Олень (СИ) - "Mr.Eugene" - Страница 156

Однако и тут кроется огромный плюс хоть и фэнтезийного, но средневековья – здесь невозможно постоянно заниматься бизнесом в привычном по другой жизни темпе. Времена такие. Неспешные. Но, несмотря на это, время я старался не упускать, направив всю свою энергию на новое знакомство со своими старыми-новыми друзьями и вассалами. Момент для этого наилучший. Ведь у Ренли действительно были друзья, настоящие друзья. Невольно вновь ловлю себя на мысли, что младшему Баратеону невероятно фартило по жизни. И надо же было так всё пролюбить... но вернемся к нашим баранам, точнее друзьям.

На первое место, благодаря своей значимости и статусу, стоит поставить лорда Ночной Песни. Брайс Карон – высокий, плечистый и крепкий мужчина с длинными рыжеватыми волосами и мужественным бритым подбородком. Родословная под стать внешности, ибо Кароны – очень влиятельный и богатый Дом Дорнийских марок, уступающий в регионе, разве что Сваннам, но ослабленный после трагедии, случившейся более шести лет назад. Тогда от хвори погибло практически всё большое семейство Каронов: отец, мать, сёстры и брат Брайса. В живых из всей семьи остался только он и брат-бастард Ролланд Шторм. Именно тогда Ренли с ним и познакомился, когда один пацан прибыль в Штормовой Предел дать присягу другому пацану. И, так уж получилось, что одна сирота (если и не де-юре, так де-факто) подружилась с другой.

Брайс уже заимел репутацию довольно крепкого хозяйственника и неплохого управленца, однако закисать он себе не даёт и нередко лично водит рейды по предгорьям Красных гор в поисках людоловов и прочих горных бандитов из Дорна. Брайс – умелый воин и командир, хотя особых успехов на турнирах не имел. Не удалось пока что хозяину Ночной Песни и построить своё семейное счастье, угодив, к своему невезению, в любовный треугольник, будучи ещё с ранней юности влюблённым в Аллирию Дейн. История известна – леди Аллирия отдала предпочтение лорду Берику Дондарриону, чем не просто оскорбила Брайса, сильно обидев, а еще изрядно унизила, поскольку вражда Каронов и Дондаррионов хорошо известна. Вражда, которая обострилась после гибели большей части семейства Каронов, ведь именно в тот момент соседи ослабленного Дома были очень не против откусить несколько кусочков, да чтоб побольше, от наделов Каронов, а то и вовсе свести к рыцарскому Дому. В последнем особенно отличился лорд Дондаррион, отец Берика, не единожды просивший о подобном Роберта. Делал он это, разумеется, в обход Ренли, полностью игнорируя мнение своего малолетнего-сюзерена, но безуспешно. Безуспешно, да не без последствий. Своими потугами отжать территорию и «дожать» соседа старый лорд Дондаррион заложил прочный фундамент неприятия друг друга в молодом поколении. У Ренли так и не сложилось хороших отношений с Бериком, хоть общительный Баратеон и старался, а Брайс и вовсе того ненавидел, впрочем, это было взаимно. Одним словом – соседи.

Каких-то отношений с лордом Дондаррионом не удалось построить и мне, уже «нынешнему» Ренли. Почему? А кто его знает! Берик – частый гость в столице, регулярно оттирающийся в свите короля, но за всё это время ни разу не выразивший ни слова почтения к своему непосредственному сюзерену. При этом, мы пересекались и общались достаточно неплохо. Но постепенно у меня сложилось понимание причин подобного поведения. По моему мнению, лорд Берик меня тупо не воспринимает как сюзерена. Как такое возможно? Возможно. В его глазах я ему, максимум, ровня, но никак не выше. Единственным авторитетом для него, не считая уже почившего отца, является исключительно король, мой венценосный брат Роберт. А я… а что я? Так, младший братик, которому дали поиграться в рыцарей и замки. Мелочь сопливая… хоть мы и одногодки. Уверен, здесь ещё играет обида, что его роду не дали кусок земель Каронов, а может и что-то ещё, какая-нибудь застарелая зависть или неосторожно брошеннок слово, но итог один – с Дондаррионами у меня отношения хоть и спокойные, но не простые.

