Пауки и иерархи (СИ) - Веден - Страница 37

Я ждал молча, решив, что лучше дать декану заговорить первым. И он наконец заговорил.

— Тебе так хочется отправиться на Границу?

Глава 22

— Нет, — сказал я честно. — Я туда пока не тороплюсь. А почему вы спрашиваете?

— По твоему поведению совсем не видно, что ты туда не торопишься, — возразил декан. — Прогулы, обман преподавателей — если ты продолжишь так же неуважительно относиться к обучению, я закрою тебе допуск к экзаменам и своей властью отправлю на ближайшую Границу.

С прогулами я поспорить не мог — было, три раза. Но откуда взялось остальное?

— Каких преподавателей я обманул? — спросил я вежливо. — И в чем?

— Твоего профессора по демонологии. Пять дней назад он сообщил всем преподавателям, что ты будешь отсутствовать по уважительной причине, однако в тот день, как раз во время занятий, тебя видели слоняющимся по городу и глазеющим по сторонам.

Ясно. О моей прогулке господин старший дознаватель прекрасно знал, так что сомнительно, что жалоба на «обман» пришла с его стороны. Скорее всего, декан сам так решил.

— В то утро меня забрали на допрос в Северную Канцелярию, — возразил я, а потом с запозданием подумал, что прозвучало это на редкость подозрительно. — То есть не на допрос, а на беседу, — уточнил я, хотя чувствовал, что уже произведенного впечатления поправка не улучшит.

И действительно, взгляд декана заметно похолодел.

— Если ты влип в неприятности с законом, на помощь Академии не рассчитывай, — сказал он резко. — Так или иначе, это не отменяет того факта, что тебя видели гуляющим по городу. Вчера ты также отсутствовал на двух занятиях, и ни о каких уважительных причинах твои преподаватели не слышали. Особенно недовольна Ингана — если я все же допущу тебя до экзаменов, на теормагии тебе легко не будет.

— Понял, — сказал я. И как я упустил, что с посещением в Академии все было настолько строго? Хотя неудивительно — ни я, ни мои друзья раньше не прогуливали, вот и причин узнать об этой строгости не было.

— «Понял»? — недоверчиво повторил декан. — И это все, что ты хочешь сказать в свое оправдание?

— Я отсутствовал по делам Церкви, — пояснил я. — Вы, возможно, уже слышали слухи об этом?..

— Слухи? — перебил меня декан. — О да, я постоянно слышу о тебе все новые и новые слухи! Начиная с того, что ты якобы законный наследник клана аль-Ифрит и сюда тебя отправил твой якобы отец, дан Хеймес, чтобы уберечь от своей якобы второй жены, даны Далии, якобы желающей тебя убить! И заканчивая тем, что буквально на днях ты стал зятем Костяного Короля!

Я поморщился.

Дана Далия была хорошей женщиной, но вот чувства юмора ей не досталось — и я боялся даже представить, какой будет ее реакция, если она услышит этот первый слух.

Что касается второго — прежде сплетники утверждали, будто я, хоть и завел роман с дочерью Костяного Короля, но свадьбы все же избежать сумел. А тут уже поймали и оженили. Скоро, вероятно, и детишки пойдут, костяные-демонические…

— Не знаю, кто эти глупости придумывает, — сказал я раздраженно. — Но я действительно…

— Хватит выкручиваться! — декан поднял голос — не до крика, но близко к тому. Потом тяжело вздохнул. — Рейн, ты ведь парень умный, способный, трудолюбивый. Лучший студент на курсе. Все преподаватели не могли на тебя нахвалиться. И вдруг, ни с того ни с сего, начинается такое наплевательское отношение к дисциплине, к учебе. Я позвал тебя сюда, чтобы предупредить по-хорошему. Если…

У меня за спиной раздался звук приоткрываемой двери, и декан раздраженно рявкнул:

— Я занят!

— Прошу прощения, — прозвучал знакомый голос, говорящий с привычной нейтрально-доброжелательной интонацией, и я обернулся, уже зная, кого увижу.

Теаган, в неброской дорожной одежде, как раз переступал порог. Вот он закрыл за собой дверь, кивнул мне, потом посмотрел на декана и едва заметно склонил голову в приветствии.

— Ты кто? — декан нахмурился. — Почему входишь без приглашения? И почему не в форме?

