Университет удавов (СИ) - Силкина Елена Викторовна - Страница 37

Она могла бы сравнить этого мужчину с металлом. Жилистое, поджарое тело, железные мускулы, только драконьей чешуи не хватает.

Огонь и металл. Они оба плавились от страсти и словно стремились размазать друг друга по постели в бешеном стремлении обладать.

Утолив первую неистовую жажду, но не насытившись полностью, они сбавили темп и стали обстоятельно изучать друг друга. Меняли позы, пробовали пылающую жаром кожу на вкус. Он, наконец, добрался до её губ. Разглядел расширенные зрачки Дарайны. Большие глаза её из ярко-изумрудных стали чёрными, словно грозовая ночь, когда за тучами не видно ни луны, ни звёзд.

Её губы, нежные и сладкие, словно крем на верхушке торта, хотелось пожирать бесконечно. Лаки провёл кончиком языка по её нижней губе, и Дари тут же приоткрыла рот, приглашая проникнуть в сладкую глубину. Он дразнил её, не спешил коснуться языком языка, только в заводящем ритме облизывал и посасывал её нижнюю губу. Она изловчилась и втянула его язык себе в рот. Сладко, горячо, непередаваемо вкусно и хочется большего.

Хочется наполнить им себя там, внизу, так же, как его сладкий язык наполнял её рот.

Ему тоже немедленно захотелось большего снова. Они открылись друг другу, и ощущения обоих свободно перетекали от одного к другому, многократно усиливаясь, полно, мощно, остро. Он вонзился своим копьём в горячую, шелковистую, тесную глубину, жадно задвигался. Её внутренние стеночки так сильно стиснули его ствол, что он вскоре кончил мощно и жёстко. У него ни разу ещё не бывало настолько острых ощущений. Она выгнулась под ним, затряслась, бурно кончила тоже, и оба зарычали от наслаждения согласным дуэтом.

Он рухнул на неё, запалённо дыша, и через мгновение захотел откатиться в сторону. Она не отпустила его, она хотела большего, она не могла от него оторваться. Он как будто околдовал её.

– Дари, дай мне немного отдохнуть.

Что? И это всё? Не-е-ет, нет-нет-нет, только не сейчас. Ещё! Ей нужно ещё! Её тело неистово жаждало этого мужчину снова и снова.

– Слабак, – прошептала она, сладко улыбаясь. – Какое разочарование! Напрасно, видимо, тебя хвалили, как любовника. Вдобавок из разных ситуаций тебя женщинам приходится вытаскивать. Точно слабак, да ещё какой!

Она отлично знала, что агрессия вызывает стояк, и нарочно злила мужчину. К тому же – слишком нелестно для любовника, чересчур легко – она перекатила его на спину и оседлала.

Он не собирался уступать ей, он всерьёз разозлился и хотел отодвинуться окончательно, но… Его мужское орудие снова потребовало своего, и он поддался. Ладно, ещё раз. Он не слабак!

Дари счастливо засмеялась, задвигалась на нём, сладко застонала. Её тело стало ещё горячей, тут же заметно, слишком заметно потяжелело и… начало стремительно обрастать чешуёй. Агрессия часто вызывает не только стояк, но и оборот – всё это непроизвольные реакции тела, когда его перестаёт контролировать разум. Ведь общность их чувств заразила злостью и её.

– Дари! Дари, стой! Прекрати превращаться!! Ты меня раздавишь!!! – заорал Лаки и задёргался, пытаясь выбраться из-под женщины.

Дарайна опомнилась, чешуйки исчезли, тело сильно полегчало. Она сползла с мужчины, улеглась рядом, вздохнула виновато. Она непростительно забылась, и чуть не произошла катастрофа. Она, и в самом деле, расплющила бы Лаки своим весом, если бы обратилась полностью.

– Ладно. Видимо, это была плохая идея. Давай отдохнём.

И тут Лаки вспомнил. Вот почему он до сих пор никогда не рисковал ни с одной драконицей. Подозревал, что возможно нечто подобное, хотя ему никто о таком не рассказывал.

А с Дари он обо всём об этом забыл…

Снаружи внезапно обрушился ливень.

В огромной раме распахнутого арочного окна мощные струи воды с громким плеском хлестали по каменной платформе. Влажный воздух плотно заполнил комнату-залу, но обнажённым любовникам было не холодно. Стены драконьего замка словно пропитались пламенем и излучали тепло не хуже камина или сильного артефакта.

