Давай сыграем в любовь (СИ) - Сью Ники - Страница 8

Мы останавливаемся напротив той красивой девушки-брюнетки, от которой я изначально не могла оторвать глаз. Она склоняет голову на бок, приветствуя нас улыбкой. Думается мне, фальшивой улыбкой.

— Поздравляю, Ева, — произносит Соболев. В каждом его движении чувствуется сдержанность, словно он хочет максимально отгородиться от общения с девушкой.

— Странные ты подарки выбираешь, Руслан, — а эта Ева под стать Соболеву, такая же высокомерная. — Не представишь свою спутницу? Вы так эффектно появились, что мне даже завидно.

— Любовь — такое состояние, — влезаю в разговор я, — что никогда не знаешь, в какой момент накроет. Меня Кристина зовут, — протягиваю руку, хотя, кажется, Руслан не особо в восторге.

— Я раньше тоже верила в любовь и мечтала о ней, но увы, — грустно произносит она, правда мое рукопожатие не принимает. И я спешу завести руку за спину, чтобы этот жест не стал казаться унизительным. — Порой мы влюбляемся не в тех. Они умело топчутся по нашему сердцу.

— Ну, значит, не стоит влюбляться, чтобы потом не становиться героиней мыльной оперы, — Руслан закатывает глаза. Мне кажется, между ними есть какая-то недосказанность, и если Соболеву в целом вроде плевать на Еву, то она поглядывает на него с нескрываемой обидой.

— Фу, как грубо.

— Как умею, — хмыкает он. — И да, гонка за президентское кресло только начинается. Не жди от меня пощады, если нужно, — Руслан понижает голос, но я все равно отчетливо слышу его слова, — я сотру тебя в порошок. С детства ненавижу, когда пытаются отобрать по праву мое.

Разговор на этом заканчивается. Соболев выводит меня из зала, не дав как следует насладиться закусками и напитками. Он явно недовольный, и честно сказать, его это состояние немного пугает. Первый раз слышу, чтобы он так открыто угрожал кому-то.

Мы выходим на улицу, спешно спускаемся по ступенькам и садимся в машину. Не знаю, приемлемо ли то, как Руслан покидает встречу в его кругах, но спросить не решаюсь. В целом, я рада, что больше не придется играть на публику. Губы до сих пор горят от нашего поцелуя. Мамочки! Второго за вечер.

— Мне нужно переодеться, — говорю, когда Соболев заводит машину.

— Хорошо, заедем по пути ко мне и…

— Нет! — протестую я, взглянув на часы. — Мне надо быть дома в девять.

— Ну да, — усмехнувшись, Руслан выезжает с парковки. — Правильным девочкам же нельзя приходить позже девяти. А то вдруг карета в тыкву превратиться.

— Не знала, что ты такой знаток детских сказок.

— И где ты будешь переодеваться, Лисица? На улице? — уточняет Соболев, пока я прокручиваю в голове идеи. Их-то не очень много. И меня посещает самая странная, но делать нечего. Во-первых, если я приду позже, начнутся вопросы. Нет, моя семья не из серии тех, кто контролирует каждый шаг своих детей. Просто мама любопытная, как и я собственно, и она не отстанет.

— Поехали в торговый центр? Я возьму с собой вещи и там переоденусь в туалете или в раздевалке магазина.

— Ты гениальная, — мы останавливаемся на светофоре. Руслан поворачивается ко мне и в этот раз говорит без сарказма, хотя в его голосе сочится желание задеть меня. Я уже говорила, что у нас негласная война? Интересно, кто в ней победит.

— Знаю, я — само совершенство.

С губ Соболева срывается смешок, и на этом все. Остаток пути он молча везет меня в центр города, в выбранный мной пункт назначения. А уже там я бегу в дамскую комнату, надеясь, что быстренько переоденусь, и мы успеем к девяти. Правда, меня ждет сюрприз: как обычно идет уборка на трех этажах, а на первом, где ее нет, очередь в километр. Не понимаю, почему в женские туалеты вечно столько людей?

— Ну что? — зевнув, спрашивает Соболев. — Гениальность не пошла по назначению?

— Идем, — хватаю его под руку и тащу за собой на эскалатор.

— Зачем я тебе там? Сама не можешь провернуть? — удивляется он, но все равно идет.

— Не могу, вдруг понадобиться помощь, прикрыть там. Так что будешь на стреме!

