Калибр Личности 7 (СИ) - Голд Джон - Страница 16

Набрав высоту в две тысячи метров, мы плыли в слоях низкой плотности маны. Ядовитый и при этом сильно раскалённый воздух немилосердно нагревал обшивку «Скорохода». Запершись в жилой каюте, Агата прильнула к оставленному там леднику. Только так удавалось сохранять внутри катера пригодные для жизни условия. На Мартене экипировка сплошь из защитных и охлаждающих артефактов.

— Левее! — скомандовал я штурману.

— Господин, вы уверены? — Мартен указал на компас, прикреплённый на тумбе у руля. — Восьмой Пояс где-то на севере. Зачем нам лететь налево?

Только в этот момент я понял, что стрелка, указывающая на Монэ Бланш, начала двигаться. Она здесь! В истинном аду Фронтира!

— Дальше летим по моим указаниям, — с трудом сдерживая улыбку, я махнул рукой. — Ориентир тот извергающийся вулкан. Облетаем по дуге бьющий из него поток лавы.

…

Ад немилосердно проверял наши с Мартеном нервы на прочность. Сначала какие-то летучие мыши-переростки пытались нас нагнать. Потом с неба пошёл метеоритный дождь из-за взорвавшегося сзади супервулкана. Пришлось чуть снизиться и резко набрать скорость, чтобы выйти из зоны поражения.

Через почти сутки гонок со смертью на горизонте показался барьер, за которым скрывался Восьмой Пояс. Стрелка в моём интерфейсе резко вильнула и стала указывать назад.

— Разворот! — скомандовал и огляделся. — Мартен! Видишь вон тот потухший вулкан? На высоте пятисот метров есть скрытая посадочная платформа. Направляйся к ней.

«Скороход» начал заходить на посадку. У меня в груди разлилась теплота. Монэ Бланш! Дочь Велеса, сосланная во Фронтир за преступления Корпорации. Спустя почти четыре месяца поисков я наконец-то её нашёл!

Глава 6

Добрая сказка о Фронтире

115 день, Седьмой пояс

Крепость Союза Наций

Сидя в камере для особо ценных пленных, Монэ Бланш продолжала телекинезом прощупывать ошейник со взрывчаткой, прикреплённой к её шее. Браслеты-негаторы маны в Восьмом Поясе стали плохо справляться со своей работой. Тоненький ручеёк маны Монэ направила в щупальце телекинеза, ища способ снять ошейник.

[Бесполезно,] — подумала девушка, снова и снова изучая конструкцию сложного механизма. — [Если отделить внешнее кольцо, второе сразу же взорвётся.]

Монэ не хотела думать об артефакте, стискивающем её сердце. В случае если девушка покинет Седьмой Пояс без Габриэля, артефакт убьёт её уже через минуту. Струна из сверхпрочного металла разрежет сердце на куски. То же касается и браслетов, впрыскивающих в тело яд. Без постоянного приёма антидота Монэ умрёт в течение двенадцати часов.

Её, дочь самого Велеса, поймали на пятый год. Это сейчас — почти десять лет спустя от попадания во Фронтир — Монэ знает, что рано или поздно Союз Наций ловит вообще всех Первопроходцев.

Начиналось всё «нормально». Как и тысячи других переселенцев из Стены, Монэ очнулась в Нулевом Поясе в новом теле. Девушка быстро нашла ближайший город и способ там легализоваться. На сбор стартового капитала в тысячу золотых монет потребовался всего месяц.

Все потомки Велеса проходят похожий тест на выживание в одном из миров Пограничья. Так-то задача «Создать себе плацдарм для старта» не показалась Монэ чем-то сложным. Наоборот! Девушка искренне считала, что сможет с комфортом обустроиться во Фронтире. Надо лишь подождать. Король-Торговец рано или поздно найдёт способ вытащить дочь из этого странного места. Всё-таки последние полвека на Монэ был завязан весь проект монеты «велес».

Первый месяц жизни во Фронтире оказался самым интересным. Как выяснилось, здесь нет архимагов [8], так как отсутствуют хоть какие-то Источники. Поскольку нет мировых потоков маны, сама концепция храмов, религий богов-защитников не имеет смысла. Даже если всё население Фронтира будет верить в одного адепта, ему не стать здесь ни ишвар [9], ни тем более полубом [10].

