никому не встряло. Веришь — за трубами водопроводными аж в Питер гонять пришлось.

Таможенник сочувственно покачал головой. Снова, разведя руками — мол, что поделать, служба, — проверил меня амулетом. После чего пожелал счастливого пути.

— Зато пиво у нас в Поречье — не то, что у вас! — объявила на прощанье мстительная Тварь. — Вот! Завидуйте.

И независимо помахивая хвостом, потрусила прочь.

Куда лежит наш дальнейший путь, сомневаться не приходилось. Тварь решительно направилась к знакомому кабаку. Я не возражал — заслужила.

Поднялся на крыльцо и постучал в закрытую дверь. Из двери высунулась хозяйская дочка.