Небо прорезала ветвистая ослепительная молния, и стало видно, что оно затянуто тучами, нависло над самой крышей замка, вот-вот заслонит окно и весь мир за ним. Глухо заворчал гром, в коридорах замка ему отозвалось эхо.

Лаки хмуро смотрел, как вода бешено пузырится на камне, как прыгают капли, звенят и шумят, словно пытаются сказать что-то.

– Ты как будто впервые в жизни увидел дождь, – с задумчивой улыбкой заметила Дари.

– Такой сильный? Возможно, – пробормотал Лаки.

Он уже засыпал, когда ощутил, как она натянула на них обоих пушистое покрывало.

***

Стукнула открывшаяся дверь. По комнате пронёсся знобкий сквозняк, пошевелил волосы на голове.

– Та-а-ак, – недовольно протянул кто-то очень хорошо знакомый. – Я всё проспала? Тут уже кое-что произошло?

Лаки едва разлепил тяжёлые веки. Глаза отказывались открываться, но он и так узнал вторженца – по голосу.

– Сельвандо! Ты здесь откуда?

Насмешливое фырканье заполнило короткую паузу.

– А откуда, по-твоему, одна не очень законопослушная драконица узнала, что происходит? Вообще-то я искала лорда Таяндара, а нашла его сестру, и она вместо того, чтобы пресечь твои противоправные действия, помчалась вытаскивать тебя из заварушки, которую ты сам же и устроил!

Лаки разозлился. Горгон – предатель! Сначала помогать отказался, а затем вообще сдал его драконам! Кругом одни предатели!

И тут до него дошло. «Искала… нашла…» Он, наконец, приоткрыл глаза и увидел стоящего в дверях Сельвандо – в нарядном платьице.

Глаза у Лаки распахнулись сами собой, он откровенно вытаращился.

– Горгон, ты – женщина?!

Сельвандо густо побагровел… побагровела.

– Разумеется! И почему ты так удивляешься? Это же любому понятно сразу! Во-первых, хитон у нас носят только женщины, а мужчины грудь не прикрывают, да и всё остальное зачастую тоже…

– Откуда мне было знать, что носят горгоны, если я никого из них, кроме тебя, никогда не видел?

Сельвандо не слушала оправданий.

– А во-вторых… Да ты ни разу даже не поинтересовался, какого я пола!

Рядом зашевелилась Дарайна, её разбудило это препирательство.

– Какая разница, кто там ещё женщина, кроме меня? – сонно и довольно проворковала она, обнимая Лаки и придвигая его к себе собственническим жестом. – Всё уже, девочка, ты опоздала! Теперь он только мой!

Сельвандо бурно вздохнула от возмущения.

– Да без меня он давно был бы мёртвый и ничей! Так что я претендую!

Снаружи послышались будто бы шлепки мокрой тряпкой о гулкую стиральную доску.

– А я тоже претендую! – в окно, разбрызгивая воду с кожистых крыльев, влетела Марисса. – Почему мне никто вовремя не рассказал?

– Если я тебя приютила, это не значит, что я теперь должна перед тобой во всём отчитываться! – резко выплюнула Сельвандо.

Вампирша негодующе хлопнула крыльями.

– Вот, значит, как, да? Дружба дружбой, а табачок, то есть, мужичок – врозь? Ах ты, стерва! Да я тебе все патлы вырву!

Змеи на голове у Сельвандо поднялись дыбом и зашипели.

– Ты бы поосторожнее, – язвительно посоветовала горгона. – Мои патлы зубастые и кусаются, а ещё они ядовитые. И куда только весь твой аристократизм подевался…

Дарайна вскочила с постели, вскинулась во весь рост, загородив собой кровать, и зарычала:

– Девочки, хорош спорить! Лаки – мой, и точка. Мне его самой мало, чтоб я ещё с вами делилась!

– Драконы – собственники, известное дело, – пробормотала Сельвандо. – А ещё у них есть обычай – драться за сокровище.

– Вот именно! Поскольку каждая из нас хочет Лаки только себе, давайте подерёмся! – воскликнула Марисса. – И таким образом выясним, кому он будет принадлежать!

– Так, а меня тут кто-нибудь спросил? – подал голос Лаки из-за спины Дарайны.

– Не-е-ет! – дружным хором ответили три женщины. – А зачем?

Дарайна покосилась через плечо на кровать и распорядилась: