Пауки и иерархи (СИ) - Веден - Страница 15

Потом я увидел вооруженный раскол внутри Церкви и десятки тысяч погибших жрецов и инквизиторов. Я увидел заговор праведных иерархов — и вашу смерть в прекрасном светлом зале, на потолке которого изображены волшебные водопады. Вам перерезали горло и бросили умирать прямо там, на мраморных плитах…

Во время рассказа Теаган смотрел на меня со всевозрастающим ужасом, а сейчас и вовсе протянул руку, будто прося остановиться. Я замолчал, ожидая его слов, но он, казалось, онемел. Потом опустил руку.

— Продолжайте, — голос у него стал таким, будто его душили.

Я продолжил.

— Иерархи надеялись, что ваша гибель остановит бойню и разрушение Церкви, но все стало еще хуже. Я видел, как кровь, вытекшая из вашего мертвого тела, убила Обитель. Все ее дворцы обрушились, крепостные стены рассыпались в песок, Первый Храм превратился в черное озеро лавы, а земля покрылась трещинами, в которых пылал огонь. А потом на руины того, что от Обители осталось, пришла зима.

Я замолчал.

Теаган смотрел на меня будто в оцепенении. Потом очнулся. Затряс головой.

— Нет! Нет, это невозможно!

— Значит, вы уже готовы объяснить мне, почему я не могу быть посланником богини? — спросил я вежливо.

— Хватит! Рейн, хватит! Прошу вас, прекратите!

Я замолчал, глядя, как Теаган наклонился вперед, уперев локти в колени, и закрыл лицо руками.

Не знаю, сколько мы просидели вот так, в тишине.

Наконец он убрал руки и сел прямо. Только теперь лицо у него выглядело бледным до синевы, а вокруг глаз пролегла краснота.

— Почему вы рассказали мне о своем видении? — спросил он почти обычным тоном.

— А что я должен был вместо этого сделать?

— Провозгласить себя посланником на собрании иерархов и поведать обо всем им.

— И как бы я туда попал?

Теаган посмотрел на меня так, будто я задал в высшей степени наивный вопрос.

— Если бы я ни о чем не знал, то вам не составило бы труда придумать причину и убедить меня провести вас на это собрание.

— А, вот оно что. То есть мне следовало воспользоваться вами, а потом предать? Именно так должен был поступить настоящий посланник богини?

— Я дал вам обещание, которое не собирался выполнять. В такой ситуации предать меня, как вы выразились, было бы вполне справедливо.

Я посмотрел на Теагана недоверчиво, но его лицо вновь стало маской, только не доброжелательно-нейтральной, а пустой, ничего не выражающей.

— Если бы я так поступил, что бы вас ожидало?

— Лишение сана и пожизненное заключение в Залах Покаяния, — произнес он лишенным эмоций голосом.

— За дела, которые вы еще не совершили? Не слишком ли?

— Разве не для этого богиня дала вам видение?

Похоже, Теаган во мне больше не сомневался.

— Что вас убедило?

Он сглотнул, пустая маска на мгновение дала трещину.

— Я… планировал дать инквизиторам право собственного суда и право вынесения приговора. И я действительно думал о том, что должна быть смертная казнь за все преступления, которые вы перечислили, однако нигде этого не записывал и никому об этом не говорил. И в прежней Инквизиции все было устроено иначе. А еще… Про мою кровь… Вам просто неоткуда было узнать про ее свойства.

— В моем видении было так много смертей… Скажите, откуда в вас столько жестокости? — я смотрел на него с любопытством, действительно пытаясь понять. Потому как Теаган не производил впечатление человека, который получает удовольствие от чужих страданий.

— Если мага-целителя нет рядом и человеку вынуждены отрезать гниющую ногу, это не жестокость, — проговорил он, глядя в пол. — Это спасает жизнь.

— Вот только ваш подход погубил бы Церковь и обрек бы человечество… — Я задумался на мгновение. — В свете вашей аналогии могу я считать себя тем самым магом-целителем, чье присутствие сделает отрезание ноги ненужным?

Теаган поднял на меня взгляд и слабо улыбнулся.

— Вероятно, да.

Потом улыбка исчезла.

— Что вы намерены теперь делать?