Другом Ренли можно назвать ещё одного человека – Гайарда Морригена. Третий и самый младший брат лорда Лестера Морригена. Темноволосый и поджарый мужчина с короткой бородой, очень громкий и шумный. Весёлый балагур, хоть и весьма гневливый (может вспылить на ровном месте). Отличный воин и умелый мечник, бравший не один турнир. При этом ещё образованный и талантливый человек. Пишет песни и стихи, поёт и играет на арфе, имеет сносную эрудицию, а это Вам не хухры-мухры, особенно для данной эпохи! Но сказать, что он умный... будет преувеличением. Разумеется, тщеславен и амбициозен, но проявляется это «правильно», выливаясь в честное желание прославиться на поле боя, а не в сомнительные интриги и подставы. В общем, весьма честный и открытый человек, и абсолютно точно не трус.

Были у Ренли, то бишь у меня, и просто приятели, которые может и хотели стать полноценными друзьями, но для этого им чего-то да не хватало. Например, два ярких, но противоположных по содержанию, примера: Роннет Коннингтон и Арстан Селми. Роннет, он же Роннет Рыжий, крепкий рыжеволосый и рыжебородый мужчина, яростный воин, но с гнилым характером. Злословливый не в меру, кичливый, высокомерный и лицемерный. В моём присутствии отыгрывает роль благородного идальго, несправедливо обиженного наследством (с намеком на отобранные Робертом земли), но за спиной нелестно отзывается об Аше, её внешних данных и манерах. Имел и неосторожность открыто продемонстрировать презрение и отвращение к своей несостоявшейся невесте, коей была леди Бриенна, абсолютно не учтя того момента, что сейчас их статусы ещё больше разошлись, и совсем не в пользу сира Роннета.

Прибывший на свадьбу Сельвин Тарт светился, словно начищенный канделябр, распираемый изнутри чувством гордости за дочь и её успехи. Слухи слухами, переписка перепиской, но лично лицезреть успехи ребёнка – совсем другое (и очень приятное) дело. Тут тебе и «тренировочная» дуэль с Сэнд, и откровенный фавор короля с соответствующими дорогими подарками и вниманием, да ещё и высокая должность при дворе, сулящая прекрасные связи на будущее. Всё это мгновенно вернуло Бриенну на рынок завидных девиц. Ну да, не такая изящная и утончённая, зато кто ещё сможет похвастаться, что его жена дочку самого Красного Змея уделала? Вот именно – никто. А понты, как известно, дороже денег.

Возвращаясь к Роннету… скажем так, его шутки и подколки в сторону Бриенны понимания у придворных и моих близких не нашли. К сожалению для себя, Роннет понял это слишком поздно, успев нарваться на парочку «тренировочных дуэлей», из которых, впрочем, он вышел победителем. Воин он хороший, чего не отнять, того не отнять. Но болтать стал явно меньше.

Лорд Арстан Селми уже случай немного другой. Внучатый племянник сира Барристана был плюс-минус моего возраста, но в отличие от своего старшего родича производил крайне неприятное и отталкивающее впечатление. Слабый и трусоватый с рыхлой, расплывшейся фигурой и оплывшим от возлияния алкоголем лицом. Визгливый, хвастливый и гонористый, мнящий себя пупом земли, ведь он целый внучатый племянник самого Барристана Селми, чью биографию он знает лучше, наверное, чем сам лорд-командующий. Бестолковый и бессмысленный человек, интересы которого не выходят за рамки мелочей, вина и женщин. Трепло и тряпка. Что, неожиданно для меня, хорошо и даже замечательно! Дом Селми богат, знатен и владеет очень плодородными, откровенно «жирными» землями. Так что… пока лорд Селми пьёт и веселится, – а делает он это частенько, – его управляющие за неплохие откаты позволяют моим людям чувствовать себя на его землях как у себя дома.

Остальные штормовые лорды были заметно старше меня и какую-либо дружбу или приятельство вести с ними было затруднительно, да и не нужно. Обычные взрослые мужики, недолюбливающие соседей и мечтающие о халяве, но, стоит отметить, верные и принципиальные. Прибыв ко двору, за редчайшим исключением, держались вместе и кучковались вокруг меня, злобно позыркивая на Ланнистеров и Мартеллов. Неожиданно, но они нашли новых и интересных им собеседников в лице аристократов с Железных островов, некоторые из которых крутились возле меня по делам. Шутки шутками, а есть ненулевая вероятность, что после совместного путешествия по Штормовым землям, кто-то да пристроит к новоиспеченным товарищам дочурку иль двух.