Маска Феба (СИ) - Босин Владимир - Страница 5

Дальше, я сильно пролетел со временем моего попадания. Ошибся с периодом. Я-то думал, что попал на правление Николая Александровича, по-простому Николая II. Ан нет, сейчас правит страной Николай Павлович, средний брат Александра I и отец будущего царя-освободителя Александра II. Таким образом сейчас идёт 1854 год. Это и радует и огорчает одновременно. Радует, потому что до грандиозных катаклизмов, которые будут сотрясать бедную Россию, я не доживу. А минус в том, что сейчас дремучее средневековье. Нет ни газет толком, ни средств связи, ни пусть даже примитивных автомобилей. Ничего, на море властвует парус и паровые машины ещё не захватили весь мир. То-то я сомневался, почему никто не говорит про железные дороги, на Волге не заметны пароходы, люди не читают газеты. А когда к барину приехал сынок и они с папашей устроили стрельбы по бутылкам, то я подивился тогда старинным пистолетам из которых они стреляли. Наверное, такими пользовались ещё Пушкин и Дантес на дуэли. А вот когда выяснился текущий год, всё стало на свои места. Мне пришло в голову, что ещё существует крепостное право и барин властен над своими крестьянами. Но мы с дедом, слава богу свободны и относимся к сословию мастеровых-ремесленников. А вот сельчане все подневольные. Правда это не бросается в глаза. Никто не порет их до смерти на барской конюшне. Наоборот, у нас есть в селе свои богатеи. К примеру, Митрофан Лыков держит единственную в селе универсальную лавку. Там можно купить всё, от лопат и мотыг, до тканей и сладостей. Наверное, он делится прибылью с барином.

Вторым кулаком у нас является Иван Копыто. У него много землицы, и он даже держит наёмных работников, которые и работают на его полях. Я смутно пока понимаю эти взаимоотношения между крестьянами и барином, но оно мне и не особо нужно. Мы с дедом пришлые и дом с участком наша собственность. В любой момент можем сняться и уйти. Хороший кузнец везде нужен, а вот село без кузни — и не село вовсе.

Так, хватит философствовать, пора идти. А то неудобно заставлять даму ждать. От мысли о предстоящем у меня сладко заныло в паху.

Вот же хрень, ещё десять дней назад я побрезговал бы подойти к такой замарашке. Стешу даже если приодеть, она так и останется деревенской клушей. Я бы в её сторону даже не посмотрел. С моими бабками и положением к моим услугам были самые красивые женщины.

Но, всё это в прошлом. Надо забыть и выкинуть из головы.

Это гумно предназначено для сушки сена, сарай удобно расположен и отсюда до опушки леса рукой подать. Не нужно заходить в деревню.

Зайдя внутрь, я на секунду остановился. После солнечного света ничего не видно. Привыкнув к потёмкам, я ловко вскарабкался по шаткой лестнице наверх. И тут же попал в плен гибких рук.

Ну уж нет дорогуша. На сей раз я сам хочу владеть ситуацией.

М-да, конечно, это не мой идеал женщины. Кроме полюсов в виде чистой кожи и полной красивой груди имеются излишки жира на бёдрах. Ноги коротковаты и покрыты лёгким пушком. Под мышками густые заросли, а в паху целый лес. Но всё это не мешает мне наслаждаться моментом. Видимо я чем-то удивил даму или изменил правила игры, но выглядит она немного удивлённой. А я не стал сразу кидаться на неё. Сначала изучил все изгибы сильного тела. Да уж, это вам не рафинированная синюшная представительница 21 века. Развитые предплечья, да и руки тоже под стать о стальному. Несмотря на роды, на животе нет складок. Но горяча, когда я поигрался с налитыми полушариями и перешёл к горячей пещерке, Стеша застонала и нетерпеливо потянулась руками к моим штанам.

Заниматься сексом, утопая в мягкой копне сена — ещё то удовольствие. Приходится извращаться. Найдя удобную точку, я придавил женщину, зафиксировав её руки и начал двигаться. Вот ведь зараза, смотрит на меня не отрываясь, бесстыжая. Я тоже смотрю на неё и тащусь от её эмоций. Они отражаются в её серых глазах, это удивительное зрелище. А когда она стала подходить к финишу, глаза резко потемнели. Сейчас мы уже напоминаем двух неутомимых зверей, дорвавшихся до запретного удовольствия.

