"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 145

Между тем в Евпатии была подготовлена новая программа обучения. Марат и Юта, в связи с перегруженностью, уже не могли вести занятия, но это уже было не важно. Тренер ввел ещё несколько дополнительных практик — в первую очередь по командной подготовке, то есть будущие командиры и комиссары учились не только составлять команду, поддерживать там дисциплину, но и взаимодействовать с другими командами. Действовать нужно было быстро, слаженно, четко, понимать друг друга с полуслова, с полувзгляда… Ещё одно нововведение — это «симпатические» уроки.

К товарищу Тренеру месяц назад подошла женщина в довольно серьезном возрасте «после пятидесяти лет», назвалась товарищ Вебер, и передала скрепленную в скоросшивателе программу подготовки бойцов в лучших традициях екатерининских лицеистов. То есть в этой папке содержались материалы на несколько часов занятий по «бытовому поведению»: то есть вежливости, умению раздавать комплименты и благодарности, а также флирту. Сама товарищ Вебер была так обворожительна, что за несколько минут буквально околдовала Тренера, и он, конечно же, дал добро.

Таким образом, в подготовку революционера вошли не только умения поднимать в атаку, ломать руки и стрелять от бедра, но и полный контроль лица, жестов, умение тепло хвалить, жестко отчитывать, и входить в доверие к любому человеку.

Ребят было не узнать. В Евпатий приезжали разнообразнейшие личности, робкие или говорливые, несерьёзные или зажатые — а выходили оттуда словно уже матёрые волки, собранные и целеустремлённые, несгибаемые, непобедимые и ко всему готовые бойцы Революции.

— Главное, потенциал то у них уже есть, — говорил Тренер Марату, явно гордясь успехами. — Надо просто его раскрыть…, нет, даже не так. Вскрыть, как скальпелем. Обойму в него вставить, как в оружие. Слышь, Маузер, пацаны мне бывало звонят, говорят что теперь девки за ним табунами ходят, вот как человек меняется, понимаешь, — со смехом продолжал он.

Марат, конечно, все понимал. Уж кто-кто, а он то отлично знал, как это великолепно — работать в мощной команде, над единственной и вполне достижимой целью, фактически без ограничений в ресурсах. Да и к тому же каждый выпускник по окончании второй углубленной подготовки получал личный уником, и оружие.

Оружие тоже было оригинальным. С виду и по конструкции это был обычный пневматический пистолет, правда, с добавленным специальным устройством распознавания отпечатков пальцев, настроенный именно на владельца. Если стрелял из него хозяин — маленькая пулька калибра «четыре и пять», из вольфрамового сплава — вылетала из дула со скоростью более километра в секунду, и легко пробивала любую голову навылет, с расстояния до тридцати метров. А в руках другого человека — и пустую картонную коробку с двадцати шагов не простреливала.

— Представь, Маузер, — продолжал меж тем Тренер. — Она их раздеваться заставляет.

— В смысле раздеваться?

— В прямом. Догола. Она сама на занятие приходит в таком рубище, на голое тело. И говорит им, такая: «снимайте все, с трусами». И девушек, и мальчишек раздевает. Она им, пока раздеваются, лекцию читает, что одежда — это как наши доспехи, или обманная имитационная броня. А на самом деле — важен лишь тот, кто под одеждой. Ты и голый на эшафоте должен выглядеть как настоящий герой. Все ли посмотрели друг на друга, вот на тех, какие вы есть? А потом им раздает обноски всякие, дырявые «треники», куски марли дырявой, майки заляпанные в краске, халаты вонючие…

Тренер захохотал, а потом собрался, и продолжил дальше:

— И они, представь, начинают друг другу делать комплименты. Как он или она сегодня хорошо выглядит. Не одежда, а именно человек. Представь? Зеркал по всем стенам понавешала, камер с разных ракурсов, изображение твое со сверкающей пиписькой прямо на экране появляется, пока раздеваешься. А потом заставляет их изображать разные ситуации, обычно либо признание в любви, либо отказ от неё. Да через два часа оттуда выходит профессиональный актер, человека реально не узнать. Они после её занятий меня даже пытаются построить, «по стойке смирно». Не словами, а движениями, позами, мимикой. И у некоторых получается. Представляешь? Вот это бабуля.

