Отец Народа (СИ) - Артемьев Роман Г. - Страница 10

Часть бумаг, как и было обещано, пришла спустя три дня, с остальным пришлось подождать. Наводка на Меньшина оправдала уплаченные чинуше деньги, мастер за небольшую благодарность назвал пяток имен молодых целителей, достаточно квалифицированных, чтобы пройти экзамен и в дальнейшем занять пост личного врача владетеля и его семьи. Так что следующую неделю я занимался тем, что разыскивал кандидатов и договаривался с ними на предмет найма. Попутно осматривал город и собирал сведения — не только об Огневых.

Чем больше я узнавал о наших старых партнерах, тем меньше хотелось воскрешать былые отношения. В их действиях должна быть логика, только разглядеть её не удавалось. Со стороны выглядело так, словно Огневы обиделись на весь мир, встали в красивую позу оскорбленного достоинства и теперь сидят, отвернувшись и презирая. Кого? Всех презирая, абсолютно. Понять, что за фигня происходит, сходу я не смог.

Зато само Триединство выглядело перспективно. Вернее, и Триединство, и вся Турья земля, потому что информация о живущих среди обычных людей потомках Огневых подтвердилась. По моему приказу пятеро охотников проверяли известные адреса, выясняя, найдутся ли среди подходящих нам магов желающие заключить контракт. Вообще-то говоря, слабосилки редко соглашаются на индивидуальную связь, но вдруг. Нам выгодно быть связанными с кем-то малоизвестным и живущим на отшибе, энергия ведь всё равно поступает. Зато внутри Триединства желающие точно есть, только им мешают две вещи: наше отсутствие и странное поведение Огневых, которое тоже оказалось правдой. А, нет, вру. Ещё про другие малые Народы забыл, они нам тоже не особо обрадуются. Те же волки, например.

Надо, кстати, с ними что-то делать.

Привычное усилие, концентрация, сосредоточение на внутреннем мире. В голове словно образуется пустота, в которой спустя пару минут раздаётся:

— Старший?

— Острозуб, что с волками?

— Прощупывают, твари. По-видимому, уже прослышали о наших трудностях. Две стычки на границе. Пока, слава предкам, у нас только раненые, но если так продолжится…

Неприятно. Волки не успокоятся, пока им кровь не пустишь. Хорошего отношения они не понимают, в мире жить не хотят. Раз им нужна война — почему бы и нет? Давно пора устроить соседям встряску. Благо, деньги есть.

— Передай Дарине, пусть свяжется с Фредерикой. Скажешь, я хочу нанять сотню бойцов.

— Передам! - даже в трансе чувствовалось, как Острозуб повеселел. — Тебя долго ждать, старший?

— Дней через пять появлюсь. Ещё новости?

— Нет, глава.

— Тогда отбой.

Любой малый Народ приспособлен к жизни в конкретном лепестке, так задумывалось и так стало. Просто нужно учитывать, что в соседних лепестках одной мерности условия, как правило, схожие, поэтому те же змеи у нас не дохнут. Находиться в гостях у соседей можно долго, иногда годами, чем всякие моральные уроды умело пользуются.

Есть у явления и положительные стороны. Сейчас, например, для войны мы можем нанять медведей, которые являются прекрасными штурмовиками, а вдобавок ещё и волков недолюбливают. Их глава Фредерика не откажет, мы часто работаем вместе — на взаимовыгодной основе.

Когда-то давно, пользуясь смутными воспоминаниями из тех времен, когда ещё был человеком, я установил, что треть чистых доходов идёт в запас. То есть после всех обязательных вычетов десятую часть пускаем на благотворительность, оставшуюся сумму равномерно делим на укрепление текущих проектов, на сбережение и на развитие, то есть на новые проекты. Вот ту часть, которая относится к неприкосновенному фонду, накапливавшемуся половину века, мы сейчас и проедаем. Покупаем всякие полезные ништяки у крабов, заслали взятку старейшинам сов, чтобы они волков пощипали, только что выделил денег на наёмников. Запас ещё остался, мы казну долго не трогали, но всё равно — надо бы озаботиться доходом. Белая энергия, разумеется, в приоритете, однако другие ресурсы тоже нужны.

