"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 135

Затем она получила лицензию на банковскую деятельность. Так у них появился Первый Советский банк. На вопрос Марата — а откуда средства? — Юта объяснила, что она сейчас может создать в любой финансовой системе и программе любое количество денег, в любой валюте.

Никто и никогда не сможет догадаться, проверить и установить — как они появились.

Марат сначала оторопел, а потом тоже махнул рукой. Ну, действительно, какое вообще им дело до международной финансовой системы в целом, и отдельных банков и банковских программ в частности? Как он понял, Юта могла сама, без помощи каких либо операторов, кассиров и директорских решений — подключится к любому банку, вносить любые изменения в его финансовую деятельность. Просто сама создавала счёт, зачисляла не него любую комбинацию цифр с любым количество нолей, и переводила их в другой банк или фонд. За несколько секунд. При необходимости уничтожала все следы своего пребывания в банковских программах…

Системы защиты? Да вы, наверно, смеётесь?

— Нам потребуется какое-то присутствии в реальных производствах? — спросила она как-то у мужа.

— Обязательно нужно будет собственное аэрокосмическое предприятие. Также крупная строительная компания, даже несколько. И, конечно, электромеханическая область. От производства компьютеров и телевизоров до электромоторов и пьезозажигалок, — выдал Марат уже давно готовый пункт плана. — Но как?

— Товарищи китайцы, как я понимаю, уж лет пять находятся в состоянии финансовой войны с господами капиталистами. И господа жёстко проигрывают товарищам. Не просто проигрывают, а с треском, они даже не понимают как и чем в этой войне они могут воевать. Ну прям как ты с Солярисом…

— Что? — усмехнулся Марат. — Все наши господа китайские миллиардеры и их детишки оказались просто ширмой? Чтобы к самому государству не было претензий в прямом вмешательстве в чужую экономику? Да, трудно было поверить, особенно когда ответ лежит прямо на поверхности.

— Ну, в общем… нет никаких «китайских миллиардеров», — подтвердила Юта. — Это обычные коммунисты, служащие, в должности примерно директора колхоза, присматривают за производством и деньгами, до пенсии. Они, при необходимости, либо прижимают свое производство, либо ускоряются, четко по командам сверху. Качают с любой биржи маржу как насос. Оно и понятно, если у тебя есть данные на ближайшие месяцы, а может и годы — где производство упадет, а где поднимется.

— И какой объем качает этот насос? — поинтересовался Марат чисто из интереса.

— Когда как, — пожала плечами Юта. — В среднем от одного до десяти миллиардов долларов в день.

— Немного, — оттопырил губу Марат.

— Зато постоянно, и без осечек. Сам понимаешь почему Китай без особого напряжения вышел на первое место по всем параметрам. Вообще по всем. И господа очень хорошо понимают, что потом произойдет. Всем захочется жить также. И ничего сделать нельзя… Чтобы это прекратить, надо закрыть биржи, и отменить выпуск акций. То есть — вообще, и скорее всего — навсегда. Господа сейчас изо всех сил готовятся к большой войне. К очень большой, настоящей войне…

Марат хмыкнул. Вот какая «блин-банан-нафиг»… война? Жизнь висит на нитке, а думают о прибытке…

— Вот пока это и сделаем ширмой. Если кто спросит, конечно, — сказал он наконец. — Будем искренне считать и рассказывать другим, что наше благосостояние базируется на данных, которые нам эксклюзивно передают китайские товарищи.

— Ну если честно, то так оно и есть, — добавила Юта. — А если потребуется, я даже могу показать почту, через которую получаю сведения какие акции и активы надо покупать, а какие — сбрасывать… И еще… Нам бы надо расширяться. Завод этот рядом с «Евпатием» надо покупать. Но пока начни с заводского общежития и столовой. Они разбиты сильно, но надо будет быстро восстановить, я на тебя надеюсь, Маузер. И покупать будешь сам, там их продают какие-то горцы. Вы, чурки нерусские, быстро общий язык находите…

— Да конечно, — Марат и не думал обижаться.

