Сухой закон 2 (СИ) - Дорохов Михаил Анатольевич - Страница 34

Мужчины за дальним столиком бросили на меня завистливые взгляды и принялись дальше обсуждать свои дела.

Я посмотрел на неё самым нежный из доступных мне взглядов. Пусть и дальше окружающие думают, что встретилась пара влюблённых. А затем написал на салфетке номер телефона.

— Как только вы узнаете, где эти агенты и чем они занимаются, позвоните мне. И мы увидимся.

— Хорошо, — тонкие пальчики медленно потянули на себя записку.

— Сотрудничать с вами — одно удовольствие, — покривил я душой и добавил, — Кристина, это нужно сделать как можно скорее. В свою очередь, я подготовлю деньги и квартиру.

— Я догадалась. Делаете всё чётко и быстро? — усмехнулась она.

— Ну не всё, — на автомате двусмысленно парировал я, но она пропустила эту скабрёзность мимо ушей.

— Поймаете мне такси?

— Не боитесь, что за вами могут следить?

— Если прямо сейчас за нами следят, то уже поздно расстраиваться, — засмеялась шпионка.

Точно энтузиастка. Что это всё для неё? Идея, приключение? Загадочная девушка.

— Что же. Извольте! — я поднялся с кресла, попутно забрав открытку с фотографиями агентов, и взялся за её шубку.

Накинув её на плечи спутницы, я согнул руку в локте, а она, будто бы невзначай подхватила маленький саквояжик, в котором мирно покоились тридцать тысяч вечнозелёных, из-за которых когда-то ирландцы убили отца и спалили семейную лавку Алексея, в теле которого я находился сейчас.

Я бросил купюру на стол. С лихвой покроет и счёт, и чаевые официанту. А мы направились в выходу из отеля. На улице я поднял руку и около нас медленно остановился ярко окрашенный фордик. Кристина повернулась ко мне, плотнее запахивая меховой воротник шубки. В глазах её прыгали бесенята. Блондинка поднялась на носочках, коротко коснувшись губами моей холодной щеки.

— Не будем разрушать легенду, — заговорщически шепнула она и, стрельнув глазами, быстро нырнула в тёплый салон авто. Я с улыбкой проводил такси глазами и достал сигареты. Прикурил, выпустив струйку дыма в свинцовое зимнее небо Нью-Йорка. Через полминуты рядом остановился синий Паккард. Дверь распахнулась.

— Алексей Иваныч, едем?

— Да, Матвей. Давай в «штаб».

* * *

Офис, который мы сняли для компании «Соколов и Ко» располагался в угловом здании. Кабинет «для совещаний» мы временно поменяли и перенесли внутрь здания. Не хотелось, чтобы от шальной пули ирландских бомбистов с улицы полегли сразу все.

Сейчас в небольшой комнатушке собрались почти все. Витя Громов, который за последнее время стал казначеем моей организации, Миша Рощупкин, моя правая рука по поручениям в бизнесе, капитан Синицын, руководитель «боевой» части. Молотов, ответственные за «щепетильные» дела, когда требовались его навыки диверсанта-разведчика. Казак сидел в кресле и с видом умудрённого годами мыслителя курил трубку. Гарри до сих пор был в больнице под охраной. Но уже шёл на поправку. В этот раз присутствовал и Илья Дмитриевич Волков. Худощавый мужчина лет тридцати с необычайно живым взглядом развалился как барин в кресле и стрелял глазами по сторонам, покручивая гранёный стакан с виски.

Я укоризненно посмотрел на него, но плут поднял руки в защищающемся жесте, мол, ничего такого.

— Апперетивчик, Алексей Ваныч, — быстро буркнул он.

— Господа, у нас сразу несколько важных дел. На ближайшее время усиленную охрану мы не снимаем. Все родственники продолжают находиться также под охраной. За кварталом, в котором мы проживаем, нужен усиленный догляд. Илья Дмитрич, учитывая ваши… эээ… навыки, я попрошу вас несколько преобразиться и пошататься по улицам. За нами пристально следят. Попробуйте понять — кто.

— Ирландцы. Это и так понятно… — тяжело вздохнул Синицын.

— Не только, Георгий Александрович. Не только… Я думаю, за нами смотря не только бомбисты, но и те, кто тогда сдал нам Томпсона и его «команду», — произнёс я, намекая на бойню, которую мы устроили во время покерной игры, слитой нам коминтерновцами, — Вдобавок здешняя полиция не такая простая. Глаза и уши есть у тех, кто достаточно давно в этом районе.

