Наследник Мудрецов (СИ) - Романович Роман - Страница 61

Как мне подсекли ноги, я пропустил. Чем ткнули в бок, что вызвало жгучую вспышку боли — тоже. Как накинули амулет-дестабилизатор — это худо-бедно уловил. Как оттащили в ближайшее укромное место — различил чуть получше. Как и удар по лицу, ещё парочку ударов по рёбрам и то, что мне сковали за спиной руки наручниками. После чего бросили валяться и приходить в себя. Так я и пролежал какое-то время, избитый, дезориентированный и балансирующий на грани отключки.

Видимость включилась словно по щелчку. Впрочем, щелчка не было, зато был фонарь, свет которого направили на Савелия. У того в ноге торчала стрела, на лице виднелся кровоподтёк. Брат сидел на земле, прислонившись спиной к стене, и выглядел плохо. Да и я наверняка не лучше.

— Ты там не отключился? — спросил меня чужой, незнакомый голос. — Или мне ткнуть твоего брата чем-нибудь острым, чтобы ты понял весь расклад ситуации?

— Ты кто такой? — спросил я.

Мне требовалось время. Хоть сколько-то, чтобы прийти в себя.

— Очень хороший вопрос, — ответил незнакомец, чьего лица я не видел.

Фонарь был с направленным светом и подсвечивал только Савелия. Мужчина оставил фонарь на земле и отошёл в сторону метров на пять от меня. Я видел его силуэт, оружие в руках, но деталей уже различить не мог. Встал он со знанием дела. Расстояние для Власти играет большое значение. Я могу до него дотянуться, но, подойди он на два шага ближе, и получилось бы куда лучше.

В теории. Потому что блокиратор создавал помехи. Дар я ощущал, но не мог сосредоточиться и сфокусироваться на чём-то с его помощью.

— Так ответь на него, — предложил я.

— Ты знаешь Кирилла Жманова?

— Кто это? — вполне искренне выдал я недоумение.

Какой ещё Кирилл? Это не человек Отбоя на нас напал? Не из клана Гюнгенс?

— На службе его Бурым прозвали.

— Чего? — Теперь я удивился куда сильнее.

— Только не говори, что не знаешь его.

— Знаю этого урода. Много крови мне попил на службе, — признал я. — Ты ему кто будешь и зачем на нас напал?

— Я его брат. Понимаешь теперь всю иронию ситуации? Кирилл оставил сообщение, что ушёл разбираться с кем-то по имени Сергей Валовой. После чего пропал. И вот теперь ты, Сергей Валовой, очень деятельный молодой человек, что было хорошо видно в последние пару дней, сидишь здесь. Рядом со своим раненым младшим братом.

— Иронии не вижу. Какого хрена ты напал на нас? — повторил я вопрос.

— Не убедил. — В голосе послышалось осуждение. — Я видел, на что ты способен, Серый. Так что лучше сам расскажи, что случилось. Иначе…

Он подошёл и пнул брата по раненой ноге. Тот взвыл, захрипел, постарался сдержать крик.

— Ты кое в чём ошибся, — сказал я ледяным тоном.

— В чём же?

— В том, что не следовало доводить моего брата, — сквозь боль зло рассмеялся Савелий.

И был абсолютно прав.

В голове словно стекло лопнуло. Будто я всё это время находился за прозрачной дверью, а теперь вышел наружу. В один миг все мои Дары пробудились, разгорелись, заработали на полную. Я ощутил особую Власть над окружающим пространством. Накинул одну за другой точки фокусировки на амулет, который болтался на шее. Ощутил кожей, как он начал раскаляться, пока, не выдержав, не рассыпался на части, освобождая меня. Кровь закипела, мышцы налились тяжестью, сердце забилось на пределе. Я ощутил запах сырости и земли, увидел мужчину напротив, который всё понял и уже начал вскидывать револьвер. Темнота расступилась, пусть и не полностью, но непроглядная тьма вне фонаря перестала быть таковой.

Зашевелились тени.

Мужчина вскинул оружие и выстрелил. Пуля летела мне чётко в грудь. Первая, вторая, третья. Я начал заваливаться куда-то назад. Тени обняли меня, окружили. Я провалился, упал в бездну, оказался совсем в другом мире, состоящем из теней.

Отсюда всё выглядело совсем иначе. Брат и этот мужчина полыхали красным. Я сместился, помогая себе Властью, и вышел в стороне, буквально вынырнул из мира теней.