Юта часто называла его и «чуркой», и «чурочкой нерусской», хотя он был татарином только наполовину. В устах Юты эти слова звучали так тепло и нежно, что могли бы растопить ледник где-нибудь в Гренландии.

— И еще вот что, Маузер, — теперь было видно что Юта очень серьезна. — Ты слишком медленный. Ты на себя взял все народовольчество, но ты один. Я понимаю, что одному в какой-то мере легче, и всегда надежней. Но пойми, их — миллионы. А ты — один. Ты сейчас должен каждый день совершать десятки актов, чтобы усиливать «кольцо ужаса». Иначе они опомнятся, и начнут действовать. Тебе нужна бригада. Несколько троек. А то и полная штурмгруппа, десять пятерок… Я уже подобрала тебе парочку нужных людей… надежные, проверенные кадры.

— Да, я понял, — с досадой отозвался Марат. Хотя за последние десять дней он провел уже сотню «акций», но это было совсем не то. Система очень быстро восстанавливала кадровый состав, все-таки доходы в сфере государственного служения были неимоверно высокими. Лейтенантик через год в федеральной службе безопасности получал как трое рабочих на преуспевающем заводе.

В общем, единственное действительно серьезное дело, которое удалось провернуть — это полностью отвести слишком любопытные глаза от генерал-майора Попова. Для этого Марат провел три «чистки» в органах, посылая в различные города своих «энергетических двойников». Три случая с применением огнестрельного оружия и четыре десятка погибших сотрудников — надолго и прочно приковали внимание всевозможных комиссий. Приключения «хохотуна с ножницами», где явно имело место психическое заболевание (как определила комиссия) — отошло на второй, а то и третий план по сравнению с наваленной горкой трупов.

Еще Марат ликвидировал десяток глав разнообразнейших Дум (обычно в паре с любовницей или любовником). Завалил более трех десятков руководителей среднего звена в полиции. Десяток судей разного калибра. Несколько налоговиков. Двух губернаторов. Одного окружного полпреда.

Все прошло чисто… но это капля в море. Никто даже не почувствовал, что охота началась. Да, Юта права, надо ускорятся. Вдобавок он еще взял на себя контрразведку, а именно собирался воплотить ту часть, которая подразумевала внедрение наблюдательной техники в конкретных госслужащих.

— Вот, есть товарищ. Позывной Людоед, скоро будет в твоем распоряжении, — Юта одним движением руки создала в воздухе голографическую картинку. Марат внимательно вгляделся в лицо молодого человека с приглаженными длинными волосами, с тонкими чертами лица, в белом костюме лаборанта.

— Знаю, выглядит он не очень, — сказала Юта. — С виду совершенно легкомысленный хлыщ, божий одуванчик. Иисус Христос, тощий и печальный. Но человек наш. Крови не боится, потому что врач. Присутствуют личные мотивы для ненависти. Идейно полностью наш. Умеет убивать, причем сначала подготавливается, а потом идет по плану, совсем как ты, и тоже без осечек. Тебе он понравится. С огромным трудом нашла, это сейчас такая редкость… Надо ему будет организовать «похороны». Типа пусть его «убьют», при задержании оказал сопротивление. Ты же сможешь создать для него двойника?

— Да, смогу, — прищурился Марат. — Хм, интересный типчик…Он сейчас под плотным колпаком?

— Да, и еще каким, — отозвалась Юта. — Не только в общероссийском, но и международном розыске уже.

— Где этот Людоед сейчас?

— В данный конкретный момент — у нашего Тренера тренируется. Учится владеть холодным оружием двумя руками…

— Детский сад какой-то, — пробормотал Марат. — А если его опознают? За нами уж, наверно, все спецслужбы следят, я прямо кожей чувствую.

— Не следят, — уверенно сказала Юта. — Пока еще не следят. Подозревают. Но пока еще не догадались…

— И не догадаются…, - сказала она так же уверенно, но после секундной паузы.

Людоед Марату и вправду понравился. Не внешностью, конечно. Внутренним характером, стержнем внутри. Было видно — по движениям, по глазам, по словам и интонации — тут мы имеем полное отсутствие страха при отменно развитом разуме.