Маска Феба (СИ) - Босин Владимир - Страница 15

— Сделаем, комнату можно посмотреть уже сейчас. Одежду и всё, что нужно для тренировок достанем. Что касается еды, то на худой случай будете питаться у себя в комнате. Такое вариант Вас устраивает?

Хм, ещё как. И мне нравится, что он говорит со мной уважительно, несмотря на мой юный возраст.

Моя комната вполне приличных размеров. Кровать с тюфяком, набитым пером. Надо будет попросить что-нибудь пожёстче, на этом спать непривычно. Большое окно, смотрящее на проезжую часть. Бельевой шкаф, зеркало и столик с масляной лампой. Ну, ничего лишнего.

А вот помещение для тренировок большое. Оно расположено на цокольном этаже. Пустое, судя по бардаку, здесь был склад всякой всячины. И сейчас тут пара слуг в бодром темпе выносят вещи.

День пролетел быстро. Первым и самым лёгким делом оказалась покупка тренировочной одежды. Мне понравились лёгкие и мягкие кожаные туфли. В таких хорошо заниматься в зале. А вот для бега нужна подошва пожёстче. Тоже нашли, но уже в другом магазинчике. Ну, здесь царствует ситец и лён. Нет, был шёлк и масса других недешёвых тканей. Но к чему мне парча, муар, кисея и многое другое. Мне нужна дышащая и лёгкая материя. Поэтому выбор пал на хлопок, здесь его называют ситец. Я взял короткие шортики и рубахи для закрытого помещения. Для пробежки подобрал брюки и рубашки поприличнее. Не просто белёные, а благородных цветов типа бордо. На вышивку махнул рукой, да хай будет, ежели так я приличнее выгляжу. На первое время пойдёт.

Сложнее было с заказом железа. У барона свой выезд — коляска, влекомая парой лошадей. Вот её нам с Устином и выделили. Пришлось ехать в железоделательные мастерские и к столярам. Гири, гантели, штанга, сидушка и что-то типа шведской стенки. На первое время хватит. А там нужны будут экспандеры и ещё кое-какое специфичное оборудование. Я только не уверен, что тут подобное существует.

Глава 8

После обеда я выбежал на тренировку. Прикольно, но тот же городовой внимательно посмотрел в мою сторону и даже взял под козырёк. Видать барон имеет некоторое влияние у местных властей. После пробежки я уединился в пустом пока зале. Служанки отмыли полы и теперь можно заниматься. На сей раз с ванной я пролетел, нужно было ждать. Зато немолодая женщина полила мне из кувшина тёплую воду. Удалось освежиться. Ужинал я один, но в столовой. Непривычно и неудобно. Немаленькое помещение, стол на полторы дюжины человек и трое слуг около меня. Но еда выше всех похвал. Баранинка на высоте, и мою шутливую фразу, — «передайте повару моё восхищение бараниной», — восприняли буквально. Один из слуг кивнул и удалился. Передавать что ли? Мог бы и потом, всё равно на кухню мотается. Из приятного — это ощущение, что ты не засранец мелкий, а сидишь как настоящий барин. Аполлинариевичу- зачётный балл, уважуха. Это я для себя отметил.

А когда стало поступать заказанное, я наконец-то начал полноценные тренировки. Устин даже умудрился достать циновки, теперь при наличии спарринг-партнёра можно и побороться. Так-то на пол, покрытый деревянными досками, особо на попадаешь. Мужики сноровисто прикрепили шведскую стенку и расставили мои железки. При этом они опасливо косятся в мою сторону. Наверное представляют, что я буду делать со всем этим.

Постепенно мой дневной график сформировался согласно моим предпочтениям. Две тренировки, трёхразовое питание, полноценный сон. Днём я прогуливался по улицам и знакомился с городом. Меня как магнитом тянуло посмотреть на исторический центр. Зимний Дворец, Казанский Собор. От Ростральных колонн через мост до Зимнего моим шагом всего минут пятнадцать. Чтобы меня не гоняли городовые, Сергей Аполлинариевич приказал купить мне приличную одежду.