Упоминать личность лейтенанта Дёрпа я счёл пока ненужным.

— А новый шериф Фэллон? — подал голос Мишка.

— Думаю, он тоже приставит за нами глаза и ноги при первой возможности, если у него будут для этого лишние люди и нужные кадры. Но официально слежка не в его компетенции, и пока он занят расследованием всего того, что мы натворили за последний месяц.

По комнате пронеслись короткие смешки. Действительно, шутка ли. Почти полностью обнулить две основные банды Бронкса.

Я продолжил:

— Второй вопрос. Необходимо точно установить — кто стоит за угрозами начальству Давида Сарнова.

— Что за Сарнов? — подал голос Волков.

— Коротко введу вас в курс дела, Илья Митрич. Сарнов это восходящая звезда в сфере радио. У него есть разработка и частичный патент на производство частных радиоприёмников и запуска частных радиостанций в Америке.

— Частичный?

— Да, часть принадлежит Радиокомпании Америки, где он работает. Разработки велись, пока он был в ней, значит, и часть патента тоже за компанией.

— И зачем нам этот Сарнов?

— Если мы вложимся в это дело и станем основными инвесторами и владельцами новой радиокомпании с правом преимущественного запуска частных радиостанций, то через год будем, как бы это помягче выразиться, очень и очень богатыми. Пока шла война, всем было не до частного радио. Теперь счёт идёт на недели, прежде чем RCA поймёт перспективы этой золотой жилы. Реклама, трансляции матчей по радио, музыка. Первыми запустим — первыми снимем сливки. Первыми начнём массовое производство радиоприёмников — первыми заработаем больше всех…

Я не стал объяснять всем, что быть у истоков частного радио в Америке это гораздо больше, чем всё, что я описал. Это прямое влияние на умы людей, это гигантский ресурс для продвижения своих идей. Это настоящее оружие в моих руках по влиянию на процессы в Штатах первой половины этого века. Конечно, такой актив будет непросто удержать, когда правительство Америки «распробует» этот рычаг. Но чтобы торговаться, надо что-то иметь для начала. Я сделаю Давида миллионером, а он меня — одним из самых влиятельных людей в стране. За это стоит побороться.

В комнате повисла тишина. Мои люди осмысливали сказанное.

— Но для этого нам нужен полный патент с этим Сарновым? — заговорил Синицын.

— Именно так.

— И в чём проблема?

— В том, что мы не одни такие умные. И даже среди гангстеров есть неглупые люди, — припечатал я.

Затем дождался, пока все удивлённые взгляды пересекутся на мне, и пояснил:

— Кто-то давит на руководство Давида. С тем же вопросом. И если их «дожмут», то они продадут свою часть патента бандитам…

— … А потом они просто придут к Сарнову, — понял Волков.

— Именно так. И будут выбивать оставшуюся часть прав. За бесценок. В лучшем случае. А Давид горит этой идеей. Он пообещал уладить вопрос с продажей части прав руководства — нам, если мы решим их проблемы с этими гангстерами. Вот такой вот расклад… — закончил я.

— Известно — кто они?

— По его словам, какие-то залётные ребята из Чикаго. Вроде серьёзные. Я постараюсь в ближайшее время узнать всё более подробно.

Молотов подался вперёд со своего места и вытащил трубку изо рта, впервые подав голос:

— Что с запиской ирландцев, Алексей?

Чёрные глаза казака требовательно просверлили меня.

— Ничего, — пожал я плечами, — Я так понимаю, они назначили встречу. На неё придётся идти. Мне нужно будет, чтобы вы меня подстраховали. Чувствую, это будет сложно, ибо я уверен, что они выберут удобное для себя место. И с этими парнями пока не поторгуешься. Козыри на их руках. Судя по всему, их мало, они очень мобильны, у них есть опыт подпольной работы. И очень обширный. Мы будем бегать за ними как за осами. Только с рыболовной сетью…

Сравнение все поняли. Поймать сейчас профессиональных убийц и бомбистов было сложно. А нам нужно было не просто ликвидировать их, но и понять — кто стоит за всем этим безобразием, и кто ещё знает о пулемётах. Иначе такие команды из подпольных ирландских революционеров начнут приезжать к нам каждый месяц и безнаказанно кошмарить. Рано или поздно, мы начнём нести тяжёлые потери. И людские, и денежные. Бить нужно в «сердце».