Шайтан Иван 3 (СИ) - Тен Эдуард - Страница 11

— Когда он приедет?

— Через день.

— Я приеду и сам поговорю с ним.- Али с подозрением посмотрел на меня, но промолчал.

Глава 7

В назначенный день я, в сопровождении Эркена, Бирюка и Аслана отправился на долгожданную встречу. Всё обдумав, решил устранить помеху сразу и под корень. Разводить проблемы на ровном месте не стоит. Маленькая проблема обязательно станет большой. Встречать меня выскочил Азамат, он был сильно взволнован. Во дворе у коновязи стояло пять лошадей. Приехал я на красивом, черном аргамаке отбитом у Зелим бея. Он сразу бросался в глаза своей статью. Какая жажда и имидж, понты наше всё.

— Даус приехал два часа назад. Он очень злой. Когда узнал, что Марэ украли, стал обвинять отца, что он специально устроил кражу и он всем расскажет, что хаджи Али не держит данное слово. Отец сказал, Марэ украл русский и где она, он не знает. Когда мы подошли к комнате, разговор шел на повышенных тонах и я четко услышал.

— Русская собак, которую Али испугался, — мой вольный перевод.

Замечательно, все идёт по плану, даже лучше. У меня появился весёлый кураж, щас поговорим.

Заходим с Азаматом.

— Отец, гость приехал.

— Ас саляму алейкум, уважаемый хаджи Али. Подчеркнуто игнорирую двух мужчин сидящих за столом. Али поздоровался и пригласил к столу. Сел и наголо уперся взглядом в молодого горца. Не старше тридцати лет, всё как положено, ухоженная борода, богато украшенная черкеска, красного цвета. Кинжал хорошей работы, шашка висела у входа, видел, когда вешал свою шпагу.

Другой, явно за сорок, с суровым лицом и злыми глазами.

Не разводя политесов сразу стал претворять в жизнь мой план.

— Я слышал, что-то про русских собак? Это наверно сказал ты, Даус, батыр в бараньей шкуре. Я украл Марэ, для своего друга, если хотел что-то сказать, говори мне.

Даус просто поперхнулся от такого наглого наезда. Смотрел на меня и не знал, что делать.

— Ты приехал в чужой дом и у тебя хватает наглости что-то требовать. Ты, дурак или только притворяешься?

Азамат переводил с таким выражением лица и таким удовольствием, как будто, это были его слова.

— Грех обижаться на того, кого всевышний обделил умом.

У Дауса сдали нервы и он выкрикнул:

Закрой свой поганый рот, неверный. Я отрежу тебе язык.

Он вскочил на ноги и схватился за кинжал.

— А ты не обкакаешся, когда будешь отрезать мне язык.

Я нарывался нагло, тупо и весело. Растянув рот в доброй улыбке.

Даус хотел что-то сказать и сделать, но его остановил пожилой мужчина.

— Хаджи Али, почему ты позволяешь оскорблять гостя в твоем доме?

— Потому, что такой гость не достоин его. Прежде чем требовать уважения к себе, научись проявлять его к другим.

Эти слова я произнес спокойным, равнодушным тоном глядя Даусу в глаза, пустым и холодным взглядом. Его проняло.

— Ты позволил себе оскорбить меня и ты ответишь за это. Пока ты в доме уважаемого хаджи Али, я не нарушу закон гостеприимства. Ты же не будешь сидеть тут вечно. Мы поедем с вместе и как только выедем за пределы аула, я поговорю с тобой как с мужчиной. Или ты боишься меня?

Вновь милая и добрая улыбка.

— Я не боюсь тебя, русская собака, поедем сейчас, немедленно.

Даус вскочил и бросился к шашке.

А чего, было бы сказано. Али пробовавший остановить нас, махнул и пошёл за нами.

Мы выехали за пределы аула уже приличной толпой, которая быстро увеличивалась. Оказалось, пожилой, был дядей Дауса. Всю дорогу он что-то пытался сказать племяннику, но тот не слушал его, с ненавистью глядя на меня. Мы выехали за пределы аула, все формальности соблюдены.

— Даус, если ты извинишься, я не буду тебя убивать.

У него началась истерика, а может боевой транс. Глаза лихорадочно блестели, его слегка потряхивает.