Приличная для него, не для меня. Но куда деваться. Бутылочного цвета фрак с жилетом терракотового цвета. Кремового цвета панталоны на штрипках и с подтяжками. На голову обязательный цилиндр и приличные туфли чёрного цвета. К этому ещё небольшая сумма денег и я будто растворился среди прохожих. Я перестал выделяться и это смирило меня с изменением имиджа. Меня же интересовало буквально всё. Что и почём продают в магазинчиках и лавках. Посетители этих заведений и просто прохожие. Особо мне нравилось уединяться в парках или скверах и наблюдать за проходящей жизнью. Случалось заметить шикарные кареты в сопровождении всадников. Никак великие князья или просто столичные нувориши. Приглянулась мне одна кофейня на набережной реки Мойки. В хорошую погоду столики выносили наружу, тогда можно было наблюдать за происходящим. А вот сегодня крапает противный дождик, и я после прогулки под зонтом зашёл внутрь и устроившись в углу, попросил принести мне чашечку кофе с круасанами. Получив горячий напиток сжал чашку озябшими руками и втянул горьковатый запах.

А жизнь то налаживается. По привычке осмотрел сидящих, сегодня ввиду плохой погоды их мало. Два немолодых господина негромко переговариваются прямо за соседним столиком. А вот бабушка привела внучка побаловать сладким. Но тот капризничает и хочет что-то особое. Тренькнул колокольчик и в тёплое помещение ворвалась стайка молодых девушек. Они, весело стрекоча, заняли сразу два столика, придвинув их поближе.

Я с удовольствием прислушиваюсь к ним. Но там пустой девичий трёп. Судя по форменным платьям, они студентки или учащиеся какого-нибудь учебного заведения. Белые платья были одновременно и скромными и, я бы сказал, стильными. Никаких пышных оборочек и кружавчиков, поэтому мне и кажется, что это униформа. Навскидку они совсем молоды, где-то, как и я. Восемнадцать лет, плюс-минус. Да, судя по оживлённому и непринуждённому общению, явно вместе учатся. По-крайней мере говорили они о строгих и неуступчивых преподавателях, а также о не совсем понятных мне предметах. Не понимая сути, я предпочёл просто наслаждаться своим кофе, поглядывая на щебечущих девиц.

Вслушиваться то я перестал, но меня просто магически тянет оценить их молодость и красоту. Свои плащи они оставили у входа и моему взору предоставлены нежные шейки, румяные щёчки и задорно блестящие глаза. Иногда отставленная ножка являет миру стройную щиколотку. И над всем этим реет божественный флер загадочности. Эти девицы явно аристократки, это заметно по их манерам. Я таких видел только издалека. А эти сидят в каком-то метре-двух от меня. Я даже ощущаю волшебный запах парфюма и высокого общественного статуса.

Вот же блин, спалился. Спиной ко мне сидит девушка с шикарной косой, закрученной в замысловатую красивую композицию и спрятанную под шляпку. Её стройную шейку я тоже не обошёл вниманием. А когда она засмеялась на чью-то шутку, мне понравился тембр её смеха. Нет это не колокольчик, тембр довольно низкий и мягкий. У меня даже мурашки по спине побежали, когда мне представилось, как мы вот так сидим с нею вдвоём за столиком. Я заливаю очередную байку, а она смеётся, глядя своим волшебными глазами прямо мне в глаза. Откуда я знаю, что они волшебные? Да разве с таким голосом можно быть не красавицей?

И тут вдруг она что-то почувствовала и резко обернулась. И я идиот как раз глазел в её сторону. Чёрт, неудобно то, как получилось. Она и в самом деле красива, брюнетка с большими карими глазами, украшенными пушистыми ресницами. Ну всё в тему. И губки, и зубки, и всё остальное. Это как вспышка в темноте, и в памяти остаётся самый мельчайший штрих этой картинки. Раз и навсегда.

Первое мгновение мы смотрели друг на друга, глаза в глаза, а потом девушка внезапно густо покраснела и также резко отвернулась. Больше она в мою сторону не смотрела. Но когда я решил, что на сегодня достаточно, и расплатившись пошёл к выходу, то всё-таки перехватил её взгляд.

Лучше бы шёл с закрытыми глазами, наощупь. Подобные я уже видел. Это было недоумение, переходящее в брезгливость.

И именно это выражение её глаз запечатлелось у меня в памяти. Зараза, это элементарно, как дважды два. Всё упирается в сословные предрассудки. Эта девица явно не из простых — дворянка, аристократка. И когда она увидела симпатичного парня, то смутилась и покраснела. А когда оценила мой скромный прикид, то поняла, что переглядывалась с обычным пареньком, который возможно работает приказчиков в соседней лавке. Отсюда и обида на саму себя, раздражение от ситуации и соответствующее изменение отношения ко мне.