Генерал-легенда и его маленькая слабость - Михаль Татьяна - Страница 10

Бли-и-иииин!

И кто всё это барахло потащит?

Вот засада.

В итоге решила разобраться с фолиантом позже.

Раз книга магическая, значит, открыть её надо магическим способом. Но точно не здесь и не сейчас.

Только успела убрать книгу в тайник и закрыть его деревяшкой, как вдруг, двери резко распахнулись, и в кабинет буквально влетел взбешённый Хендрик.

Хорошо я сидела на корточках, а не стояла. А то мужчина мог увидеть движение за стеллажом.

Следом за Хендриком, едва переставляя ноги и опираясь на трость, проковылял старик Херли.

Честное слово, он был такая старая плесень, что из него буквально чуть ли не песок сыпался.

– Прекрати гневаться, – прокряхтел Конрад и закрыл за собой двери. – Лекарь получил хорошую компенсацию и рот свой поганый открывать не станет.

Отчим же резко обернулся и прошипел:

– Я не гневаюсь. Я в ярости и собственными руками бы её придушил!

Он потряс в воздухе руками с растопыренными пальцами и показал, как бы это сделал.

Не обо мне ли речь?

– Девочка просто брыкается, как зверёк в капкане. Это всего лишь агония, – с премерзкой улыбочкой протянул старикан.

Хендрик взъерошил волосы, прислонился к столу и уже более спокойным тоном проговорил:

– С ней что-то не так стало. Я так и не понял, что за ритуал она проводила. И был ли это ритуал?

– Слуги шепчутся, Хендрик. От слуг ничего не утаить. Говорят, она тёмную сущность пыталась вызвать.

Конрад, наконец, доковылял до кресла и с кряхтеньем в него опустился. Как он не развалился при этом – загадка.

– Тёмную сущность? – рассмеялся отчим. – Глупая девчонка, она могла погибнуть и тем самым всё нам испортить! Она хоть и сильна, но для такого ритуала нужен иной уровень. Я тебе говорил, она безголовая. Как бы чего ещё не выкинула.

– Не успеет, – уверенно хмыкнул Конрад и потёр скрюченными пальцами подбородок. – Проведём свадьбу без лишних церемоний. Пусть скорее станет моей женой.

Он на мгновение умолк и уже другим, каким-то зловещим голосом прохрипел:

– Ты всё приготовил, брат? Зелье для моей души усилил?

Чего? БРАТ? Я не ослышалась?

– Ты зря волнуешься. Всё давно готово. Я даже усилил зелье пола ребёнка, чтобы гарантированно ты зачал с ней мальчика, – самодовольно отчитался Хендрик и отлепился от стола. – Лучше ты скажи, документы готовы?

Конрад полез во внутренний карман и долго там вошкался. Вытащил скрученный, перевязанный и опечатанный свиток, протянул Хендрику:

– В документе на золотой прииск открытая дата. Когда меня не станет, впишешь моё новое имя. И прошу тебя! Дай мне моё имя! Надоело каждый раз привыкать. Хочу снова быть…

– Умолкни! – остановил его Хендрик.

У меня по спине пополз нехороший холодок.

И волосы на голове зашевелились.

И что меня начали терзать смутные сомнения и подозрения…

– Нельзя привлекать внимание, даже косвенно, понимаешь?

Конрад длинно, по-старчески со свистом и причмокиванием вздохнул и кивнул.

Хендрик забрал свиток и…

Сейф!

В кабинете есть сейф!

И как банально. Он был спрятан за картиной, что висела над камином. Картина изображала пикник после охоты или до охоты.

Но что-то мне кажется, и внутреннее чутьё подсказывало, на месте этого полотна было другое.

Уверена, там был портрет истинного хозяина или вообще семейный портрет. А потом случился Хендрик и его друг, пардон, брат Конрад.

И я на все свои новые зубы готова поставить, что затеяли они нечто гадкое, запрещённое и очень-очень нехорошее.

Похоже, отсидеться не получится. Они перевернут весь дом.

Надо удирать, и как можно скорее!

Хендрик убрал документ в сейф.

Издалека не рассмотрела, что именно за сейф. Да и ладно, главное, я знаю, что он есть и что там документ на золотой прииск.

И мне совсем не стыдно будет вписать в этот милый документик своё имя и дату, когда я стала владелицей.

Только знать бы, какое сегодня число, месяц, год, но это всё поправимо.

