Оракул с Уолл-стрит 2 (СИ) - Тыналин Алим - Страница 36

— Превосходно, — я убрал документы в портфель. — Жду ежедневных отчетов о прогрессе.

Третья трансформация была самой тщательной. В туалетной кабинке отеля «Плаза» я изменил не только внешность, но и походку, манеру держаться. Роберт Уинтерс, консервативный бостонский финансист с аккуратно подстриженной бородкой, в строгом темном костюме с жилетом и золотой цепочкой карманных часов, имел мало общего с техасским нефтяником Монтгомери или скромным мистером Греем.

«Финч и Компания» — один из старейших брокерских домов Нью-Йорка, располагался в величественном здании в неоклассическом стиле. Бронзовые двери, мраморный холл, латунные таблички с именами партнеров на стенах. Все дышало историей и респектабельностью.

Ричард Финч, седовласый патриарх с породистым лицом бостонского аристократа, встретил меня в частной комнате для клиентов. Интерьер напоминал скорее джентльменский клуб, чем деловой офис: кожаные кресла, книжные шкафы, картины с морскими пейзажами.

— Мистер Уинтерс, — он сдержанно кивнул. — Мы подготовили все, согласно вашим предварительным указаниям.

Я передал ему последний чемоданчик с оставшимися восемьюстами тысячами долларов и инструкции по их распределению. Финч лишь мельком взглянул на сумму. Джентльмены не выказывают удивления при виде крупных сумм.

— «Трансконтинентал Холдингс», — он прочитал название компании-оболочки. — У вас отличный вкус к названиям, мистер Уинтерс.

— Благодарю, — я слегка склонил голову. — Как продвигаются переговоры с вашими чикагскими партнерами?

— «Мортон и Сыновья» готовы к сотрудничеству. Я лично говорил с Джорджем Мортоном сегодня утром.

Мы обсудили технические детали операции: размеры лотов, временное распределение покупок, механизмы маржинальной торговли.

— Десятипроцентное требование открывает широкие возможности, — заметил Финч, — но и создает определенные риски. Мы рекомендуем нашим клиентам не использовать максимальное плечо.

— Именно поэтому мы идем с консервативным пятикратным плечом, — согласился я. — Безопасность важнее спекулятивной прибыли.

Финч одобрительно кивнул. Это была именно та философия, которую ожидаешь от бостонского финансиста.

Пока мы заканчивали оформление документов, в комнату постучали. Вошел молодой клерк.

— Прошу прощения, мистер Финч, но мистер Говардсон из Morgan Bank хотел бы видеть вас по срочному делу.

Финч бросил на меня быстрый взгляд.

— Передайте мистеру Говардсону, что я буду через пять минут, — ответил он клерку, и тот удалился.

— Morgan Bank? — я постарался, чтобы мой голос звучал лишь с легким любопытством.

— Да, они проявляют необычный интерес к газовому сектору в последнее время, — ответил Финч, собирая документы. — Особенно к компаниям Пенсильвании и Огайо. Весьма своевременный интерес, я бы сказал.

Он многозначительно посмотрел на меня, и я понял намек. Morgan Bank, возможно, получили ту же инсайдерскую информацию о UGI.

— Что ж, — я поднялся, застегивая пиджак, — я не буду задерживать вас дольше. Буду ждать отчета завтра утром.

Финч проводил меня до двери, но прежде чем открыть ее, остановился.

— Мистер Уинтерс, я не знаю, что именно вы и ваши коллеги затеяли, но будьте осторожны. Говардсон из Morgan Bank известен своими тесными связями с Continental Trust.

Упоминание Continental Trust было словно разряд электричества. Я сохранил невозмутимое выражение лица, лишь слегка наклонив голову.

— Благодарю за информацию, мистер Финч. Я учту ее в своих планах.

Когда я вышел в коридор, то заметил через приоткрытую дверь соседнего кабинета мужчину в безупречном костюме, внимательно изучающего биржевые сводки. Судя по кратким описаниям, услышанным ранее, это и был Говардсон.

Я не стал задерживаться, чтобы не рисковать встречей с ним. Мой путь лежал к выходу, но фраза Финча о связях Говардсона с Continental Trust не выходила из головы. Если Morgan Bank и Continental Trust проявляют интерес к тем же активам, что и мы, это создает дополнительный уровень сложности.