— Собственно, то же самое, что планировал с самого начала — изучу, чем живет и дышит Церковь. А потом, уже исходя из новых знаний, начну менять все, что изменить необходимо, будь то лишение недостойного иерарха сана или расформирование ордена. Чтобы спасти человечество, мне нужна сильная и единая Церковь, способная помочь в борьбе, а не грызущая сама себя в междоусобицах.

— А что планируете сделать со мной?

— С вами? — я посмотрел на него с легким удивлением. — Разве мы хотим не одного и того же? Чтобы Церковь была праведной и сильной, а человечество процветало? Собственно, я надеялся, что вы мне в этом поможете. Пока вы считали меня обычным клановцем с даром этера, то рассматривали лишь как средство для достижения своих целей…

Лицо Теагана дрогнуло, будто он хотел что-то сказать — не то возразить, не то извиниться. Но не сказал, лишь снова опустил взгляд.

— Но сейчас поступить так у вас уже не получится. Вы ведь помните, что я чую ложь?.. Сейчас вам придется относиться ко мне как к равному.

— К равному… Рейн, у посланника Пресветлой Хеймы среди людей нет равных.

Я пожал плечами, решив не спорить.

— Мне нужно время, чтобы полностью осознать свои возможности. И мне нужны знания — очень много знаний. Потому что я, конечно, могу отбросить демонов от наших границ, силой вернуть отпавшие провинции и совершить еще множество подобных дел; но если я ограничусь только этим, то через считанные годы после моего ухода или смерти — или что там обычно происходит с посланниками — все вернется на круги своя. И Империя все равно рухнет, просто немного позже. Чтобы такого не случилось, мне нужно обнаружить все, что в ее структуре сгнило, а потом эту гниль заменить на новое… Мне нужно знать и понимать… Поэтому я планирую продолжать учиться в Академии и одновременно изучать Церковь. Но пока я не вошел в полную силу, то, кем я на самом деле являюсь, должно оставаться тайной.

— А я вам нужен как проводник по Церкви, — сделал вывод Теаган и кивнул. — Хорошо. Я найду способ, как дать вам возможность ее изучить и не вызвать подозрений других иерархов. Если потребуется что-то еще, говорите — пока у меня достаточно влияния… Вот только, Рейн… я бы хотел попросить…

Он замолчал.

— Да? — спросил я, не дождавшись продолжения.

— Когда вы провозгласите себя официально и я стану вам уже не нужен… Вы могли бы заменить заключение в Залах Покаяния на ссылку на Границу? Там от меня хотя бы будет толк. Я неплохой воин, и, хотя не владею магией полноценно, могу создавать и использовать амулеты…

— На Границу? — повторил я.

— Если поеду добровольно, то моя кровь, пролитая там, не вызовет никаких катаклизмов, — добавил Теаган торопливо, будто бы мое удивление вызвало именно это.

— Но зачем вам… — я замолчал, осознав, наконец, о чем он говорит. — Вы думаете, будто я избавлюсь от вас, как только перестану нуждаться в вашей помощи?

— Естественно, — Теаган нахмурился, глядя на меня с таким же недоумением, какое я сам сейчас ощущал. — Вы же не можете, увидев подобное будущее, позволить мне сохранить власть? И вы сами упомянули о лишении недостойных иерархов сана.

Я потер лицо руками.

— Мое видение — лишь вероятность будущего; и теперь, зная, я точно не позволю этой вероятности реализоваться. А вы сами, светлейший, сейчас, когда понимаете, к чему все в итоге приведет, вы все еще хотите исполнить свои планы?

— Нет! Конечно же нет. Но что это меняет?

Несколько мгновений я недоверчиво смотрел на него, потом медленно кивнул.

— Кажется, я понимаю. Вы не верите, что люди имеют право на второй шанс. Это частично объясняет ту жестокость, которую я увидел… Интересно, что вы не верите во второй шанс даже в отношении самого себя. Я прав?

— Я… не думал об этом в таком ключе.

Я наклонился вперед.

— А если подумаете?

Теаган поджал губы.

— Какой в этом смысл?

Я вздохнул.

— Я пытаюсь определить, сами ли вы пришли к своим идеям, или же вас кто-то намеренно подтолкнул в этом направлении.