В последний раз я оприходовал её, когда мы обессиленные спустились вниз. Просто женщина оделась и подняв руки начала заплетать распущенную гриву густых волос в косу. Вот от этих неторопливых движений, от покачивания тяжёлых полушарий я опять почувствовал возбуждение. Пристроившись сзади, повернул её голову и начал целовать спелые губы. Так неторопливо двигаясь, мы и подошли к сильному оргазму.

Чуть не забыл передать котомку с кренделями, купленными специально для неё. А потом мне пришлось выслушивать от Данилы упрёки:

— Не, Мишаня, я всё понимаю. Но уже солнце почти село, придётся теперь тащиться по темноте. Ты не мог побыстрее управиться?

Не мог, по моей довольной роже он всё понял и мы зашагали по накатанной дороге.

В принципе небо безоблачное и мы не рискуем сбить ноги или провалиться в колею. Луна спасительно подсвечивает, тем более нам есть о чём поговорить. Ушлый братец нашёл себе неплохой вариант. Девка-перестарок, то есть которая живёт с родителями, потеряв надежду на создание своей собственной семьи. Почему она не вышла вовремя замуж — не понятно. Может, потому что у неё одна нога чуть короче другой и она хромает. Но факт, что девке тридцатник, а на горизонте ничего светлого. Ну и каким-то макаром наш пострел подсуетился. Он, как и я, приносит ей подарки. Вон сегодня плат нарядный притащил, а она ему отдаёт то, чем богата. И физический недостаток им совсем не мешает.

— Слушай, а давай приходи на «поседки» завтра. Познакомлю с нашими, а то ты как бирюк вечно один да один. Поди не сладко то так куковать с дедом. Да и тому надо одному побыть.

Это брательник намекает на особые отношения деда со своей мамашей.

— Ну не знаю. А чего там делать-то?

— Ну как чего, попеть можно, потанцевать. Ванятка прийти обещался, тогда вообще с музыкой будем.

Иван — это наш единственный гармонист в селе. Сейчас это редкий инструмент, а Иван женат, ребёнок даже есть. Но без него не обходится ни один праздник или такие вот молодёжные посиделки.

— Ладно, заходи за мной тогда.

Насколько я понял, сборище вызвано тем, что молодая девица с одного из соседних сёл приехала к своим родственникам. Типа погостить, а на самом деле, где девице знакомиться с достойными парнями, если в своём селе подходящих не нашлось?

Видимо я циничен в этом вопросе, но говорю, что вижу. На «поседке» гости были усажены на передние места за столом. Свои жались на заднем плане. Посмотреть на приезжих приходили многие: старухи, матери с грудничками, ребята всех возрастов и солидные мужчины. Все разряжены по первому классу. Парни приходили в отутюженных рубашках, пиджаках, штаны навыпуск и некоторые даже в натёртых сажей сапогах. Девки на такие посиделки одевали самое лучшее, бывало даже меняли наряды в течении вечера. Вначале чинно сидели за столом и дули чай из медного самовара. Потом молодёжь под пристальным вниманием старшего поколения уединялась на завалинке. Тут в центре внимания сразу оказался наш гармонист. Девчата начинали петь, а парни лузгали семечки и делали вид, что им всё по барабану.

Вот в этот момент и заявились мы с Данилой. Парни ко мне отнеслись настороженно, видимо я ассоциировался у них с проблемами. На десяток девчат было семеро парней. Вот они сразу и сплотились, посматривая на нас. Сначала Данька подошёл к ним, о чём-то перетёр, угостился горсточкой семечек. Потом и я подтянулся.

Поздоровкались по-взрослому, поручкались и мне выделили место на скамейке. Типа признали моё право находится здесь. А меня в самом деле увлекло происходящее. Дело в том, что я замечал, что мои воспоминания, доставшиеся от предшественника вроде, как были покрыты мутной плёнкой, которая искажала действительность. А сейчас я смотрю на мир своими глазами и удивляюсь. Я наблюдал за сельчанами все эти дни. Ну, в будние дни они одевались невзрачно. В лучшем случае выбеленная холстина, а то и серая дерюга. А вот в воскресенье или на праздники старались одеваться поярче. Наряды из льна или ситца зачастую украшали вышивкой. Цвета самые разные, но чаще красное и белое. Реже зелёное, синее и жёлтое.