Дело в отсутствии всё тех же мировых потоков маны. Домен не сформируется, сколько ни старайся. Впрочем, для этого надо сначала стать архимагом [8], но и это здесь невозможно. Вот и получается, что максимальный ранг адептов во Фронтире — это абсолют [7] с псевдо Источником.

Перебравшись из Нулевого в Первый Пояс, дочь Велеса сразу столкнулась с конфронтацией Школ, Ассоциации и местного императора. Ещё и Торговые Дома всем подряд вставляют палки в колёса, ища способ подзаработать.

Разобравшись в ситуации, Монэ нашла способ утроить свой стартовый капитал… А потом увеличить полученную сумму в десять раз.

Как вскоре выяснилось, между крупными силами Фронтира имеется негласное разделение сфер влияния. Монархи правят тем, что есть и происходит на их землях. Школы хозяйничают преимущественно в Первом, Втором и Третьих поясах.

В четвёртом — в Обители Тьмы — дела обстоят иначе. Суровые нравы осевших там гномов с дроу отбили у Школ всякое желание к ним соваться. Ассоциация Охотников собирает под своим крылом всех неприкаянных адептов, предлагая им легальные способы заработка. Торговые Дома, гильдии, местные корпорации — все они мелочь на фоне истинных гигантов. Однако такие порядки царят только в секторе «людей».

Дело в том, что Фронтир заселялся по определённой схеме. Люди, орки и, скажем, гномы переносились во Фронтир в разные сектора Нулевого Пояса. Хуманам, или же цивилизации хомо, досталась Свалка. Эльфам — их ядовитый лес. У орков — чёрная степь с объедками и мелким мусором, сыплющемся из порталов в небе.

[Рано или поздно все отправляются в глубь Фронтира,] — подумала Монэ, глядя на свои оковы. — [Затем в пограничной крепости всех сильных одарённых вычисляют. Так в Первом Поясе и других появились ныне существующие государства.]

Скажем, пришёл сильный орк из степей и без труда прошёл через барьер в крепости. Стражники его сразу срисовали и доложили, куда надо. Пограничные крепости стали фильтрами, через которые Союз Наций Фронтира уже сотни лет вычисляет сильных Первопроходцев из Стены.

Союз взял Монэ в оборот, когда она пересекла Третий Пояс в районе архипелага Сабаорди. На той стороне барьера, в Обители Тьмы, находилась усиленная крепость для отлова Первопроходцев. Именно Первопроходцев, а не просто сильных одарённых.

Кто-то поведал Союзу Наций о том, что сюда ссылают ТОЛЬКО ишвар и полубогов [9–10] на пожизненное заключение… Или в случае если суд Древних вынес смертный приговор. В обоих случаях такие Первопроходцы представляли угрозу для Союза.

[Старые заключённые держатся за свою власть во Фронтире и не желают ей делиться,] — Монэ грустно усмехнулась. — [Кто же знал, что Союз Наций окажется их закрытым клубом.]

Старикам не интересны простые переселенцы из Стены. Не считая свежих новостей, рецептов сплавов, эликсиров и подобных мелочей, эти бедолаги ничем ценным не обладают. А вот ишвар и тем более полубоги… Это фигуры такого масштаба, что из них можно годами вытаскивать информацию.

Тогда в крепости Обители Тьмы с Монэ довольно вежливо поговорили представители Союза. Объяснили, что за ней следят ещё с Первого Пояса… Поинтересовались рангом. Тогда Монэ назвалась абсолютом [7] из числа переселенцев и наплела с три короба про то, что её преследует Конклав Арахни за карточные долги. Вот и пришлось сбежать во Фронтир.

В тот день Монэ сумела обмануть ментата на допросе, так как сама в прошлом была ментатом. Ей поверили и зачислили лишь в кандидаты на вступление в Союз Рас Фронтира. Точнее, в какое-то там боевое крыло, но сейчас это не важно.

Как известно, Союз всегда создаётся для чего-то. В случае Фронтира речь шла о побеге! Ишвар и полубоги [10], получившие наказание от Древних, мечтали вернуться в Стену. К своей пастве и сытому образу жизни. К тем славным денькам, когда жители миров на них молились и поклонялись. Старики-бандиты сплотились вокруг идеи того, что в Десятом Поясе находится выход из Фронтира. Правда это или нет, никто не знает… Но вот вера… Вера творит чудеса!