Тем более что можно совместить.

Приятная особенность зон перехода в лепестки заключается в настройке их точки выхода. Она, до определенной степени, плавающая, то есть выход находится в радиусе километров ста от конкретного места. Причем перенастройка занимает короткое время. Двести километров — это чертовски много. Особенно если половина территории возможного выхода находится по одну сторону границы, а вторая половина простирается по землям другого государства, зачастую враждебного первому. Возможности для контрабанды просто безбрежные.

Кошкам в данном вопросе относительно повезло, потому что наша зона перехода находится на границе между Страной Счастья (названной так не иначе ради издевки) и Лованией. Нам сами боги велели таскать товары в обход таможни. Ещё надо учитывать, что персона, подписавшая контракт с представителем Народа, способна призвать этого самого представителя где угодно, правда, там серьёзные ограничения по весу, то есть много добра переместить не получится. Вместе с тем килограмм рубинов — это килограмм рубинов, точно так же как сто граммов «синих желудей» всегда и везде стоят бешеных бабок.

Короче говоря, я озаботился стремительно тающим содержимым казны и уже на следующий день принялся обходить местные лавки. Не все. Меня интересовали артефакторы, то есть люди, постоянно нуждавшиеся в особенных материалах. И, как следствие, в наших услугах.

— Желаете что-то приобрести, уважаемый?

— Не совсем, — других посетителей в ярко освещенном помещении не нашлось, поэтому можно было не ходить вокруг да около. — Скорее, мне нужна консультация.

— Консультация?

— Именно.

На стол перед сидевшим за прилавком приказчиком, вежливо приподнявшимся при моём приближении, легла извлеченная из печати небольшая шкатулка.

— Так получилось, что с моим троюродным племянником расплатились кое-какими ингредиентами. Часть он продал, часть не смог, — не торопясь, без спешки, на столике в рядок выстраивались мешочки с рудой, порошком дерева Ах, толченой корой сумасшедшника и другими полезностями. По большей части — если не фуфло, то среднего качества. — Узнав, что я собираюсь посетить Триединство, он передал мне образцы с просьбой выяснить, можно ли продать здесь материалы. Существует ли спрос?

— Давайте взглянем.

Лицом приказчик владел хорошо, не умей я считывать эмофон, не ощутил бы вспышку алчности при виде горстки тускло-серой пыли в кулечке из провощенной бумаги. И, затем, минутного колебания. Торговец не сразу определился, как ему поступить. Понять его можно — выбор между сиюминутным обогащением себя, любимого, прямо сейчас, и верностью долгосрочным интересам хозяина иногда бывает очень тяжелым.

Справедливости ради, справился он с порывом быстро. Может, преданность нанимателю перевесила, может, страх попасться повлиял. Как бы то ни было, мужчина встал, извинился, что не обладает соответствующей компетенцией, и прошел во внутренние помещения лавки, откуда вскоре вернулся в сопровождении начальства. Никем иным худощавый старичок в богатом кафтане и с прилично развитым золотым телом быть не мог.

— Моё имя Йохан Быков, — представился он. — Я являюсь признанным мастером чудесных вещей, мне принадлежит эта лавка.

— Ставр из Балок, витязь из рода Дождевых. Говорю здесь от имени родственника.

Старик кивнул. Он встал около прилавка и цепким взглядом окинул разложенные на нём кульки. Причем, что характерно, в отличие от подчинённого его больше привлекали материалы не дорогие, а ходовые. «Серебряную пыль» он оценил, но с куда большим вниманием осмотрел кору сумасшедшника, используемую для приготовления различных сортов лаков. Логично. Пыль, конечно, стоит дорого, попадается редко, так ведь и применяется мало где, а вот кора из растущего в нашем лепестке кустарника нужна постоянно. Аналоги у неё малочисленны и качеством чуть похуже.

— Правильно ли я понимаю, вы предлагаете купить у вас различные материалы и принесли образцы?