А знаете что? Мне кажется, будет здорово прихватить вообще всё содержимое сейфа. Вот Хендрик с Херли обрадуются!

ГЛАВА 6

* * *

– ЛИДИЯ —

– Ещё кое-что… – проговорил Хендрик, продолжая весьма занимательную беседу. – Во время церемонии не пей из пиалы.

– Что там будет? – засмеялся Конрад. Его смех напоминал то ли кашель, то ли лай.

– Зелье покорности, – усмехнулся отчим. – Для твоей невесты. Я подумал, что будет не лишним усмирить её.

– Не повлияет оно на зачатие? – забеспокоился старикашка.

– Будь уверен, всё пройдёт по плану, – заверил его Хендрик.

Вот же сволочи!

Бедная-несчастная Лидия!

Эти монстры заслуживают сто тысяч самых ужасных несчастий…

Ладно, начнём с малого… Обчистим сейф и сбежим.

Язык меня куда-нибудь и доведёт.

Быть может, людей хороших встречу. И смогу выйти на тех, кто с законами работает? Было бы неплохо.

Уверена, в этом мире есть соответствующие законы.

Интересно, что этой сладкой парочке будет за их злодеяния?

Повешенье? Гильотина? Сожжение? Колесование? Или быть может четвертование?

Надеюсь, просто в тюрьму не посадят?

А то корми их, пои на налоги добропорядочных граждан. Не заслуживают подобной чести.

– Я так взволнован, брат, – прокряхтел старый и снова зашёлся в кашле, точнее, это был смех. – Скорее бы начать всё заново.

– Скоро, брат. Скоро, – уверенно произнёс Хендрик и похлопал старикана по плечу.

После такого хлопанья, Херли должен был рассыпаться на запчасти. Крепкий, гад.

– У меня к тебе будет просьба. Исполни её, молю, – с каким-то священным требованием произнёс старикан.

– Говори, что ты хочешь? – вздохнул Хендрик.

Старик постучал тростью и мечтательно проговорил:

– Хочу как можно дольше побыть ребёнком. Верни мне мою память и все знания не как всегда. В этот раз прошу в пятнадцать лет…

– Да ты никак спятил! – разозлился Хендрик и ударил кулаком по стене. – В пять лет ты уже будешь всё помнить и знать.

– Пожа-а-алуйста… – захныкал Конрад.

Отчим склонился к нему и прошипел в старое, сморщенное лицо:

– Чем старше ты будешь, тем тяжелее память и знания вернутся. Ты это знаешь, брат. А потому, какого рожна ты тут ноешь?

– Я просто… Хорошо, да-да, ты прав. Как всегда, – вздохнул старик и тяжело поднялся с кресла. – Пожалуй, я пойду отдыхать. Завтра сложный день.

– Ступай, Конрад и ни о чём не волнуйся, – напутствовал ему отчим.

Когда старикан очистил кабинет от своего присутствия, Хендрик некоторое время просто стоял у окна и смотрел в темноту.

Он сложил руки на груди и о чём-то думал.

Потом резко развернулся и тоже очистил помещение. В этот раз от себя.

Я выждала долгих десять или пятнадцать минут, надеясь, что никто из этой парочки сюда не войдёт и лишь тогда, набравшись храбрости, выползла из своего укрытия.

Сбросила с нижней полки книги и улеглась навзничь. Помогая себе руками и ногами, пролезла через полку и оказалась на территории кабинета.

Терять драгоценные минуты не стала.

Подошла к картине, за которой был спрятан сейф, осторожно сняла её и приставила к стене.

А потом… зависла в недоумении.

– И как тебя открыть? – прошептала, удивлённо.

Сейф представлял собой просто чёрный квадрат. Без ручек, кнопок, замочных скважин и вообще без каких-либо опознавательных знаков.

Просто чёрный ящик.

Квадрат Малевича, блин.

Может, он сенсорный?

Хотела уже прикоснуться к поверхности и застыла.

А вдруг сигнализация сработает, если она вдруг есть?

Закусила губу и решила рискнуть. Была не была.

И приложила ладонь к чёрному ящику и…

И ничего не произошло.

Я не вспыхнула пламенем. Меня не расстреляли спрятанные в стены стрелы, не свалилась на голову коробка с кирпичами. Не завыла сирена. В том числе, на чёрной поверхности не появилось никаких предложений и вариантов, чтобы открыть этот чёртов сейф.