Газлайтер. Том 25 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 17

Но вот вторая категория — куда интереснее. Материализация объектов. Не рвань и грохот, а Творение. Та самая техника, которой пользовался Демон Мираж, когда на Буяне поставил Костяную Башню. С точки зрения практического боя — техника сомнительная.

Не очень-то удобно в разгаре сражения лепить из Астрала оружие, скажем. Или защитную стену. Не до того.

Но в стратегическом, философском, даже метафизическом смысле — это великая круть. Это правка канвы реальности. Просто вдумайтесь: что если бы мой Бастион — тот, что сейчас в ментальном пространстве, со всеми легионерами, архивами, залами — существовал не в моей голове, а в физическом мире? Настоящая крепость. Материальный аванпост сознания.

Но есть одно «но». По воспоминаниям Странника, чтобы овладеть этим искусством, нужно примерно тысяча лет. Минимум.

Сам Странник, кстати, владел этим навыком так себе. Да и, как он поминал, из ныне живущих людей никто в полной мере этой техникой не владеет. Люди — нет. Почти никто.

А вот Демоны — да. Древние, вроде Миража, или особенно Короля Теней — владеют материализацией на уровне инстинкта.

Из людей, по словам Странника, владеют ею только двое. Председатель Хоттабыч — один из старейших магов Организации. И еще, может, Размысл — мутный тип, который как-то звал меня к себе в ученики.

Что касается меня… Теорию я понял более-менее. Но понимание, как и в случае с телепатией, ничего не даёт без практики.Чтобы освоить астральную материализацию, мало читать чужие воспоминания. Тут надо перестраивать себя: тело, сознание, восприятие.

Этим, по большому счёту, я временами и занимаюсь по мере возможностей. Вот и сейчас тоже.

Вдруг доносится ментальное эхо. Лёгкое астральное мерцание, вспышка на краю сознания. Оказывается, это Шельма зовёт меня из браслета на руке.

Я вздыхаю.

Блин. Я ведь специально закрылся изнутри. Никому не сказал, что здесь. Никто не должен был меня тревожить. Надо было, конечно, ещё и браслет снять. Но нет — забыл. А Шельману да, она всегда со мной. Обычно молчит, а вот сейчас приспичило.

Активирую камень-Жартсерк в браслете.

Материализуется передо мной девушка в красном нижнем белье. Классика. Гротескная Шельма любит подать себя эффектно. Облик у неё, как всегда, идеальной красавицы — самой красивой девушки на свете, конечно же.

— Филинов, ты совсем меня забыл, — упрекает она. — А ты ведь обещал, что мы будем вместе убивать твоих врагов и веселиться…

— Слушай, я не забыл, — говорю — Ты мне, правда, помогала. Бывали моменты, и я это ценю. Несмотря на то, что при нашей первой встрече ты хотела сделать меня своей одержимой куклой.

— Ну я же не знала, что ты такой! — хихикает Шельма, стреляя глазками из-под ресниц. — Такой замечательный! А за покушение… ну, прости.

— Забей, — отмахиваюсь я. — Я не в претензии. Я ведь знаю, кто ты, Демонесса. Это твоя суть. Если подставлю спину, ты и снова попытаешься цапнуть.

Она улыбается шире.

— Не попробуешь — не узнаешь.

— И не собираюсь, — отмахиваюсь. — Отпустить тебя обратно в Астрал я, сама понимаешь, не могу. Но могу создать тебе мираж внутри Жартсерка. Целый отдельный мир. Хочешь — хоть гарем из НПС-мужиков или что-то другое. Живи в своё удовольствие.

— Фу, мужики, — фыркает она. — Мне с тобой нормально.

— Уверена? — приподнимаю бровь. — Ты в этом браслете уже который месяц. Что тебя держит? Жажда мщения Королю Теней?

На миг она притихает. Смотрит прямо, не отводя взгляда. Голос становится ниже:

— Ты понял, да? Конечно, меня толкает не только месть. Но и то, что она теперь возможна. Понимаешь? Раньше я думала — у тебя нет ни малейшего шанса. Просто милый мальчик, который рано или поздно попадёт в лапы Короля Теней. Но теперь даже не знаю.

Я усмехаюсь.

— Ну, спасибо хоть не «жалкий мальчик». Прогресс.

Потом чуть серьёзнею.

— Но знаешь, твоего Короля не так-то просто найти. Если он вообще ещё жив.

