Гибель Западной Римской империи и возникновение германских королевств - Корсунский Александр Рафаилович - Страница 4

Если учреждение тетрархии имело своей главной целью упрочить военную силу, то реформа провинциального управления должна была улучшить государственное строительство. Наместники провинций, которые в ранней империи были одновременно и военачальниками расквартированных в их провинциях военных частей, теперь полностью сосредоточили свою деятельность на гражданских делах, обращая особое внимание на поступление налогов. Этот процесс начался еще в середине III века и завершился в 297 году реформой всего управления империи. Всю ее разделили на 12 диоцезов, а общее число провинций — посредством деления самых больших из них — было доведено до 101. Новые провинции, как правило, были значительно меньше прежних, и это позволило улучшить их управляемость и больше собирать налогов.

Налоговая реформа Диоклетиана, завершенная Константином I, унифицировала существующую податную систему.

Для свободных крестьян и колонов это означало увеличение налогов. На основе принятой новой сельскохозяйственной единицы измерения — iugum[8] — было установлено единое обложение налогом в натуральной форме — анноны. Величина анноны менялась в зависимости от качества земли, производимых продуктов и близости к торговым путям. Она соответствовала рабочей силе, которую называли caput (голова, человек), потраченной на обработку одного iugum земли. В этом исчислении рабочая сила раба приравнивалась к рабочей силе свободного, сила двух женщин соответствовала силе одного мужчины. Уровень обложения налогоплательщиков пересматривался сначала через каждые пять, потом через каждые пятнадцать лет. При этом исходили всегда из потребности в налоге, а не из производительной способности крестьянина. Крестьян принуждали платить налог и за прилегающие к их хозяйствам пустующие земли.

Наряду с натуральным налогом существовали и налоги, которые надлежало уплачивать в денежной форме; ими облагались сенаторы, купцы и ремесленники городов.

Диоклетиан пытался стабилизировать стоимость денег посредством введения единообразия в монетную систему и в 292 году провел монетную реформу. Он сократил денежное обращение, снизил номинал бронзовых монет на 50 процентов и выпустил новые золотые монеты, реальная стоимость которых даже превышала их номинальную стоимость. Однако эта реформа ни к чему не привела, так как богатые стали собирать ценные монеты. Урон понесли бедняки, которые и впредь вынуждены были довольствоваться медными монетами, стоимость которых по отношению к золоту и серебру все время падала.

То же намерение императора обусловило изданный в 301 году эдикт, устанавливавший в денариях наивысшие цены на 1000 товаров, максимальный тариф на 75 видов перевозок и оплату 130 родов трудовой деятельности. Предполагалось, что рост цен вызван лишь спекуляцией ростовщиков и купцов. Пределы цен и тарифов соответствовали реалиям восточной части империи, но должны были действовать во всей ее территории. Однако в империи отсутствовал единый рынок, и купцы тут же стали отправлять свои товары туда, где могли рассчитывать на большую выгоду. И хотя нарушение эдикта грозило смертной казнью, он почти не выполнялся и вскоре перестал действовать.

Два сборника законов, составленных в правление Диоклетиана, должны были облегчить судопроизводство. Кодекс Грегориана (Codex Gregorianus) охватывал все законы императоров от Адриана до Диоклетиана, а в Кодекс Гермогениана (Codex Hermogenianus)[9] вошли эдикты самого Диоклетиана. Позже оба сборника были заменены Кодексом Феодосия (Codex Theodosianus) и кодификацией, произведенной в правление Юстиниана (527–565), и сохранились лишь в фрагментах.

Константин I продолжал реформы Диоклетиана и в известной степени завершил их. Эта преемственность нашла свое выражение в дальнейшем усилении власти императора, в разделении военной и гражданской администрации, в расширении бюрократического аппарата, в финансовой политике, в прикреплении колонов к земле, ремесленников к их коллегиям, декурионов к их сословию.

Бюрократический аппарат империи становился все больше и многообразнее. Строгая иерархия рангов отделяла должностных лиц друг от друга. Высшим органом управления был тронный совет при императоре.

Тетрархия была отменена. Поскольку в этой системе не принимались во внимание интересы сыновей императора, она служила поводом для губительных гражданских войн. Константин I расширил четыре существующие с правления Диоклетиана префектуры претория, ограничив их деятельность гражданскими задачами. Тем самым оправдавшее себя территориальное и военное деление империи было сохранено, но без подчинения отдельных территорий императору или цезарю. Префект претория был теперь в своей области высшей после императора инстанцией гражданского управления.

Лишение префектур претория военных функций привело к назначению особых военных начальников, и следствием этого было возникновение должности высшего военачальника (magister militum), получившей с конца IV века большое политическое значение. Один высший военачальник командовал пехотой, другой — конницей. Со времени правления Констанция II (337–361) в каждой префектуре было два таких военачальника. Высшей военной властью обладал особый военачальник при императорском дворе — magister militum praesentalis. С конца IV века он стал самым могущественным лицом в имперском центральном управлении и порой смещал и назначал императоров, как это происходило при Рицимере (высшем военачальнике с 455 по 472 год).

Военачальники стояли во главе постоянной армии (comitatenses); пограничными войсками (limitanei) командовали на отдельных участках границы особые полководцы (duces).

Деление на диоцезы было сохранено, к двенадцати существующим было добавлено еще два. Теперь империя состояла из 117 провинций. Армия была доведена до 75 легионов и составляла теперь 400 тысяч человек. В 312 году Константин I вновь провел монетную реформу. Новая золотая монета (со-лид) соответствовала своей реальной стоимости и сохранилась до конца Византийской империи.

Отличаясь от ранней империи в политическом, социальном и экономическом отношении, доминат опирался на традиции античного общества. Средства и методы управления домината были направлены на восстановление, стабилизацию и консервацию находящегося в упадке общественного строя.

Общий кризис античного рабовладельческого общества вызвал глубокие изменения в области идеологии, поскольку на первый план выдвинулись противоречия не между свободными и рабами, а между богатыми и бедными. При этом хотя в позднеантичном вульгарном праве и произошли некоторые изменения, людей, как и прежде, делили на свободных и рабов.

Постепенно ослаблялась связь римских граждан со своим городом, со своей городской общиной. Если раньше каждый человек осознавал себя частью города как определенного целого, то теперь он все больше становился некоей самостоятельной величиной.

К этому присоединилось еще одно обстоятельство: в литературе эпохи Августа и в официальной пропаганде императоров господствовало представление о вечности Рима. Христианские же писатели проводили с IV века идею о преходящее™ всего земного; под этим подразумевалось и исчезновение Рима. Притязание Рима на вечность христианская церковь перенесла на самое себя. Впрочем, идея вечности Рима, несмотря на все смуты и явления упадка, еще была жива, и ее изо всех сил поддерживали римские поэты.

Вновь обрели значение идеи социальных утопий. В этом также проявилась идеология угнетенных, стремящихся к социальной справедливости людей. Большую роль играла надежда на возвращение золотого века, который принесет вечный мир и всеобщее равенство. В стихотворении «О провидении Божьем», восходящем, вероятно, к Просперу Аквитанскому и написанном около 415 года, проводится мысль о равенстве, характерная для социальной утопии: «Мы, люди, все равны, равными рождаются богатый и бедный, короли и рабы. Наихудший и наилучший обретает один и тот же дар — жизнь». Аполлинарий Сидоний пишет, что с наступлением золотого века земля перестанет быть частной собственностью.