Джон и Дэйв и Храм Кс'аль'наа''тхутхутху (ЛП) - Вонг Дэвид - Страница 1

Дэвид Вонг

Джон и Дэйв и Храм Кс'аль'наа''тхутхутху

David Wong

John and Dave and the temple of X'al'naa''thuthuthu

* * * * *

Большинство читателей не выдержит и пяти слов из моего рассказа – настолько всеобъемлющ будет ужас. Все прочие обоссутся от страха ещё раньше.

В любом случае, ещё не поздно одуматься. Прежде, чем всё начнётся, прежде, чем прозвучат эти чудовищные пять слов.

Настаиваете? Меня зовут Дэвид Вонг, и я хочу бросить вам вызов.

Дам вам ещё немного времени, чтобы подумать. А между тем, скажите, знаете ли вы, что изображено на этой картинке:

Ещё один кадр. Узнаёте?

Если вы ответили «клетка мозга под микроскопом», вы правы. Но это про второй снимок.

На первом – изображение Вселенной.

Маленькие горящие точки – это галактики. Кто держал фотоаппарат? Без понятия. Наверное, Господь. Но это фото опубликовали учёные[1].

Вот они, рядом: Вселенная и одна мозговая клетка.

Изображения от VisualComplexity.com, напечатанные в «Нью-Йорк Таймс»

Именно.

Ещё вопрос по делу: хотели бы вы провести ночь рядом с покойником?

Только вы, один, в кромешной тьме комнаты, рядом с телом, прислонённым к спинке дивана. Смогли бы спокойно заснуть в одной кровати с мертвецом?

Наверное, нет. Я даже знаю людей, готовых выломать дверь, запри их в комнате с трупом.

Почему? История не знает ни одного случая, когда на человека напал бы мертвец. На мой взгляд, мёртвые люди – самые безвредные.

И тем не менее… Не боятся мертвецов только те из нас, кто тщательно к этому подготовлен. Почему?

Вы задавались вопросом, почему почти все люди рождаются со страхом темноты? И это не рациональный страх наступить в темноте спросонья на собаку. Нет, если ребёнка оставить одного в освещённой комнате, а потом выключить свет, ему перестаёт казаться, что он один.

И даже сейчас, когда вы ночью проходите мимо чернеющего дверного проёма или зияющих тьмой окон, не кажется ли вам порой, что, поверни вы голову чуть быстрее, заметили бы глядящее на вас лицо? А когда ваш взгляд встречает пустоту, в голове всегда проносится мысль: «Видишь, там никого нет. Теперь».

Я могу рассказать вам о них, о... существах из тени. Но предупреждаю: как только вы о них узнаете, они узнают о вас тоже. А они те ещё говнюки.

Давайте, смейтесь. Скажите, что не верите в сверхъестественное – ну и ладно. Просто задайте себе вопрос: где мы живём – здесь,

или здесь?

Думаю, теперь вы почти готовы. Ещё одна фотография:

Зацените: это волосы у него на ушах.

Ладно, поехали. Всё начинается с пяти слов. Однажды я видел, как взрослый мужчина, услышав их, заткнул уши и выбежал из комнаты, бормоча всякое под нос, чтобы их заглушить. Лишь пять слов, и вы поймёте, что это за история…

Итак, стою я однажды голый.

Я стоял у себя в ванной, возле душевой кабины, ещё толком не проснувшись. Голый, как я уже сказал. Я сонно глядел на пол, постепенно осознавая, что на моей тени видны волосы, растущие на заднице.

Так, ладно. Я потянулся к крану, чтобы включить душ, и вода – она просто остановилась в воздухе.

Нет, поток не замер во времени – это уже совсем из ряда вон. Струи уходили вниз от лейки примерно на 12 дюймов, а затем разбегались в разные стороны, словно ударившись о что-то твёрдое. Как будто невидимая рука преградила им путь.

Я стоял возле кабины, тупо уставившись на воду. Меня ни в какое время дня не назовёшь умнейшим человеком на свете, но в шесть утра мой IQ приблизительно равен 75. В голове мелькнула смутная мысль о поломке сантехники.

Я глянул налево и отпрянул, увидев бледное обеъзяноподобное существо, похожее на сасквоча. Потом понял, что смотрю на собственное отражение. Интересно, кто-нибудь выпускает триммеры для волос на спине?

Я снова посмотрел на прерванный поток, разбивающийся зонтиком о пустоту, борясь с желанием сунуть туда руку. В голове медленно нарастал страх. Волосы на спине встали дыбом.

И тут поток пришёл в движение. Брызги на дальней стороне прекратились, и теперь струйки душа огибали препятствие плавной дугой. Невидимое нечто выходило из-под воды. И только когда поток полностью выпрямился, я сообразил, что мешавший воде объект теперь движется на меня.

Сонливость как рукой сняло. Я отскочил – так резко, что поток воздуха, казалось, увлек за собой душевую занавеску. Но нет: занавеска не вернулась в обычное положение. Она осталась выпяченной наружу, как будто что-то невидимое толкало её вперёд.

Занавеска снова опустилась. Невидимый объект исчез; вокруг – только звук воды, разбивающейся о кафель с шумом радиопомех.

Я стоял перед кабиной, а сердце так колотилось, что голова шла кругом. Медленно, нерешительно я поднёс руку к занавеске – туда, где только что прошло невидимое нечто.

Ничего.

Я решил, что душа на сегодня хватит. Я выключил воду, повернулся к двери и…

Что-то увидел. Или почти увидел. Только краем глаза: тёмный силуэт, чёрная фигура, едва ускользнувшая от взгляда через дверной проём. Словно тень без человека.

Я наблюдал её не дольше десятой доли секунды, но я видел её. Фигура, чёрная, бесформенная, будто ходячая чернильная клякса. Это мимолётное видение чётко отпечаталось у меня в голове.

Я уже видел её раньше.

Я вышел из ванной; на теле – ничего, кроме пробирающего насквозь холодного пота. Я внимательно оглядел спальню, но не увидел ничего необычного.

Я спешно натянул штаны хаки. Всё ещё полуголый, крадучись, обошёл дом, высматривая хоть какие-то признаки существа-тени. Ни звука вокруг, только стук в голове – моё собственное сердцебиение.

Я заметил, что две зелёные бутылки упали с кофейного столика, но, думаю, они лежали там уже давно. Собака спала на кухне.

Видишь? Там никого нет. Теперь.

Я стоял посреди зала, дыша так, будто пробежал марафон. Хотя нет – тогда бы я не дышал вообще: если бы я и решился когда-нибудь пробежать марафон, то упал бы замертво с сердечным приступом уже через четверть мили.

Наконец я направился к себе в комнату, чтобы взять чёрную футболку с логотипом магазина. Я оставил её на сутки висеть на вешалке, чтобы разгладить складки.

По пути из зала я остановился, чтобы приоткрыть входную дверь: вдруг тёмное существо само собой вылетит наружу, как муха. А что ещё мне оставалось делать? Я уже опаздывал на работу.