— Такие занятия только эта бабуля может проводить, или у нее просто методика?

— Да обычная методика, — почесал голову Тренер. — Думаю что ничего сложного, только вот человек должен быть оригинальный.

— Вот что, — сказал Марат. — Ты подумай головой, а желательно мозгом, товарищ Тренер, кого такая бабуля может еще своей методике обучить, и действуй. Научить руками-ногами махать, да из-за угла стрелять каждый второй мужик может, а тут штучная боевая единица, крайне ценная. Сможешь найти еще таких?

— Ну, — еще раз почесал голову Тренер. — Наверно смогу, незаменимых, сам знаешь, не бывает…

Руслан Басов смотрел на кредитку. На очень странную, совершенно черную кредитку. Без единой буквы. Только номер, на одной стороне, и код — на другой. Не матовая, не глянцевая, а просто кусок бездонной черноты. Решительно втиснул ее в картоприемник банкомата. Введите пин-код. Конечно.

Показать баланс.

На экране.

Руслан медленно осознавал реальность. У него на руках карта, на которой шесть миллионов семьсот тысяч рублей. Еще недавно эту сумму ему даже сложно было представить. А теперь это месячные расходы на областную организацию. Которую он сейчас возглавляет. Товарищ Руслан. Боевой позывной — «товарищ ТТ-27». Двадцать седьмой, потому что первые двадцать шесть уже были заняты.

Дополнительно он получил пятьдесят штук Уникомов. То есть сто браслетов, по паре на человека. Они были очень тяжелые, килограмма по два с небольшим каждый. В добавок к оружию, которое ему выдали, (как огнестрельное так и пневматическое) — вообще получался неподъемный груз. Хорошо хоть, что Руслан на этот раз догадался приехать не один, и не на поезде, а с командой из трех человек, и на машине. Так что все это богатство спокойно уместилось в багажнике их микроавтобуса. Еще Руслан получил личный код доступа к общей базе, правде только к своему Владимирскому отделу. Там он нашел фамилии людей, которые были либо завербованы, либо в них была внедрена наблюдательная аппаратура. Причем теперь контроль за ними возлагался на Руслана лично.

Вообще на этот раз экскурсия по городу получилась очень увлекательная. Их команду, из пяти комиссаров-командиров штурмгрупп из разных городов — вызвалась сопровождать сама Овод, директор центра по подготовке кадров.

— Товарищ Овод, можно просто Ира, — представилась она. — Я проведу с вами день по ознакомлению с нашими ресурсами и достижениями. Так как уровень допуска у меня максимально высокий, а вы не просто командиры Красной армии, но и фактически представляете власть в своем городе или области, то и человек-экскурсовод вам нужен соответствующий.

В спорткомплекс Евпатий они уже не пошли. Отправили только новичков. Руслан тоже направил туда двоих своих ребят, просто указав рукой на здание с плакатом улыбающегося президента. Люди взрослые, разберутся.

Овод же повела их в белое двухэтажное здание, всего в двухстах метрах от спорткомплекса. Обычная двухэтажная хибара, очень похожая на жилой дом, только на стоянке перед ним находилось уж чересчур много машин. Снег расчищен с учетом, что машин может быть гораздо больше.

А вот людей что-то не очень много.

Только войдя в здание, Руслан сразу начал вертеть головой. Что-то здесь не так. Да тут вестибюль уже метров пятьдесят — только в ширину.

— Одежду можно снять и оставить в раздевалке, — предложила Ира. — И сумки, если мешают — тоже. Никто ничего здесь не возьмет. Это невозможно, — с улыбкой проговорила она.

— Вот тут у нас финансово-рыночный центр, так сказать диверсионная группа в мире бизнеса, тут куются миллионы долларов для нужд революции.