Архимаг с пеленок. Том 3 (СИ) - Якимов Валентин - Страница 40

— Не то слово. — наконец проронил он. — Это ведь он разуплотнил реальность, отправляя тварь прочь из нашего мира. Я стоял близко к нему, я это чувствовал.

— Об этом лучше не говорить. — мотнула женщина рыжей головой. — Да, это очевидно, но давай не будем окончательно подтверждать, хорошо?

Муж понимающе кивнул. Когда их сын вдруг резко стал звездой этого бредового «шоу», они оба вместе решили: тут главное не переборщить.

Главное, чтоб их сын не зазнался… или, наоборот, не оказался раздавлен свалившимися на него ожиданиями.

Оба супруга искренне презирают тех родителей, которые делают из собственных детей фактически рабов для производства контента в сети. Одному такому папаше Дима как-то раз даже лицо разбил.

Стыдно, конечно — не удержался. Но не очень сильно стыдно.

— Согласен. Но слава — это одно дело. Другое же — он в три года, на одной стихийной магии, с Искажающим Источником, сумел провернуть то, что не каждый элементалист осилит!

— Ну уж не преувеличивай! — отмахнулась здесь жена. — Уж создать простейшего стихийного элементаля, имея такую хорошую заготовку и посреди родной стихии сумеет любой второкурсник вашей «Имперки»!

— Второкурсник, Соня! Второкурсник Элементального факультета! Или третьекурсник Факультета Жизни! А не трёхлетний пацан!

— А Саша у Эмки в годик из кота сделал фамильяра! Вот это, например, как понимать⁈

— Да!.. Да хрен его знает, Соня, как это понимать. Адам отмалчивается. Но в ауре его сына как-то уж больно много явной Благодати. Нечеловечески много…

— Дорогой. Не уходи с темы. Наш сын — гений, это факт. Факт, первые намёки на который у нас были давным-давно. А ещё факт в том, что он может — и хочет! — колдовать во вред себе! Нам надо с этим что-то сделать.

— А что тут сделаешь? Не в оковы антимагов же его заковывать! — мрачно усмехнулся мужчина. Соня при упоминании этих оков в ужасе отшатнулась. — Во-о-от! Сама понимаешь! А значит, надо решать вопрос иначе.

— Это правда. Думаю, нам уже сейчас стоит больше внимания уделять его домашнему обучению. Именно в сфере магии, само собой, обычным-то вещам мы его итак прекрасно учим.

Ха! Что правда, то правда! Оба родителя ужасно гордились тем, что их сынишка — лучший во всём подряд. Немного боялись этого, но ужасно гордились!

И будут гордиться! Это же ИХ ребёнок, каков бы он ни был!

А значит, они должны ему помочь.

— Помнишь тот амулет-накопитель, что ему подарили на день рождения? — спросил вдруг Дима.

Соня задумалась на миг, а потом кивнула.

— Точно же! Но сегодня Костик был без него. В последнее время он вообще его редко надевает… почему-то. Может, почувствовал, что с ним собственные силы растут хуже?

Дима кивнул. Такое вполне возможно — на уровне чувств дети ощущают свою силу уже сейчас. В этом нет ничего удивительного. Удивительно то, что их сын решил не идти по лёгкому пути силы здесь и сейчас!

Решил развиваться!

— Ладно. — выдохнула, наконец, Соня. — Мы что-нибудь придумаем. Но для начала в любом случае необходимо замять скандал с… братом.

Соня будто кислым лимоном подавилась при этом слове. Брат… М-да. Валера уже сообщил в садик, что завтра же прибудет лично. Сейчас каникулы, его без проблем впустят.

— Не переживай, солнце моё. — покрепче обнял жену Дмитрий. — Я сам с ним поговорю. Всё будет хорошо.

Краем глаза Соня заметила, как сын при этих словах тепло улыбнулся во сне. Хе-хе… Всё-таки родительская любовь греет даже в самых трудных ситуациях.

И кто бы мог подумать, что новогодние праздники обернутся… чем-то таким?

Глава 19

Что нас не убивает…

Валерий приехал в этот треклятый детский сад уже на следующий день. И сразу отправился к сыну в палату, вместе с Кузьмой, докладывающим обстановку, и увязавшейся за мужем Викторией.

Валерию кажется, или она сделала это просто от скуки, а не из какого-либо беспокойства?