— Я требую, что бы мы сражались кинжалами. Ты оскорбил нас, выбор оружия за нами. Внимательно отслеживает меня. Молча киваю. Я в полевке, снимаю все лишнее. Мы выходим в круг. По тому как Даус держал кинжал было понятно, что он владеет им хорошо, может очень хорошо. Видно по глазам и выражению лица, он не сомневается в победе, как и его дядя. Моя чуйка (интуиция) завибрировала, подавая сигнал об опасности. Дураку понятно почему Даус настоял на кинжалах, он уверен в своем умении, а вот я стал сомневаться в себе. Кинжал, это не нож и техника работы с ним совершенно другая. Реально начинаю понимать, что проиграю. Лихорадочно пытаюсь придумать неожиданный финт ушами, да чем угодно, лишь бы помогло.

— Есть — озарение, чуть не опоздало.

Липкий страх неохотно убирает свои щупальца, сердце радостно стучит и гоняет кровь, накаченную адреналином.

Неожиданно для всех, я на большой скорости делаю короткую связку с кинжалом и с выдохом, слегка подпрыгнув, метаю его в растерявшегося Дауса. Попал куда метил. Лезвие с противным хрустом, ломая зубы, пробивает рот Дауса. Он, застыв на мгновение, падает лицом вниз, окончательно вгоняя кинжал по рукоять.

Все растерянно молчали. Бой получился неожиданным для всех. Паша перевернул тело Дауса и с хрустом вытащил кинжал. Я подошёл к дяде и протянул руку. Он отдал шашку.

— Меня зовут Хазрат. Скажи почему ты так хотел убить моего племянника?

— Я, не желал, чтобы Марэ стала его женой. Мой друг любит её, она любит его и будет счастлива с ним.

Не стал озвучивать истинные причины, он и так знает обо всех пороках своего племянника.

— Если хочешь мстить за Дауса, можем сейчас решить вопрос.

— Нет, бой был честным.

— Думаю, главой рода, теперь будешь ты, уважаемый Хазрат? — он усмехнулся. Мы поняли друг друга.

Он дал команду упаковать труп Дауса и они поехали домой. А мы вернулись в дом Али. Азамат не выдержал и спросил.

— Командир, а ты знал, что Даус очень хорошо владел кинжалом?

— Нет.

Судя по лицу Али, он был рад такому скорому и решительному решению, главной, проблемы. Только дома он смог расслабиться и улыбнувшись сказал.

— Ты помог Хазрату стать главой рода, думаю он не станет мстить тебе. Азамат, позови мать.

Линэ зашла и поклонилась. Я встал и ответил на приветствие. Все удобно расселись и начался семейный совет на который я был допущен.

— Линэ, надо решить вопрос с приданным дочери.

— Уважаемый хаджи Али. — просил я дозволение говорить с его женой. Он кивнул в ответ.

— Уважаемая Линэ, ваш муж наверняка поделился с вами всеми новостями и вы знаете в какую семью войдет ваша дочь.

Она кивнула.

— У нас говорят: — Муж- это голова семьи, а жена, шея, куда она поворачивает, туда и поворачивается голова.

Все громко рассмеялись, особенно Азамат. Али пришлось посмотреть на него, чтобы он угомонился.

— Вам не стоит беспокоиться об одежде для Марэ, князь купит всё в Пятигорске. Я бы посоветовал отправить ей штук пять красивых ковров разных размеров и деньги. Остальное не стоит везти в Петербург.

Подумав немного Линэ согласилась. Спросила у мужа

— Али, сколько мы можем дать денег в приданное Марэ?

Тут уж надолго задумался Али.

Я могу дать две тысячи рублей серебром, больше нет.- Нахмурился он.- Наверно это мало?

— Князь не нуждается в деньгах, это вопрос уважения, Али.

— Я не смогу так скоро найти еще столько же.- с досадой произнес он.

— Али, зачем нужны друзья! Я дам тебе три тысячи рублей в долг. Ты будешь ежемесячно отдавать двести рублей. Не переживай, скоро начнет работать Базар, поверь мне, он быстро вырастет в разы, осенью мы будем устраивать недельную ярмарку.

— Благодарю тебя Пётр, можешь не сомневаться, я верну деньги.

— Замечательно.

Линэ ушла озабоченная приданным дочери. Остались мы в троём.

— Али, хочу дать тебе очень важный совет, не сочти за неуважение к тебе. Ты умный человек и понимаешь, Кавказ рано или поздно покориться России. Многие народы уже приняли подданство империи. Твоя дочь, станет невесткой очень влиятельного человека. Если ты примешь подданство, он поможет тебе подтвердить твоё княжеское достоинство. Ему очень важно, чтобы жена сына была княжна, а не простолюдинка. Ты, понимаешь меня, Али.