— Ах ты… — успел сказать мужчина.

Это последнее, что он успел сделать. Накинув на него с десяток точек фокусировки, я ударил. Его снесло с места, проволокло метров пятнадцать и вмазало в стену. Удар был настолько силён, что тело отскочило и покатилось по земле.

Точки фокусировки оставались на нём, я направился вперёд и дёрнул тело на себя. На мужчине были амулеты, которые защищали от чужого воздействия, но я смял их волю и подтащил тело к себе. Перехватив отдельно руки, вывернул их так, чтобы он больше не смог выкинуть новый трюк. Но мог бы и не стараться. Первый удар смял ему грудную клетку. Второй переломал другие кости. Сейчас мужчина был едва жив.

Наклонившись, я выдернул его Дар Охотника, добивая.

Как оно уже со мной бывало, стоило бою закончиться, как наступил откат. Я покачнулся и понял, что, напади сейчас на нас шпана, порежут, и ничего им сделать не смогу. Тяжело дыша, с трудом доковылял до брата. Он уже успел выдернуть стрелу из ноги и перебинтовать её собственной рубахой.

— Нормально, — сказал он на невысказанный вопрос. — Яда нет, а дальше регенерация сделает своё дело. Лишь быть мать не увидела. Она мне точно за такое голову оторвёт.

Это мне показалось настолько забавным, что я рассмеялся.

Ничего, ничего. Пока Савелия больше всего пугает материнский гнев, как-нибудь прорвёмся.

Эпилог

В понедельник Антон Юрьевич пришёл домой поздно. День выдался куда суматошнее обычного. Быстро умывшись и поужинав, мужчина направился к отцу, который в это время сидел у камина в кресле-качалке.

— У меня новости, — с ходу обозначил Антон Юрьевич.

— Судя по всему, недобрые, — угрюмо посмотрел на него старик. — Что опять случилось? — спросил глава семейства, который за свою не такую уж короткую жизнь не раз и не два получал дурные вести.

— Ничего такого, чтобы куда-то бежать и паниковать, — успокоил сын. — Скорее, нечто такое, над чем следует как следует подумать.

— Тогда излагай. Я не в том возрасте, чтобы лишний раз волноваться, слушая твои долгие подводки.

— Да тут так просто не объяснить. Много чего придётся упомянуть.

— Ты начинай, начинай, — недовольно сказал Юрий Матвеевич. — Или разговор настолько тяжёлым выйдет, что лучше чаю сказать подать?

— Я уже распорядился. Сейчас принесут.

Словно только этого и ждала, служанка зашла в комнату и поставила на столик поднос с чаем.

— Дальше я сам, — сказал Антон Юрьевич. — Можешь быть свободна.

— Явились Мудрецы, на Землю падает метеорит, новая эпидемия или, того хуже, ты проигрался в карты и теперь кредиторы выставят нас на улицу? — едко спросил старик.

— Интересная у тебя градация, — усмехнулся мужчина, разлив чай и протянув кружку отцу. — Речь пойдёт о твоих внуках.

— Всех и сразу? Они поругались? Не поубивали же друг друга.

— Немного терпения, отец. Ты ведь знаешь, пусть тебе это сильно и не нравится, что Савелий сколотил свою шайку.

— Интересное начало, — сухо сказал старик. — Что же будет дальше, если ты начал с примера того, как низко пал наш род.

— Если смотреть не через призму твоих аристократических амбиций, а на сухие факты, ситуация выглядит несколько иначе. Парень, которого семья никак не поддержала и не обеспечила образованием, нашёл себе дело и даже преуспел в нём.

— Как же он преуспел? Украл коня? Разгромил лавку конкурента?

— Вот ты ворчишь, отец, а я кое о чём тебе не рассказывал, чтобы лишний раз не ругаться. У Савелия, как бы странно это ни звучало, есть кое-какая репутация на улицах и влияние. В частности, он прикрывает кожевника, который нанял его мать, а также защищает наш бизнес.

— Защищает! — рассмеялся Юрий Матвеевич. — Говори прямо! Крышует!

— Крышует, прикрывает, оказывает услуги охранного характера — это всё игра слов. Факты же в том, что он уберегает нас от многих проблем, и да, это проблемы. Мы не настолько интересны, чтобы к нам кто-то с развитой Властью пришёл, но вот шпану подослать… Уж поверь. Не так сложно спалить предприятие или устроить другие неприятности. Так что от Савелия есть польза.