Когда мужчина вошёл в просторную светлую палату, выполненную в ярких, но не кислотных тонах, Федя уже ждал.

— Привет, сын. — закусив губу произнёс Бестужев. На Федю было жалко смотреть — мальчик лежал перебинтованный, бинты покрыты целительными и обезболивающими печатями, а лицо бледное без капли крови.

И всё-таки, он очнулся! На следующий день после получения таких серьёзных травм — очнулся и даже пребывает в сознании!

Валерий тут же сделал себе зарубку на память: видимо, в этом саду Источник сына всё-таки порядочно развился. Зацикленный, с упором на регенерацию, он должен здорово помочь в восстановлении.

— П-привет, папа. — неуклюже помахал целой рукой Федя. — Привет, мама.

Конечно же, Валерий тут же стал выяснять, что произошло. Нет, он, конечно, просмотрел запись того момента — но запись была скорее панорамой, не отразившей мелких деталей.

Впрочем, он уже догадывался, что и почему именно случилось. И догадка эта ему не нравилась с каждой минутой всё больше.

— У меня получилось, папа! — тихо протянул Федя, когда Валера спросил его, не специально ли мальчик упал. От самой необходимости задать такой вопрос маленькому сыну мурашки пошли по коже.

А от ответа забегали целыми табунами.

— Я сам пьиигнул! Как ты советовал, тобы подставить Осинского! При всех! Когда все смотрят! У меня получилось!

Это уж точно! Что-что, а извинения и обещания посыпались на Валеру, как только он оказался на территории заведения. Учителя и руководители наперебой обещали разобраться с причинами, покарать виновных и всё такое прочее.

Валерий не сомневался в искренности обещаний — ещё бы! Кому охота терять такого значимого спонсора?

И всё-таки сам… А ведь Валера уже успел подзабыть совет, данный сыну перед началом учебного года! Тот ведь вообще никак больше об этом не упоминал!

Ан нет — «само» ничего не прошло, и развитый не по годам Федя затаил желание подставить «конкурента». А теперь, вот, реализовал.

Самым глупым образом из возможных! Рискнув буквально собственной жизнью!

Впрочем, Валерий, конечно, не винил в этом сына. Дети плохо понимают, что жизнь их может вдруг закончиться по любой случайной причине. Он и сам ещё помнит себя в детстве, каким озорным и бесшабашным он был…

Они были. С сестрой. А теперь, вот, ребёнок сестры невольно чуть не прикончил его собственного.

— Федя. — серьёзно сказал Валера, когда сын закончил излагать свою наивную логику. — Послушай. Ты молодец, что так упорно шёл к цели. У тебя получилось. Но в первую очередь ты должен кое-что запомнить!

— Что? — настороженно спросил сын, закусив бледную бескровную губу.

— То, что мы любим тебя просто за то, что ты есть, сын! Не за то, что ты кого-то там обошёл и обставил. А за то, что ты жив, здоров, радуешься жизни! Тебе ещё рано рисковать собой ради внешнего престижа, понимаешь?

Глаза сына мгновенно наполнились слезами. И Валера не смог бы сказать — слёзы радости это, или слёзы грусти. И понял ли сын вообще хоть что-нибудь?

— П… Папа, но я же обещал!

— Обещал? Что обещал?

— Ты забы-ыл! — протянул Федя, начиная плакать. — Я обещал, что стану самым знаменитым, что покажу этому Косте и всем-всем-всем!!! Тогда вы будете меня больше всех любить…

— Федя! Прекрати это! — не удержался Валерий. — Мы любим тебя за то, что ты наш сын, а не за то, лучше ты кого-то, или хуже. Всегда помни это!

На сидящую позади жену в этот момент Валерий старался не оглядываться. И закрыть её от сына.

Уж больно он уверен — физиономия «любящей мамочки» полностью противоречит в этот момент его, Валеры, словам. В конце концов, для неё, как женщины из рода Воронцовых, влившей свою кровь в клан Бестужевых, сын интересен только если он чего-то стоит.

Иначе их брак — пустая трата времени. Это Валера в случае чего может всегда найти себе другую, и она родит кого получше… А для Вики тогда всё будет кончено.

Но почему тогда она хоть немного не может участвовать в воспитании⁈ Почему скидывает всё на служанок⁈