Теаган чуть улыбнулся.

— Боюсь, студенческой формы у меня не имеется. Что касается моей личности — мы встречались с вами год назад на императорском приеме. Не припоминаете, господин Ронцо?

Декан открыл было рот, но ничего не сказав, закрыл. Видно было, что он действительно пытается вспомнить.

Потом его глаза расширились, и он быстрым движением вскочил на ноги. Торопливо поклонился.

— Светлейший Теаган! Простите, что не узнал сразу — у меня ужасная память на лица!

— Прощаю, — отозвался тот, проходя глубже в кабинет и усаживаясь на стул, торопливо предложенный ему деканом. — Надолго я вас не задержу, не беспокойтесь. Сегодняшний визит я не планировал, но, когда Рейн не появился в условленное время, решил, что все же навещу Академию. Вы не находите, господин Ронцо, что ничто так не помогает решать проблемы, как личное участие?

— Проблемы?.. — повторил декан. — Какие проблемы? И вы упомянули Рейна? Вы… знакомы?

— Конечно. — Теаган посмотрел на меня. — Ты не сказал?

— Не успел, — ответил я, решив не уточнять, что декан скептически отнесся даже к моим словам о «делах Церкви», так что упоминание имени Теагана не вызвало бы ничего, кроме недоверия.

— Вот как. — Теаган снова повернулся к декану. — Объясните мне, господин Ронцо, по какой причине вы вызвали к себе Рейна?

— Вопросы дисциплины, — отозвался тот неохотно. — Пропуск занятий.

Я отметил про себя, что про «обман преподавателей» он упоминать не стал.

— Как понимаю, пропуски начались пять дней назад? — уточнил Теаган, и декан кивнул.

Теаган на мгновение задумался.

— От имени Церкви Пресветлой Хеймы, — с призванием имени богини его тон изменился, став таким же бесстрастным и одновременно наполненным внутренней уверенностью, каким был во время суда, — как второй пред ее сияющим престолом, сообщаю вам, что Рейн аль-Ифрит больше не находится под юрисдикцией Академии. Отныне Церковь берет на себя полную заботу о его жизни и благополучии.

— Но… как же… — по лицу декана было видно, что ему очень не хочется противоречить иерарху, но он вынужден. — … А указ? Рейн аль-Ифрит ведь подпадает под действие нового закона императора…

— Подпадал под его действие, — поправил декана Теаган. — Духовная власть стоит превыше мирской. Но если его величество по какой-то причине решит оспорить данный вердикт Церкви, у него есть право сообщить о своем несогласии либо мне, либо верховному магистру. Мы, безусловно, внимательно изучим его аргументы и обдумаем их.

— Д-да… Да-да, конечно, — декан торопливо закивал.

— Все необходимые бумаги о новом статусе Рейна аль-Ифрит вы получите в ближайшее время, — добавил Теаган уже обычным тоном.

С одной стороны, такой переход многое для меня упрощал. Как минимум, больше никаких угроз Границей. Но с другой — об этом мы не договаривались.

Я негромко кашлянул. Теаган бросил в мою сторону быстрый взгляд и чуть кивнул.

— Однако Рейн не раз упоминал, что не желает прерывать обучение в Академии, — продолжил он. — Я бы предпочел, чтобы вы, господин Ронцо, сохранили изменение его статуса в тайне до тех пор, пока учеба не будет окончена или пока Рейн не изменит свое решение… Мне также доводилось слышать, что программа для тех, кто оказался в Академии по новому указу, урезана. Рейн аль-Ифрит чрезвычайно ценен для Церкви, поэтому, если он пожелает изучать те предметы, которые не входят в стандартный список, ему должны быть выделены лучшие преподаватели и предоставлены необходимые условия. Естественно, Церковь оплатит все расходы.

А вот это было уже интересно.

— Пожелаю! — сказал я решительно. — Нужно добавить артефакторику, целительство, углубленное изучение рун, включая руническую ретрографию, и ментальное давление… А, и еще — боевая практика с пойманными монстрами слишком проста и ничего не дает для усиления моих навыков. Ее из моего расписания следует убрать.

Теаган повернулся ко мне, слегка усмехаясь, а вот декан казался одновременно ошеломленным и возмущенным — но пытающимся при этом свое возмущение скрыть.