Мы с Красным Владом уже не раз обсуждали это. Телепаты Охранки прочёсывали Астрал — первый, второй слой, частично третий. Но Демонюга притих. Словно испарился. И всё же, скорее всего, он жив. Главное доказательство — его сделка с Обителью монахов, теми самыми, что пытались меня выловить.

— Он жив, — тихо говорит Шельма. — Он просто осторожный.

— Тем более, — вздыхаю. — Значит, рано или поздно — объявится. Или я выйду на него.

Я опираюсь локтями на колени, гляжу на пульсирующий свет браслета. Шельма всё ещё стоит передо мной — идеальная, нарисованная, ослепительная и прекрасная.

— А пока отдыхай. На встречу с Королем я тебя, пожалуй, позову.

— Хм, — произносит она, отступая на шаг. — Пожалуй, это и есть настоящая близость, да?

И исчезает. Браслет снова глохнет.

Стук в дверь прерывает мои размышления. Вот тебе и медитация. Ну да ладно, хоть что-то успел. Ориентиры наметил, направления зафиксировал, да и узнал, что из Шельмы может выйти союзник. Уже неплохо.

Открываю. На пороге — Камила и Настя.

Камила — в тёмной обтягивающей водолазке и узких брюках; ткань подчёркивает её изящную фигуру, особенно грудь. Настя, как всегда, налегке — майка, короткие шорты.

Настя моментально подскакивает ко мне, чмокает в щёку — быстро, но с прицельным мурлыком — и тараторит:

— Даня, вы уже в Междуречье собрались? Когда выдвигаетесь? Я нужна?

— А ты с нами хочешь? — улыбаюсь, покосившись на неё.

— Ну… вообще-то я собиралась на охоту, — протягивает она с хищным прищуром. Явно уже представила, как гоняет косулей через овраги.

— Так иди, — машу рукой. — Проверила, что мы живы, — и ладно.

Настя довольно кивает, разворачивается на пятках и уходит.

Камила остаётся.

— К Портаклу, Даня?

— Я его уже вызвал к стеле, — стряхиваю остатки внутренней раскачки.

Выходим. Двор прохладный, небо — светлое, будто натянутое. Перед стелой уже маячит Портакл. Он кидает мне в воздухе портальную статуэтку Масасы. Я ловлю её на лету.

— Готово, — говорит Портакл. — Теперь она подключена ко всем твоим стелам. Следы Организации уже стерты, можешь не переживать. Не отследят.

— Сложно было настраивать? — спрашиваю, разглядывая энергоструктуру камня.

— Легкотня, — ухмыляется он. — Я же её когда-то и настраивал. Просто повторил пройденное.

— Отлично, — киваю. — А теперь будь другом — открой проход в Стрёмено.

Портакл, хмыкнув, делает жест, и пространство перед нами сдвигается. Вспыхивает лиловая арка.

Перед самым шагом в портал я случайно поднимаю взгляд — и замечаю Лену в одном из окон башни. Прислонившись к раме, с улыбкой машет мне рукой

Улыбаюсь краем губ. Да, я редко бываю с жёнами физически — слишком уж плотный график у графа-конунга-лорда. Но вопреки расхожему мнению, у нас всё не так уж плохо.

А точнее — всё у нас даже очень хорошо. Потому что телепатия — это не только лазанье по чужим мыслям и моральные дилеммы. У нас, телепатов, есть одна особая фишка — ментальное внушение. Я могу передавать своим женщинам эмоциональное насыщение. Так что даже на расстоянии вполне способен исполнять супружеский долг. Детей так, конечно, не заделаешь — но удовольствие подарить? Запросто.

Вот и ходят мои жёны постоянно расслабленные, как кошки после сливок.

Говорят, у древних телепатов вообще были сотни жён. Хоттабыч так и до сих пор. По слухам, у Председателя около двухсот супруг. Не факт, что он всех в лицо различает — но эмоционально всех закрывает. Хотя, конечно, возникает вопрос: зачем тебе две сотни жён, если ты даже не помнишь, у кого какой голос? Но если ты, скажем, Председатель межмировой Организации — тогда это уже имидж.

Я, к счастью, пока не Председатель. Так что мне двести жен не надо, спасибо.

Перенесясь в Стремено, мы с Камилой материализуемся аккурат посреди базы — между административным корпусом и складом, как раз на краю площадки со стелой.

Нам тут, в общем-то, не удивляются. Гвардейцы давно привыкли, что я появляюсь, как черт из шкатулки: просто раз — и я тут.