— Говоришь так, словно мы собираемся выкрасть корону из музея.

— Ну… почти же, — улыбаюсь я, испытывая легкий мандраж. Никогда прежде еще не переодевалась в магазинах из своего в свое. Страшно, не будет ли проблем. С другой стороны, мы ведь ничего не крадем, какие к нам вопросы? Да, странные, да только за такое же не посадят.

Заходим в первым попавшийся, тут и мужской и женский отделы вместе. Отлично. Я хватаю первые попавшиеся тряпки и мчу к раздевалке. Руслан ясное дело, плетется следом.

— Быстрее не можешь? — раздражаюсь.

— Может, у меня в машине переоденешься? — предлагает он, оглядывая зал. Проводит рукой вдоль рядов, дотрагиваясь подушечками пальцев до одежды. Выглядит это так, словно Соболев первый раз в подобном месте, а шмотки ему шьют на заказ.

Но я стараюсь об этом не думать, мне собственно вообще без разницы, где он одевается. Ныряю в сторону раздевалок, стуча каблуками по плитке. Несколько первых кабинок заняты, свободная только последняя и две перед ней. Народу сегодня прилично.

— И все равно я не очень понимаю, зачем нужен тут тебе, — вздыхает шумно Руслан, вышагивая прямо за мной.

И прежде чем мы доходим до ближайшей свободной кабинки, прямо перед ней открывается шторка — оттуда выходит раздраженный Влад.

Я замираю на месте, желудок сводит тугим узлом, я и не дышу в этот миг, просто хлопаю ресницами, пытаясь принять реальность.

Встретиться с человеком, который тебя уничтожил — худшее, о чем можно желать. Тем более на мне до сих пор это вечернее платье, а на Соболеве смокинг. Мы выглядим как сбежавшая парочка либо из ЗАГСа, либо из дурки. Согласитесь, мало кто будет разгуливать в вечерних нарядах по торговому центру?

— Лисица, — шепот Руслана, который успел вырасти у меня за спиной, действует отрезвляюще. И я, чтобы не попасться Туманову на глаза, хватаю своего фиктивного кавалера за руку и толкаю в свободную кабинку. А потом быстро закрываю занавеску, пытаясь перевести дыхание.

Черт! Вот это влипла…

Глава 7. Кристина

В коридоре Влад громко разговаривает с кем-то по телефону, такое ощущение, что он крутится прямо возле нашей раздевалки. Руслан боковым зрением поглядывает на занавеску, затем переводит взгляд на меня и смотрит главное, так выжидающе, что я теряюсь. Что мне ему сказать? Как не дать еще больше повода, завязать на своей шее узел?

И Соболев, будто смекнув, делает резкий шаг ко мне, отчего я врезаюсь спиной в стенку, хорошо еще пуфик с другой стороны. Одной рукой он упирается около моей головы, пальцами другой обхватывает мой подбородок.

— Кажется, у правильной девочки слишком много скелетов в шкафу, не находишь? — шепчет таким томным голосом, будто это не издевка, а наоборот, слова ласкающие слух.

— Тебе кажется, — откидываю его руку, но взгляд не отвожу. — Это же не я тут устроила игру в любовь.

— Ты слишком строптивая, Лисица, — с усмешкой отвечает Руслан, дотронувшись до прядей моих волос. Растирает их между пальцами, о чем-то думая. — Но я готов предложить тебе еще кое-что, чтобы поубавить твою строптивость. В конце концов, сегодня ты чертовски некрасиво повела себя в зале, мне больше не нужны такие сюрпризы.

— Но я ведь все исправила.

— Да толку-то, отец итак не особо верил, а теперь и подавно.

— И что ты хочешь? — перехожу на шепот, боясь, что Влад нас услышит. — Чтобы я переспала с тобой что ли? Используй для этого свою психологини.

— Секс с тобой меня интересует в последнюю очередь, Крис. Мне нужно, чтобы ты и сама поверила, как сильно сходишь по мне с ума, тогда не придется устраивать это шоу. Поэтому я помогу тебе, взамен ты поможешь мне.

На мгновение, я теряюсь от его предложения. О какой помощи он говорит, что еще хочет получить от меня? Да, пощечина сегодня была лишней, но мы не обговаривали тактильные штуки. Никаких поцелуев.

— Я тебя не понимаю, — честно говорю, а сама продолжаю прислушиваться к тому, что происходит в коридоре.