Покидая здание, я мысленно перебирал сделанные сегодня шаги. Полтора миллиона долларов распределены между тремя брокерскими домами, которые, в свою очередь, направят их своим региональным партнерам. Девять компаний-оболочек задействованы в операции, создавая многослойную защиту от потенциального расследования.

Очередной этап стратегии UGI успешно пройден. Теперь осталось ждать и наблюдать, как разворачивается наш план.

И, конечно, держать ухо востро. Внезапный интерес Morgan Bank мог быть как случайным совпадением, так и признаком более серьезной угрозы.

На Уолл-стрит я поймал такси. Пора было возвращаться в офис «Харрисон Партнеры» и возобновлять официальную жизнь успешного аналитика.

В конце концов, у меня полно дел. Надо доделать отчеты для сенатора Брукса и анализ Metropolitan National Bank для Харрисона.

Такси плавно двинулось по запруженным улицам финансового района. Сквозь окно я заметил газетчика Тони на углу. Он сделал едва заметный жест, сигнализируя, что все в порядке.

Никто не следил за мной во время операций. По крайней мере, насколько он мог заметить.

Я откинулся на сиденье, позволив себе расслабиться после напряженного утра. Семь с половиной миллионов долларов, направленные на покупку UGI через пятикратное маржинальное плечо, могли превратиться в пятнадцать-двадцать миллионов после объявления о поглощении региональных конкурентов. Серьезный шаг на пути к моей цели, десяти миллионам к лету 1929 года.

Но внезапное появление Говардсона из Morgan Bank напоминало, что в этой игре я был не единственным хищником. Возможно, другие финансовые акулы тоже почуяли запах крови в воде.

Глава 16

Предупредительные знаки

Я повесил пиджак на спинку стула и ослабил галстук, позволив минутную передышку после напряженного утра, заполненного операциями с Universal Gas Industries.

Расставив фигуры на финансовой доске и запустив процесс инвестирования полутора миллионов через сеть брокеров, я теперь должен вернуться к официальной жизни. К жизни подающего надежды финансового аналитика в «Харрисон Партнеры».

Часы на стене торгового зала показывали уже половину третьего. По проходам между столами курсировали клерки с бумагами, стрекотали телеграфные аппараты, звонили телефоны. Рабочий день в самом разгаре, и никто, казалось, не замечал моего отсутствия. Или, по крайней мере, делал вид.

Я открыл портфель и достал папку с отчетом для сенатора Брукса о нефтяных месторождениях у мексиканской границы. Работа почти завершена, осталось лишь добавить данные недавних геологических исследований и скорректировать прогнозы возможной доходности. Харрисон ожидал получить этот отчет еще вчера, и теперь мне предстояло сделать все, чтобы не утратить его доверие.

Мисс Петерсон, секретарша Харрисона, прошла мимо моего стола, остановившись на мгновение.

— Мистер Стерлинг, — произнесла она с едва заметным неодобрением, — мистер Харрисон интересовался, где вы провели утро. Я сказала, что вы отправились в публичную библиотеку для изучения отчетов о месторождениях.

Я благодарно кивнул.

— Спасибо, мисс Петерсон. Именно там я и был. — Ложь теперь давалась мне с удручающей легкостью. — У меня уже готов черновик отчета для сенатора Брукса. Передайте мистеру Харрисону, что он получит его завтра утром.

— И еще кое-что, — она понизила голос, наклонившись ближе, — мистер Паттерсон дважды интересовался вашим местонахождением. Похоже, у него для вас какое-то поручение.

Паттерсон… Это тревожный знак. С момента нашей последней встречи он не проявлял ко мне активного интереса. Что изменилось?

— Благодарю за предупреждение, — ответил я, сохраняя невозмутимость.

Оставшись один, я сконцентрировался на отчете для Брукса.

Согласно данным геологических исследований, которые я получил через Вестона, месторождения у мексиканской границы значительно богаче, чем предполагалось ранее. Особенно перспективным выглядел участок в южном Техасе, где залегла легкая нефть превосходного качества.